Западня. Ты будешь моей! (СИ) - Роуз Таня

Она проваливалась в ужас!

— Говорят, что кто-то что выкрал, ну информацию, и его нашли! Представляешь, там реальный срок могут за это дать! До пяти лет! Я не знала, но мне Женя сказал из юридического.

Она даже не могла уже больше говорить. Ее накрыла волна безнадежности. Комок слез.

Что делать? Что говорить родителям? Сможет ли она выиграть суд? На что выигрывать суд? Адвокаты сейчас стоят столько, что Тане не за что на них не заработать.

«Господи, ну ведь я уже это проходила! За что со мной опять так?! Ну за что?!»

Она не могла больше поддерживать Катину болтовню, ей уже было все понятно. Она в тумане дошла до туалета и закрылась. Ей просто необходимо было остаться одной, один на один со своими мыслями и страхами. Как все это было ей знакомо! Все!

Мужчина! Обман! Деньги! Суд!

Таня заставила себя глубоко дышать, чтобы не закричать. От ужаса, который нарисовала она себе.

Звонить ему? Умолять?

На хрен всю гордость! Сейчас она готова была на все! На все, только чтобы это все закончилось! И сделка с Соколовым ей казалась не таким уж и чудовищным делом.

Таня от ужаса даже не могла расплакаться. Да и не время плакать! Надо что-то делать!

Она прошла на свое рабочее место и включила ноутбук, пытаясь сделать вид, что работает. Все время не отрывала взгляд от коридора, где был кабинет Говоруна.

«Самой сразу пойти к нему? К чему уже тянуть! Бумаги я эти уже видела! Все помню!»

— Там говорят, уже и документы на увольнение готовят! — опять рядом оказалась Катя, которая, видимо, сегодня была главным разносчиком плохих вестей.

— Понятно! — Таня подумала, что имя, кого увольняют Катя просто не знает, иначе она не разносила слухи ей.

«Будет безумно стыдно увольняться отсюда! Представляю, как меня выводят из здания с охраной! Где-то это уже было».

В коридоре появилось красное, как свекла лицо Говоруна, Владимира Александровича и еще пары серьезных лиц, которых она видела впервые. Таня уставилась глазами в ноутбук, она готова была провалиться сквозь землю. Она смотрела на экран и ничего там не видела. Белый шум! Она потянулась даже за телефоном, чтобы набрать телефон Юры.

Но ее порыв оборвал Говорун:

— Коллеги, через двадцать минут срочное совещание в большой переговорке. Быть всем!

И посмотрел в упор на Таню.

Она все поняла. Схватив телефон, она выбежала в коридор и дрожащими руками перелистывала журнал звонков, чтобы найти его номер.

Гудок, второй, третий..

Не берет трубку.

Сообщение:

«Не могу говорить, я перезвоню».

— Когда, черт побери! Когда ты мне перезвонишь???? — Таня вскрикнула на весь коридор, проходящие мимо коллеги вздрогнули от ее голоса.

«Да плевать! Пусть думают, что я поругалась со своим френдом!»

Народ собирался в переговорной, все сидячие места были давно заняты, и все просто стояли. Было уже душно, Говорун запаздывал. Таня стояла сбоку у входной двери, чтобы сразу ретироваться, взгляды на себе она просто не выдержит.

Соколов не перезванивал.

Говорун прошел быстрым шагом вместе с руководителем отдела кадров и встал во главе стола, так чтобы его было всем видно.

— Коллеги, у нас в компании произошел инцидент. По офису уже ходят слухи, поэтому я решил сам вам все рассказать, а потом Василиса Сергеевна проведет вам очередную беседу по защите конфиденциальных данных. Также оповещаю, что до конца недели со всеми будут подписаны новые соглашения о коммерческой тайне.

Говорун откашлялся:

— У нас произошел случай продажи важной информации нашего клиента. Дело серьезное, будет произведено служебное расследование и не только, — пока говорил, он проходил глазами по собравшимся, как будто пытался кого-то найти. И остановил свой взгляд на Тане.

«Мне конец!»

У нее просто закружилась голова и все побелело перед глазами.

Глава 19

Он уже около двух часов накатывал круги по Москве.

«Не могу говорить, я перезвоню» — быстро отправил сообщение, выходя из машины.

«Таня, сейчас не до тебя!»

— Саша, подожди тут, я ненадолго, — сказал водителю через стекло.

Он шел быстрыми уверенными шагами ко входу в ресторан, он не собирался особо рассиживаться, поэтому даже не выслушал на входе речи девушки у стойки, а просто прошел в зал. С каждым шагом злость и раздражение внутри нарастала. Кулаки сжались до побелевших костяшек.

Но нужно держать себя в руках.

Тот, кого искал Юрий, был тут. Сидел за столиком посередине зала один. То, что надо.

Без лишних слов пододвинул стул и сел напротив. Взгляд в глаза.

Обедающий за столом мужчина не ожидал.

Или ожидал, пренебрежительная легкая улыбка пофигизма. Как будто соперник говорит: «Мне все равно есть ты тут или нет!»

— Ну что тебе, Юра? Чем обязан? — Ржевского как будто даже веселило его появление.

— Саша, ты все прекрасно знаешь! Остановись! — выдавливал каждое слово из себя сжавшейся челюстью Соколов. Его глаза прожигали ненавистью.

— Что такое? Неприятно, когда налоговая, ОБЭП и антимонопольная служба приходят в гости одновременно? Слышал, слышал.

— Ты думаешь, я все оставлю без ответа?

— Я думаю, у тебя руки коротки, Соколов Юрий Александрович! — Ржевский демонстративно небрежно отрезал кусок мяса и положив в рот, спокойно жевал, не обращая внимания на своего посетителя.

Заряд в помещении возрастал, воздух был максимально наэлектризован.

Юрий поменял свою позу на стуле, если до этого он, как хищник сидел на краю стула, готовый напасть на жертву, то теперь Соколов вальяжно развалился на спинку стула. И заговорил тихо и спокойно, осматривая зал и посетителей ресторана:

— Возможно, ты не знаешь, а может просто забыл. Но вспомни, Саша, две тысячи десятый год.

Александр продолжал жевать мясо, но по движениям тела было понятно, что он все помнит.

Он молча смотрел на Соколова.

— Саш, у меня есть и записи, и подтверждения движения денежных средств, кто кому платил. Я не экономлю на своей службе безопасности!

— Ты блефуешь!

— А мы будем проверять? — произнес это, пододвинувшись очень близко к Ржевскому, лицом к лицу. — Я сейчас хочу, чтобы ты меня послушал очень внимательно! Ты отзываешь своих шавок, прибежавших в мой офис, говоришь им, что ты ошибся, плохо спал, перепил. И руки от тендера ты тоже убираешь! Найдешь еще на чем заработать!

Он не стал ждать ответа, да и ответ тут был не нужен. Соколов просто встал, вынул из внутреннего кармана небольшой конверт, оставил его на столе и такими же тяжелыми быстрыми шагами вышел из ресторана.

Все тело почему-то еще трясло, чертов адреналин! Так хотелось пнуть эту дверь ногой на выходе!

Подъехал Саша и он нырнул в автомобиль.

— Теперь в офис.

Соколов ехал и смотрел в одну точку, в голове уже был план, и он готов был начать действовать в любой момент. За свой бизнес, за то, что создано его руками, он отдаст все, будет биться до последнего.

До последнего вздоха.

Потом Юрий посмотрел на свой телефон и перезвонил ей.

Гудок, второй, третий..

Не берет трубку.

*****

Резкий запах заполнил все внутри, глаза было открыть не просто, они были тяжелыми. Рядом сидела Катя, ее голос она слышала:

— Таня, Таня, ты меня слышишь?

И опять резкий запах, от которого она все-таки открыла глаза. Первым она увидела Говоруна, заглядывающего ей в лицо, в глазах переживание и смятение.

— Ну наконец-то, Таня, ты меня лично так в гроб загонишь. Ну ты даешь! Ты как? Ты чего вздумала в обморок падать? Смотрю, ты стоишь, а все, через секунду тебя уже и нет. Ты чего, заболела, или переработала? Ты это… — он замялся. — Таня, ты не беременна?

Сейчас Таня вспомнила все, что произошло, внутри опять все сжалось, захотелось рыдать. Но потом она поняла, что что-то не так. В глазах Говоруна не было ничего упрекающего или сердитого. Она была в смятении.

Что происходит?