Личная красавица босса. Свадьбы не будет! - Вероника Лесневская

Сокульская кривит губы, недовольная моим ответом.

– Начинать надо с маленького, Алена Туманова, – ехидно произносит и прокручивается в кресле. – Поработаешь на «Вуаль» таким образом. Можно сказать, неофициально, примелькаешься. Если приглянешься нам, кто знает. Со временем найдем для тебя местечко.

Видит бог, я собиралась уйти молча. Но…

– А до тех пор вы будете приписывать себе эскизы начинающих модельеров вроде меня? – обернувшись на пороге, бросаю с сарказмом.

Сокульская багровеет, удивленная моей дерзостью. Еще раз осматривает меня с ног до головы, не веря глазам. Мой образ не вяжется с поведением, и в хитровыделанных мозгах дизайнера что-то ломается.

– Провальная стратегия – портить отношения с потенциальным наставником на старте карьеры, – бросает скрытую угрозу.

– Провальная стратегия – воровать результаты труда «потенциальных сотрудников», – копирую ее манеру и тон. Добиваю наглостью.

Представляю, как выгляжу со стороны. Боевая серая мышь на взбесившемся автозаводе. Мне не нужны батарейки – вечный двигатель несет мою многострадальную попу к новым приключениям. Вместо того чтобы покинуть кабинет, я возвращаюсь к ошеломленной Аделине.

– Интересно, а Валентин Эрнестович в курсе, откуда вы черпаете вдохновение? – многозначительно взмахиваю своей папкой перед ее лицом.

Сокульская медленно поднимается, упирается ладонями в поверхность стола и подается вперед, испепеляя меня взглядом. Наше молчаливое, но очень опасное противостояние прерывает грохот распахнувшейся двери.

– Адель, ты отбирала дизайнеров, – летит мне в спину мужской голос. – Нашла нам подходящую кандидатуру?

Оглядываюсь, не сразу узнав в потрепанном, дерганом «старичке» того самого лощеного Валевского. Он под каток попал по пути к нам? Или…

Встречался со зверюгой? Надеюсь, не привел его с собой. Я морально не готова к новой встрече. Мне надо «припудрить носик», подправить грим, а лучше… напиться для смелости.

– Эм-м-м, – мямлит Сокульская, потеряв былой запал. Признаться, я тоже остыла. И сейчас взволнованно заглядываю за спину Валевского, высматривая там маньячину. Но в коридоре больше никого нет.

– Сколько можно, Адель? – Валентин Эрнестович ослабляет ворот бирюзовой рубашки, снимает с шеи элегантный мужской платок. – Ищи, иначе для спонсора будешь шить ты сама, – запускает лист бумаги в сторону стола. Как самолетик со сломанной системой навигации, он летит криво, неуклюже, покачивает уголками, словно подбитыми крыльями.

– Так вот же она! – тычет в меня пальцем Сокульская, и от неожиданности я не успеваю ни сгруппироваться, ни оценить риски, ни в принципе осознать ситуацию.

Пристальным взглядом впиваюсь в эскиз, который пикирует в воздухе и ложится поверх груды папок. Изучаю до боли знакомые штрихи. А ладони покалывают, пальцы выбиваются из-под контроля, тянутся за карандашом, чтобы завершить набросок. Но в последний момент я сжимаю кулаки, останавливая себя.

– Кто? – Валевский берет меня за локоть и поворачивает, чтобы рассмотреть. – Она?

Изучает с пренебрежением и скепсисом. Оценивает юбку, скрывающую ноги, свитер, спрятавший фигуру, невзрачное лицо и, наконец, покосившуюся лепешку на макушке. Кривится, а в бесцветных глазах ничего не загорается. Наоборот, последние искорки затухают. Однако его реакция нравится ревнивой Аделине.

– Именно! Наш новый дизайнер. Алена Туманова, – довольно представляет меня "воришка эскизов".

– Господи, что за вид, – сокрушается Валевский, и от этого Сокульская сияет еще ярче. – Если она Цареву что-то подобное выдаст, он нас точно сожрет.

Проглатываю разочарованный вздох.

Опять похотливый зверь! Нет у меня никакой мании – он действительно преследует меня.

Мало того что невинность мою забрать хотел. И папку украл. Так еще прихватизировал мой лучший набросок! Зачем ему свадебное платье? Психические отклонения какие-то или извращенные игры? Значит, пусть сам себе шьет. И все остальное… тоже сам, вручную!

– Нет же, талантливая девочка, – зыркает на меня Сокульская, выводя из транса. – Покажи СВОИ работы, – делает акцент.

Готова даже авторство мое признать? А это уже интересно.

– Вот МОИ наброски, – дублирую ее интонацию, раздражая женщину неимоверно. Но она умело скрывает свое недовольство под мраморной маской. И лишь прищуренные глаза мечут в меня молнии.

Хмыкнув победно, я передаю портфолио владельцу дома моды.

Валевский бегло пролистывает его, задерживается на нескольких моделях, возвращается к началу. И меняется в лице. Поджав губы, задумчиво потирает подбородок двумя пальцами. Он удивлен и обезоружен.

«Так-то лучше!», – проносится в мыслях, и я с улыбкой вздергиваю подбородок.

– Этот эскиз завершить сможешь? – дрожащая рука модельера тянется к столу. – А платье пошить? – поднимает и тычет мне в лицо мой же набросок.

Только я и смогу его дорисовать. Исключительно! Не брошу свое незаконченное детище на произвол судьбы. А заодно найду и верну остальные эскизы.

– Да, – на выдохе. – Если вы пообещаете официально взять меня в штат дизайнером, – ставлю условие.

– Договорились, – обхватывает мою кисть влажной ладонью, трясет, имитируя рукопожатие. А как только отпускает, я украдкой вытираюсь о юбку. – В общем, оставляю этот заказ под твою ответственность, Адель, – грозит пальцем Сокульской. – Если что-то спонсору не понравится, пеняйте на себя. Обе, – переводит сухой отросток с отполированным ногтем на меня.

– Понравится, – парирую уверенно.

Приподнимаю уголки губ в кривой, ехидной ухмылке.

Царев будет без ума! Гарантирую.

Свадьбу захотел, кобелина? Я устрою праздник века!

– Езжай по этому адресу и снимай мерки, – модельер вкладывает в мою ладонь бумажку. – Сейчас же! Время!

Разворачиваю листок, вчитываюсь в координаты. И в следующий момент приходит СМС от зверюги. С тем же самым адресом…

Глава 17

Лев

– Ле-ев, ми-илый, – нараспев тянет Маринка, но я затыкаю ее рот поцелуем. Чтобы не успела ничего попросить. А то, что она собирается сделать именно это, я понимаю по интонации и игривому взгляду.

Но нет, не сейчас. Мне через час Ромку из школы забирать, а мы и так потратили время по ресторанам и пробкам. Маринка еще в какой-то бутик меня пыталась затащить, однако я упаковал ее в салон автомобиля и отвез домой.

– Соскучился? – кокетничает со мной в перерывах между поцелуями.

– Проголодался, – признаюсь честно и набрасываюсь с новой силой.

Запускаю руку в ее волосы, сжимаю жесткие, пропитанные лаком кудри. Увязаю в них, запутанных и липких. Стараюсь не делать резких движений, чтобы «мумифицированные» пряди не сломались и не осыпались на сиденье, оставив мою невесту лысой. Поглаживаю аккуратно.

Но Марина убирает мою руку, вынуждая меня случайно выдернуть несколько волосков, и морщится.

– Прическу испортишь, – поправляет локоны, укладывая их на одно плечо, пока я незаметно вытираю ладонь о брюки. – Я перед свиданием два часа у стилиста провела. К встрече с тобой головилась, – хлопает длинными ресницами.

– Так я именно это и планирую – испортить и прическу, и все остальное, – пытаюсь поймать ее губы, но Маринка наклоняется за