Подари мне свет (СИ) - Лин Кристина

— Я не уверена, что нам с Даней стоит ехать, — говорю, не глядя в глаза.

Андрей всегда умел убеждать, если ему это было нужно, и я не хочу больше каждый раз прогибаться под его хотелки.

— Сам подумай — как на нас с ребенком будут смотреть твои коллеги? Они ведь не поймут, зачем ты привел на такое ответственное мероприятие чужих для себя людей.

С того дня, как Андрей появился на пороге моей квартиры, мы договорились ничего не рассказывать Дане. По крайней мере, пока. Ведь малыш все еще считает своим отцом Игоря, я сказала ему, что папа уехал в командировку. С Андреем я встречаюсь исключительно в те моменты, когда Даня в садике или с Татьяной Павловной. Пока еще я не готова открыть малышу правду. Хоть Игорь, после моего странного ухода в тот роковой день, наверняка, больше и на пушечный выстрел не подпустит нас к себе.

Какая же я трусиха! Боюсь рассказать правду собственному ребенку. А ведь надо было с самого начала все ему сказать. Вся эта затея с внезапно появившимся папой с первого дня была не самой лучшей затеей.

— Не волнуйся ты так, — продолжает свои уговоры Андрей, — никто ничего не скажет. А вы с Даней немного развеетесь и хорошо проведете время.

Не уверена, что буду комфортно проводить время в компании совершенно незнакомых мне людей. Но Андрей отчего-то уверен, что нам все понравится.

— Или ты мне не доверяешь? — спрашивает он.

Я поднимаю взгляд, смотрю ему прямо в глаза. Нет, не похоже, что он обманывает меня. Или я совсем ничего не понимаю в жизни, или он слишком уж хочет мне угодить?

— Доверяю, — отвечаю, не найдя в выражении его лица признаков неискренности.

— Ну вот, — расслабленно говорит он, понимая, что почти добился моего согласия.

Да, не зря он всегда был одним из лучших менеджеров по продажам в фирме, в которой работает. Так было и раньше, он умел убеждать, как никто другой. Разница только в том, что раньше я была рада быть убежденной. Мне хотелось соглашаться, нравилось ему угождать. Теперь же все иначе. И, наверное, прошлого уже не вернуть.

— Детка, поверь мне, все будет отлично, — он сжимает мою ладонь.

Его рука, сильная и теплая, точно так же, как когда-то обхватывают мою руку. Но душевного трепета от его прикосновений я больше не чувствую. Что же произошло со мной? Слишком много неудач? Мне трудно поверить, что я нужна мужчине? Отчего я ничего больше не способна к нему чувствовать? Ведь этот мужчина — отец моего ребенка. Ведь я ради него когда-то была готова на что угодно.

— Ладно, — неохотно соглашаюсь.

— Да? — радуется Андрей.

— Да, — киваю.

Он тянется в мою сторону, наклоняется и целует тыльную сторону моей ладони. Совсем как когда-то, ничего не изменилось. Его манеры всегда были безупречными. А вот мне предстоит придумать для Дани целую историю, чтобы объяснить странный пикник с незнакомым дядей.

— Ты не пожалеешь, — убеждает он меня.

Надеюсь, что это так.

Я снова отворачиваюсь к окну, рассматриваю проходящих мимо людей. Взгляд скользит от тротуара к пробегающим мимо кроссовкам, а потом выше, и доходит до большого фонаря на столбе. Опомнившись, вспоминаю о том, что у меня есть совсем немного времени, прежде, чем нужно будет забрать ребенка из детского сада. Тянусь к мобильному, смотрю на часы на подсвеченном экране. Нет, время еще есть. Мне только кажется, что оно течет слишком медленно. На самом деле, у меня еще есть пара часов.

— Слушай, мне уже пора, — говорю, отодвигая от себя тарелку с остатками салата.

— Да? — удивляется Андрей. — Я думал, что детский сад до семи.

Да, так и есть, ты правильно думал. Я просто хочу уйти. Побыть одной, в тишине своей квартиры. И подумать обо всем. Ведь сколько бы я не обдумывала, не пыталась решить, что делать дальше, в голове туман. Я просто не знаю, как быть дальше.

В прошлый раз, когда все стало непонятно, появился Игорь и решил все проблемы. Теперь же Игоря нет, он больше не придет. И я просто обязана быть сильной и не позволять себе раскиснуть.

Быть может, попросить у Андрея денег? Когда-то давно он бросил нас с Даней, исчез в самый ответственный момент. Я могла бы потребовать алиментов за все прошедшие годы. Кажется, так это называется? Странно, что просто мысль о полагающихся мне алиментах ни разу не пришла в голову за все шесть лет. А ведь трудных моментов за это время было больше, чем достаточно.

Нет! Отбрасываю от себя эту идею. Не хочу я его денег. Шесть лет назад я нуждалась в нем, и я справилась без него. Теперь я даже не уверена, что хочу говорить ребенку правду о том, кто его папа.

— Сегодня у них короткий день, — вру я, чтобы узаконить повод уйти.

— Да? — удивляется мужчина. — Хорошо, иди, если нужно.

Кажется, он не рад моему внезапному побегу. Или мне показалось?

— Тебя проводить? — спрашивает.

— Нет, не нужно, — протестую поспешно.

Встаю из-за стола и перекидываю через плечо ремень сумочки. Он поднимется вместе со мной. Обнимает и целует в щеку. Как-то по-дружески. А большего мне и не хочется.

Выхожу из кафе и иду вперед, быстро, — так, как привыкла за эти шесть лет. Обычно я всегда и везде опаздываю. От чего я уже срослась с манерой передвигаться так быстро, как только возможно.

Оборачиваюсь. Нет, Андрей за мной не идет. Почему только мне хочется сбежать? Странно это как-то.

В спешке я натыкаюсь на какого-то мужчину, резко сбиваясь с ритма и отлетая в сторону.

— Извините, — бормочу, даже не глядя на него.

— Смотри, куда идешь, — отзывается он весьма невежливо.

Я останавливаюсь, поднимаю взгляд от асфальта, оглядываюсь по сторонам. Справа от меня огромная витрина магазина нижнего белья. Как же давно я не бывала в таких местах. Когда последний раз? Даже не помню, это было еще до беременности. А потом заботы, обиды, слезы и проблемы. Бесконечные проблемы, которым нет счета. А ведь прошло уже шесть лет.

Шесть лет я не позволяла себе ничего красивого, считая это лишним.

Ведь без этого можно обойтись, правда? А ребенку всегда нужно что-то покупать, ведь он растет. Ему нужно, а я могу потерпеть и так.

Встряхнув головой, закрываю глаза.

Нет, так не должно быть, это неправильно. Ведь должно же быть что-то и для меня в этой жизни. Никто не появится, чтобы исправить несправедливость. Это у Золушки была фея-крестная. А у меня такой нет. У меня есть только я сама.

Выдохнув, я толкаю двери магазина, захожу внутрь.

Прохожу мимо огромного стеллажа с бюстгалтерами. Немного дороговато, но ничего, я справлюсь.

— Вам помочь? — подходит ко мне продавец.

— Да, — на удивление, уверенно отвечаю ей. — Я хочу померить вот это.

Снимаю с вешалки красивый лифчик и показываю ей.

— Отличный выбор, — одобряет она, — может, что-то еще.

Я скольжу взглядом по прилавку.

— Да, — говорю, — еще вот это и это.

Отдаю ей еще две модели.

— Не хотите померить нашу новинку? — спрашивает продавец, указывая на красивый бюстгалтер красного цвета.

— Да, хочу.

Откуда только взялась эта уверенность и спокойствие? Раньше я бы даже не решилась сюда войти.

Не буду думать об этом сейчас. Лучше возьму в примерочную еще вот этот прекрасный комплект персикового цвета.

Глава 30

Лика.

Сжимая в руке красивый пакет с новым комплектом белья, я возвращаюсь домой. Настроение улучшилось. Оказалось, что это очень приятно, когда ты покупаешь для себя что-то красивое. И этого так давно не было в моей жизни.

Дорога домой пролетает незаметно. Я поднимаюсь на свой этаж и подхожу к двери. В двери торчит небольшой белый конверт, на котором написано мое имя.

Хм, странно. Кажется, это почерк Игоря. Или я ошибаюсь?

— Лика, внучка, ты уже вернулась? — слышу за спиной знакомый голос.

— Да, Татьяна Павловна, — отвечаю соседке.

Я открываю двери в квартиру и заношу пакет.

— А я вот думала, ты позже будешь, — продолжает Татьяна Павловна.