Rehab (СИ) - Шульгин Игорь

— Смотри, как тайцы ревнуют нас к этим близняшкам. Нам лучше проявить осторожность. Для этих близняшек мы с тобой — иностранцы, как два волшебника из чудесной страны, прилетевшие на личных вертолетах с полными чемоданами денег. И тайские парни, чувствуют свою, так сказать, неполноценность в финансовом плане. При этом они уже устали смотреть, как некоторые иностранцы пользуются их сестрами, их подругами, их невестами, оставляя им самим лишь неполноценных страшил. — Лу скорчил гримасу чтобы показать, на сколько эти страшилы уродливы. — Постарайся не давать поводов для ревности местным парням. Пусть они считают, что это их девчонки.

— Спасибо за предупреждение, брат. Но мне так хочется секса. Стояк просто замучил уже. По ночам, утром, теперь здесь, в бане. По несколько раз в день я чувствую себя неуютно на людях из-за того что он выпирает из шорт. Мне нужно что-то с этим сделать.

— Тебе дали мантру? — спросил Лу.

— Ну да. А что? — мне было непонятна причем здесь это.

— Вот и читай ее когда будет стояк. Должно помочь.

— Мантра от стояка? Это что-то новенькое. — хихикнул я, но решил попробовать.

Дергать шланг мне совсем не хотелось, тем более что сделать это уединенно не было возможности. Пришлось смириться со своим положением. Я последовал совету Лу и у меня получилось совсем не обращать внимание на этих двух таек. Тем более, что вскоре у меня появились совсем другие занятия и увлечения.

Пятый день мне особенно запомнился благодаря двум фактам. Во-первых, это был последний день рвотных процедур. Меня радовала мысль, что уже завтра я смогу пользоваться всеми привилегиями прошедшего через процедуру очищения. Мы как обычно решили отметить событие колой — пока еще теплой для меня и остальных, кто прибыл позже. Лу же как бывалый восседал во главе стола. Он поднял тост за наше здоровье. Его банка была холодной. Капельки воды стекали по ней. Я смотрел на нее и думал, как же мне надоело это теплое пойло. Выпить бы чего-нибудь холодненького. В идеале пару бутылочек пивка. Я высказал это в слух, и Джек с энтузиазмом поддержал пивную тему.

— Да, я вот люблю холодненькое. Сейчас бы пришлась очень кстати бутылочка Foster's.

— А я бы замахнул кружку эля, — сказа Рик.

— А какой прок в жару от этой теплой мочи? — съехидничал Джек

— А почему теплой? — поинтересовался я

— Ты разве не знаешь? — ответил Джек, — эти англичане довольно странный народ, у них в пабах подают теплое пиво, скажи Рик.

— Ну как теплое, — оправдывался Рик, — просто оно комнатной температуры.

— Какая гадость, Рик! — сказал я скривившись.

— А ваша водка, что не гадость?

— Ну, наверное, для многих действительно гадость, — ответил я вспоминая вкус водки.

— Давайте только не будем критиковать наши национальные пристрастия, — включился в разговор Лу и все с ним согласились.

— Кстати, на этот счет у нас тоже есть поговорка, — вспомнил я очередную банальность.

— Выкладывай, сказал Джек.

— Звучит так… — я прикинул как бы это лучше перевести на английский и наконец сообразив выдал эквивалент передающий смысл поговорки: «На вкус и цвет товарищей нет.»

— Аминь, брат! — сказал Рик и мы рассмеялись.

После трапезы Таша, наконец, повела нас с Лу на прогулку. Нашей первой остановкой был небольшой пруд, в котором жил крокодил. Тот самый, который должен был съесть Зигфрида, если то не престанет вести себя как последний мудак. Но наш противный немец стал вести себя более спокойно, так что в этот раз мы пришли к крокодилу без корма. Пруд был обнесен невысоким забором. Весь берег был усажен маленькими скрюченными деревьями. Вокруг валялись обглоданные коровьи кости. К нашему сожалению, крокодил был почти полностью под водой. Только ноздри его торчали над поверхностью, совершенно неподвижно. Если бы Таша не указала нам на него, мы бы и не поняли, что это. Вода в пруду была такая мутная, что ничего кроме его застывших разглядеть не позволяла. Мы двинулись дальше вдоль небольших деревенских хижин, мимо банановых и кокосовых пальм. Дорога вела к озеру. По пути Таша зашла в деревенский магазин и купила небольшой пакет рыбьего корма. После облома с крокодилом, она обещала показать нам что-то действительно стоящее. И мы двинулись к озеру. Оно было небольшим по площади, находилось в углублении и со всех сторон было окружено высокой скалой. Добраться до берега можно лишь пройдя по узкой тропинке, вырубленной в скале. Но эта тропинка находилась на противоположной стороне и идти туда нужно было через джунгли. Таша сказала, что ни в коем случае не поведёт нас туда и нам пришлось довольствоваться видом на озеро открывавшимся с этой стороны. Мы подошли к деревянной беседке, возвышающейся над водой на сваях и расселись на лавки. Лу закурил, а Таша достала мешочек с коричневыми шариками, размером со среднюю градинку, тот самый рыбий корм, что она купила в лавке. Она бросила в воду несколько горсточек. Вода внизу забурлила и на поверхность начали высовываться огромные рыбины. Их были десятки, и каждая в длину был около метра. Это были рыбы из семейства карповых. Монахи специально разводили их здесь. Хотя мне было непонятно зачем они это делают, так как все монахи ели исключительно растительную пищу. Мне захотелось однажды поудить в этом пруду рыбу. Пока мы зачарованно глазели на гигантских карпов, Таша рассказывла историю основания Монастыря:

— Было это в середине двадцатого века. Тогда в стране было очень много наркоманов и наркоторговцев, которые совсем обнаглели, потому что их защищала мафия. Король захотел решить проблему с наркотиками раз и навсегда.

— Ну это он молодец! — сказал Лу затушив сигарету о подошву. Интересно, а бычок они тоже проглотят?

— Не вздумай, Лу! — сказала Таша. Она восприняла этот вопрос всерьез.

— Это шутка! — сказал Лу, — извини, что перебил тебя, продолжай пожалуйста.

— Король сумел договориться с большинством из преступных кланов о прекращении оборота наркотиков и легализации их капиталов. Он обещал, что прекратит всякое преследование всех, кто раз и навсегда завяжет с наркобизнесом. Это было хорошее предложение. Но согласились не все. Тем, кто не пошел на сделку с королем, пришлось туго. Некоторые ушли в подполье. И хотя успех короля был очевиден, но он не смог решить проблему наркотиков окончательно. Естественно это его печалило.

— И тогда он приказал основать этот монастырь? — поинтересовался я.

— Монастыря тогда еще не было, а на его территории жило племя Моголов эмигрировавших из Вьетнама. Это племя занималось выращиванием опиума и его продажей. Король не мог изгнать это племя силой. Все облавы полиции на моголов проваливались. Ведь племя всегда знало о них и просто перебиралось в другое место. Тогда король собрал отправил трех сильнейших монахов на территорию племя. Они расположились в пещере неподалеку и стали молить Будду, чтобы он решил проблему с этими Моголами раз и навсегда. И до того намолились, что через время приехали американские наркодельцы, восхитились талантами Моглов и перевезли его толи в Штаты, то ли в какую-то другую страну, где они и по сей день занимаются выращиванием опиума.

Рассказ Таши нас позабавил. Никто не отнесся к нему серьезно. Трудно было понять, что из этого правда, а что нет. Но история была интересная, так что когда Таша закончила свой рассказ мы с Лу попытались побольше узнать об этом племени. Но Таша сказала, что уже пора возвращаться и что есть и другие легенды, заслуживающие внимания. Но их она обещала рассказать в другой раз.

Глава VIII. Плачет девочка в автомате

Глава VIII. Плачет девочка в автомате.

Через неделю моего пребывания в монастыре я почти не думал о наркотиках, перестал вспоминать, как это бывает. Стал с отвращением относиться к своим бывшим дружкам-товарищам. Но иногда мне снилось, как я нахожу или покупаю наркотики, хотя до употребления дело не доходило. То не было шприца, то наркотики внезапно терялись и я тщетно пытался их найти, но так и не найдя просыпался.