Чудачка, стоящая внимания - Джин Флей

– Зачем ты летишь туда, несчастная?! – вскричала она. – Это же такая страна! Такая! Цивилизация еще не испортила ее до привычных условий обитания. Ты там пропадешь!

– Нет.

– А как же Майк?

– Я думаю, Мэри с ним справится, и было бы неплохо, если б ты иногда заходила к нам.

– О, конечно, но право же я не хочу, чтобы ты туда летела.

Я чмокнула растерянную Нэнси в щеку и ушла.

Утром, поглядев для бодрости на спящего Майка, я тихонько выскользнула из нашего дома, на мне были опять очки, туфли на низком каблуке, широкая юбка, бесформенная блуза и плащ. Мне стоило труда пройти незаметно мимо похрапывающего Боба, я не хотела брать в свою экспедицию никого, в том числе охранника. На столе я оставила записку с последними распоряжениями.

ГЛАВА 22. Я ОТПРАВЛЯЮСЬ НА РОЗЫСКИ ПРОПАВШИХ БЕЗ ВЕСТИ

Самолет, взревев, быстро набирал высоту. Осталось терпеть недолго, несколько часов, и я узнаю причину странного молчания и увижусь со Стивом!

Я была огорчена не на шутку, когда вынырнула из толпы встречающих. Меня-то никто не встретил, правда, и не должен был (я прибыла сюрпризом), но на чемодан не села, превозмогла себя.

В такси, порывшись в сумочке, я выудила записную книжку и прочитала адрес конторы нашей фирмы. Я почти влетела туда, но секретарша никак не отреагировала, а продолжала быстро, с жаром говорить по телефону, отчаянно жестикулируя незанятой рукой и ногой, верхней из двух, лежащих на столе. Я ждала минут пятнадцать, но она не замечала меня. Я кашлянула. Эффект тот же. Тогда я двинулась к двери ее шефа. Может быть, у них здесь запросто? Но ошиблась. Ее внушительная фигура командором встала у меня на пути.

– Простите, я… мне нужен мистер Гордон или мистер Трейси.

Она подозрительно оглядела меня с головы до пят и буркнула:

– Их здесь нет.

– А где они?

Она взмахнула руками. Фр-р. Это, похоже, означало: «Понятия не имею».

– То есть, вы хотите сказать, что они уехали?

Она пожала плечами, удивляясь моей настырности и бестолковости.

В это время дверь отворилась, и из нее вышел ничем не примечательный мужчина, ее шеф, и спросил:

– Чем могу быть полезен?

– Стив Гордон или Кен Трэйси приезжали сюда в этом месяце?

– Нет.

– Вы точно знаете?

– Разумеется, наш филиал – единственный в стране, но, может быть, я смогу вам чем-нибудь помочь?

– Послушайте… Ах, нет, извините, прощайте.

Я постаралась как можно скорее покинуть помещение, потому что меня так и подмывало сказать, что или Стив Гордон вместе с Кеном Трэйси, или присутствующие лица – лжецы, и не исключено, что даже отъявленные.

Обратный рейс был только завтра, и я приехала в отель в настроении, близком к гневу и задумчивости.

Я могла бы пройти мимо, но не прошла, а остановилась как вкопанная, так как горничная выносила из соседнего номера чемодан, небольшой такой, потрепанный, ярко-желтый, с пятном в виде лошадиной головы.

– Эй, постойте! Куда это вы его? – кинулась я к ней.

Она удивленно посмотрела на меня. Вот уж не ожидала от себя такой прыти! Я молниеносно извлекла из сумки купюру, вцепилась в чемодан и опешившую сеньору и затащила их к себе в номер.

Пока жертва терроризма раздумывала, не позвать ли ей на помощь или же подкупиться, я осмотрела чемодан. Он не открылся, но зато незаметно повернулась пимпочка, хитрый гвоздик. Я почувствовала, что в мою руку что-то упало. Повертев чемодан для порядка еще несколько секунд, я с виноватой улыбкой вернула его, дескать, извините, не мой.

Когда дверь закрылась, я раскрыла ладонь. Вот это да! На ней лежало нечто, завернутое в черную бумагу, сразу ясно: микропленка, как в шпионских фильмах. Сунув находку в сумочку, я опомнилась, вытащила ее и спрятала в надежное место на себе, согласно последним правилам конспирации и вековым женским традициям.

Портье, к которому я тотчас же спустилась, сообщил, что 302 номер снимал мистер Эдуард Кардиган. Номер был оплачен на три дня, и администрация вынуждена освободить его, несмотря на отсутствие постояльца. Он оставил вещи и в отеле больше не появился. Да, сеньор приехал четыре дня назад, он худощав и светловолос, а брови действительно такие, как описывает сеньора, неожиданно черные на светлом лице. Вещи сеньора будут храниться, пока владелец не пришлет за ними. Нет, он не говорил, куда собирался. Мистер Стив Гордон? Минуточку. Нет, такой здесь не останавливался. И этот сеньор с фотографии тоже, у него профессиональная память на лица. О, сеньора, большое спасибо, он всегда готов помочь хорошим людям. Хосе, перенеси вещи сеньоры из 303 в 302.

Этот номер на первый взгляд ничем не был примечателен, особенность его состояла только в том, что здесь остановился Кен Трэйси под именем Эдуарда Кардигана. И это точно! Можно спутать человека, но не чемодан. Во-первых, пятно в виде головы, а во-вторых, тайник! Однажды Кен показывал мне его и хвастался, что приобрел по случаю в какой-то лавке и продавец утверждал, что он от резидента русских, тому не хватило денег на подкуп, и он его заложил, да так и не пришел. Но тогда в тайнике пленки точно не было. Надо осмотреть номер, может, еще что-нибудь спрятано. К сожалению, ничего не нашлось ни за картинами, ни под матрацем и подушками, ни под ковром, даже в сливном бачке никакой пакетик не был приклеен жевательной резинкой к поплавку.

Делать нечего, спущусь в ресторан, там, возможно, что-нибудь узнаю, и перекусить не мешает. Мне повезло: официант помнил Кена, а швейцар сказал, что сеньор сел в такси к Луису, да вот же он стоит, две семерки.

Качая серьгой, Луис сообщил, что отвез сеньора на частный аэродром к Себастьяну. Сеньор вернулся расстроенный, и они поехали в «Континенталь». Там он его отпустил, но Луис случайно видел, как сеньор садился у отеля в шевроле цвета мокрого асфальта. С ним, кажется, было двое. Нет, сеньора с фотографии он никогда не видел.

Я села к нему в машину, и мы поехали к Себастьяну. Владелец находился в ангаре. Задрав голову, он осматривал нос самолета, и что-то в его выражении ему явно не нравилось.

– Мистер Себастьян, – позвала я.

Он обернулся и хмуро посмотрел на меня.

– Извините, что я отрываю вас от дел, но не могли бы вы мне сказать, о чем вы говорили с мистером Кардиганом четыре дня назад.

То ли он был глухонемой, хотя нет, он же обернулся, тогда с причудами. Он не ответил, а нахмурил еще больше кустистые брови, выбил толстыми пальцами дробь у себя на груди и опять отвернулся.

Я сняла очки и забежала вперед. Мое появление не произвело на него никакого впечатления, да и не могло, мой рост был недостаточно велик, чтобы я сразу попала в поле его зрения, но я не дерзнула дергать его за рукав и опять надоедать словесно, я изловчилась, подпрыгнула и попала, потому что голова его опустилась вслед за мной вниз. Я примирительно улыбнулась и повторила вопрос, на который он тотчас прорычал: