Не верь мне (СИ) - Евстигнеева Алиса

-Знаешь, я никогда не забуду один случай. Казалось бы, совсем идиотский, наверное, даже глупо помнить его, но в душу он мне тогда запал. Мы шли домой. Ты, я, Анютка. Помнишь, возле нашего… старого дома был небольшой пятачок, где стояли машины на продажу? Аньке четыре-пять было, и она спросила, почему у нас машины нет. А ты ответила, что это вопрос ко мне.

Пятачок помнила, машины помнила. Стояли они там и стояли. А вот разговора не помнила.

-И что?

-А то, что это был такой нехилый упрёк в мою сторону. Что я не в состоянии дать вам всё, что нужно.

-Бред. Она же мелкая была…

-Я не об Ане. Я о тебе.

Не понимаю. Что за околесица такая… Один случайный ответ. И что?

-Мы с тобой, когда жениться собирались, твоя семья не сильно рада была.

-Твои тоже от счастья не прыгали.

-Ну да, только мои молча всё принимали. А Костя мне тогда сказал, что раз я такой дебил, чтобы тянуть тебя в брак в восемнадцать, то теперь обязан жилы рвать, чтобы у тебя всё было.  

-Меня всё устраивало, - упрямо я гну своё.

-Оль, ты тогда даже с подругами перестала видеться, потому что стыдилась… нас.

Хочется закричать.

-А о чём мне было с ними общаться? И когда? У меня Анька, ты, работа…

-И работать ты всё время рвалось. Ты не обвиняла, но идея того, что нам мало денег, всё время была в воздухе.

-Измайлов, ты дебил, да? – искренне спрашиваю я. – Я ж тебе дураку помочь хотела. Ты же на себе это всё тянул… Квартиру, нас.

-А я об этом просил? – возвращает он мне мой же вопрос.

-Ладно, поняла. Я – меркантильная сука.

-Вот, что ты постоянно передёргиваешь! И опять я такого не говорил. Просто… Будем считать, что я хотел нам всем другой жизни, но… ты не приняла этого. Смотрела на меня как… на инородца какого-то.  Строила из себя великую обиду, ходила и молчала сутками напролёт.

-Знаешь, это такое непередаваемое удовольствие было, терпеть твоё извечное раздражение и холод. Прям общаться хотелось. Душу тебе изливать, - ёрничаю я, не замечая, как мои слова больше становятся похожи на потоки яда.

-Ну да. А потом был тот пресловутый поцелуй…

Вновь не понимаю о чём он. Какой поцелуй?! Ну что он там себе ещё выдумал?    

-Не помнишь? – зло ухмыляется Сергей. Качаю головой, хотя внутри уже вся напряглась, догадываясь, что ничего хорошего сейчас не будет. – Я подскажу. Встреча класса. Коридор. Ты. И Лизунов…

Тот вечер рваным пазлом складывался в моей голове. Никогда не придавада особого значения случившемуся. 

Мы тогда оба идти не хотели. Во-первых, между нами тогда и так всё трещало по швам. Во-вторых, брак, дочь и переезд, привели к тому, что мы уже давно разорвали прежние связи со старыми друзьями-приятелями.

А тут приглашение. Собирались лениво и в последний момент. Анютку родителям, а сами в школу. Пьянка состоялась прямо в родном кабинете поздним вечером. Кому-то показалось это крайне забавным. Уговорили классную руководительницу. Кажется, тот же Ванька всё и организовал. Он тогда из Москвы приехал, вот ему и приспичило собраться.

Сидели за импровизированным столом, сдвинув парты в кучу. Много алкоголя и мало закуски. Ну да, парни же закупались. Бесконечные разговоры о том кто-где-что. Различные воспоминания. Пара шуток про нас с Измайловым. Что-то из серии, а как там наши «Любовнички». Улыбалась, до последнего растягивая губы. Серёге вроде как хорошо было, по крайней мере, внешне, он выглядел вполне счастливым. Болтал с парнями, шутил с девчонками. А мне было тошно. Будто мы были на каких-то показательных выступлениях, где нам надо было играть в счастливую семью.

Серёга весь вечер прижимал меня к себе, но я не чувствовала в этом хоть какой-то искренности, это было для других, не для меня. В какой-то момент поняла, что не могу. Пьяные слёзы просились наружу. Повела плечом, отстраняя его руку.

-Я сейчас, - в пустоту и не глядя.

В коридоре стало чуть легче. Здесь было тускло и пусто, мои шаги глухим эхом раздавались в пространстве. Встала у холодного окна, долго рассматривая своё отражение в покрытом инеем старом окне. Ничего нового оно мне не показывало, лишь глупую и несчастную меня. Может быть, поэтому муж от меня и устал? Что я такая. Скучная. Неинтересная. Знакомая до дыр? Идиотские мысли в мои двадцать четыре. Но чувствовала я тогда себя именно такой - уставшей и отчего-то старой.        

Ванька появился неожиданно. Бесшумно подкрался сзади и встал у меня за спиной, отразившись в тёмном стекле. Я только так и поняла, что больше не одна в своих, поедающих меня, мыслях. Резко обернулась, что оказалось фатальной ошибкой, потому что Лизунов стоял почти вплотную ко мне. Так и оказалась зажатой между ним и подоконником. А он ещё и руки по бокам от меня расставил.

-Вань, уйди, - забывая о правильных приличия, требую я.

-Неа, - очень весело тянет он. – По-моему, ты заскучала, рыбка.

-Рыбка?

-Ну да, рыбка, - с придыханием повторяет он, и я понимаю, что он в разы пьянее меня. – Золотая. Такая соблазнительная и такая далёкая.

-По-моему кто-то опять захотел в ухо от Серёжки, - нелепо хохотнуло я. Лизунова я не боялась, а вот то, что он нарушает моё пространство, напрягало. Да и речи его неадекватные…

-А я ему опять отвечу, только уж поверь, в этот раз от своего не отступлюсь.

-И что же в этой ситуации твоё? – интересуюсь я, Ванька наклоняется чуть вперёд, но я выставляю ладонь, упираясь ему в грудь. – Лизунов, держи себя на месте.

- Поздно. Я и так себя слишком долго сдерживал… - слегка заплетающимся языком замечает он.

А мне отчего-то смешно. Я даже улыбаюсь. Откидываю волосы назад.

-Даааа? Очень интересно от чего?

-От тебя…

Это звучит настолько нелепо, что я даже в серьёз не воспринимаю его слова. Мы не виделись с ним лет пять. Как за Измайлова замуж вышла, так и не видела.

-Ну да, Москва же далеко.

-Я не про это, - на удивление твёрдым голосом отрезает он.

-А я про это.

Лизунов рассматривает меня жадно… и предельно однозначно. И мне теперь почти ясно, что зря я веселюсь. Мы сейчас не шутим. Как оказывается. Усиливаю нажим на его грудь.

-Пусти. Я замужем, - уже без следа улыбки требую я.

-Это поправимо, - как ни в чём ни бывало, замечает бывший одноклассник. Настолько глупо, что я даже не спорю, потому нельзя такие вещи в серьёз говорить.

-Ванька, ну вот, чего ты добиваешься?

-Тебя. Разве это не очевидно?

Трясу головой. Нет, он не может об этом в серьёз.

-Гордеева, поехали со мной, а? Ты же с ним несчастлива, я вижу.

Бетонный подоконник неприятно холодит поясницу, а я всё сильнее вжимаюсь в него, лишь бы было хоть какое-то расстояние между мной и Лизуновым. А ещё я тяну время, потому что не верю в то, что он догадался. Что понял, что между мной и мужем совсем всё не гладко. Ведь, раз кто-то увидел, значит, так оно есть, не так ли?

-Измайлова, - чеканю наконец-то ему в лицо. – Не путай. Я – Измайлова.

С силой отпихиваю его руку с подоконника, но Ваня не отпускает, делая шаг вперёд, вдвое сокращая расстояние между нами.

-Оль, ты же понимаешь, что это всего лишь привычка. Глупая школьная влюблённость?  - с пылом и жаром пытается доказать мне что-то он. – Ты ведь… и не пробовала ничего другого. Как ты можешь знать, что Измайлов – это твоё всё? Ты просто упрямая, вот и держишься за него!

Замираю. Что-то такое есть в его словах, что созвучно моим собственным страхам. Нет, это не про отсутствие альтернатив у меня… Скорее я это всё переношу в своей голове на Сергея. Вдруг, для него наш брак – всего лишь привычка? Если…

Лизунов улавливает все мои сомнения и хищно улыбается, неправильно истолковав мои сомнения. Ему-то кажется, что я прониклась. Чем выводит меня из себя. Потому что не надо лезть в мою семью, у меня и так там всё сложно!