Пасодобль - Александра Мун

— О боже, нет, пожалуйста. Только не она. — сказала я и начала рыдать.

Тут в разговор вступила Мила.

— Подождите, неужели ничего нельзя сделать? Если дело в деньгах, то мы их найдем.

Я уже слышала, как дрожит ее голос. А мне только и оставалось как гладить свой живот.

— Нет, нельзя и дело не в деньгах. Вы поймите, несовершенный остеогенез второго типа всегда летален, и наиболее частыми причинами гибели являются, внутричерепные кровоизлияния и дыхательная недостаточность.

— ХВАТИТ. ДОСТАТОЧНО. — крикнула я. — Что мне делать дальше?

— Мы вызовем у вас схватки, и вы родите ее. Вы сможете подержать ее на руках, дать ей имя. Я понимаю, как вам тяжело, но вы еще молода, у вас будут дети. — сказал мне врач.

— Мне не нужны другие дети. Мне нужна моя дочь. — сказала я.

Я понимала, что моей девочке больно и плохо. Моя обязанность ей помочь. После того как я подписала все бумаги меня стали готовить к родам. Так странно, что я вроде бы рожаю, но мамой по-настоящему не стану.

Через какое-то время у меня начались схватки. Это было адски больно. Все это время рядом со мной была Мила. Минут через 50, я родила мою прекрасную девочку. Когда мне дали ее на руки у меня просто сжалось сердце.

Это была маленькая копия Матео. Она такая красивая. Мне хотелось остановить время. Я дала ей имя матери Матео, мне кажется, что он бы это хотел. Потом я просто держала ее и пела ей колыбельную.

Через 10 минут она умерла. Вот так ушла из жизни, которая еще не успела начаться моя Глория. Мне хотелось умереть вместе с ней. Пять дней спустя меня выписали и мы приехали домой. Я зашла в ее комнату, все такое розовое, на потолке звезды, мне хотелось, чтобы, засыпая она смотрела на эти звезды.

Все стало резко таким чужим, и я начала все крушить. В это момент забежала Мила и пыталась меня оставить. Она крепко меня обняла, и я закричала так как никогда не кричала. Я хотела к своей дочке.

Прошла неделя, все это время я просто лежала в кровати, обнимая ее боди. Не ела. Ни пила. Пару раз я хотела покончить с собой. Даже пила таблетки, но каждый раз Мила меня находила и вызывала скорую. В один из таких разов, я ей сказала:

— Мила, не надо. Отпусти меня.

— Эмма, не дури. Все будет хорошо. Ты сможешь пережить это.

— А если я не хочу? Я просто хочу к своей дочке. Ей страшно без мамы. Я обязана быть рядом.

После этих слов, Мила отправила меня в клинику на лечение. Я пролежала там месяц. Все-таки это пошло на пользу и мне стало легче.

Я продолжала ходить к психотерапевту. Но за все это время так и не смогла найти в себе силы сходить на могилу Глории. Мне очень помогла Мила, не знаю, что бы я без нее делала.

Через четыре года, я приняла решение вернуться в Нью-Йорк, мое время в Сиднее закончилось, тем более что я не могла больше там находиться. Все напоминало о Глории.

Но я знаю, что моя дочь всегда рядом со мной. И я понимаю, что мне нужно будет рассказать об этом Матео. Ведь он заслуживает знать, что хоть и на 15 минут, но у него была дочь.

[2] Несовершенный остеогенез — генетически обусловленная патология опорно-двигательного аппарата, характеризующаяся хрупкостью костной ткани и подверженностью ребенка частым переломам.

Глава 14

Матео.

Настоящее время. Зима.

Я давно не был так счастлив. С Эммой у нас стало все налаживаться. Да и тема прошлого закрыта и больше не была для нас своего его рода преградой.

Ночью, когда она мирно спала рядом, я не мог на нее насмотреться. Она была такой красивой именно в тот миг я понял, что я влюбился. Раньше никто не спал в моей кровати, потому что мне было некомфортно.

После тренировки, когда я вернулся домой у двери меня ждала Лола. Я немного не понял, что она тут вообще делала. Пойдя к ней я спросил:

— Что ты тут делаешь?

— Нам надо поговорить. — с грустью сказала она.

— Ну пошли ко мне.

— Нет, я не хочу заходить. Давай в коридоре.

Я вообще не понимал, почему она себя так ведет. Грустная и на панике. А главное, почему она не хочет заходить? Погодите. Она что ли меня боится?

— Матео, не буду ходить во круг да около. Я беременна. И сразу скажу, что ребенок не от тебя. Наверно.

— ЛОЛА, ЧТО ЗНАЧИТ ТЫ БЕРЕМЕННА? — гневно кричу я.

— Не кричи на меня, пожалуйста.

— ДА ЧТО ТЫ? А ТЫ ДУМАЛА, ЧТО Я ПРЕДЛОЖУ ТЕБЕ ЧАЙ? Мне плевать чей это ребенок, ты просто сделаешь аборт.

— Не кричи на нее. Не смей. — услышал я Эмму.

Обернувшись, я увидел, гневно идущую к нам Эмму. В ту секунду я испытал все возможные эмоции, начиная страхом, заканчивая гневом. Почему она тут стоит и подслушивает.

— Эмма, давай потом, ты не понимаешь, что тут происходит. — говорю я, надеясь, что она успокоится и уйдет.

— О, я прекрасно понимаю, что тут происходит. Ты стоишь тут и показываешь свои перья как петух. Только вот не очень получается. — сказала она и тут я понял, что сейчас будет скандал.

Ну что ж. Начинаем.

— Эмма, заткнись и вали нахуй. У меня тут важный диалог с Лолой. Сейчас вообще не до тебя.

— Я никуда не уйду.

— Ты даже не имеешь представления, о чем мы говорим сейчас, поэтому сейчас ты разворачиваешься и ИДЕШЬ В СВОЮ КВАРТИРУ. — кричу я.

— Пожалуйста не ругайтесь. Давайте я просто уйду. — чуть ли не прошептала Лола.

— НЕ СЕЙЧАС. — сказали мы с Эммой в унисон.

— Ну конечно, о чем я только думала, когда на секунду мне показалось, что ты изменился. Стал другим. Но нет, ты такой же мужлан и чертов придурок. Кто дает тебе права так вести себя с женщиной? А? Ты сам? Спешу тебя разочаровать, потому что ты кусок дерьма и не думаю, что ты вообще на что-то имеешь права. Поэтому сейчас затыкаешься ты сам, а не я. Разворачиваешься и идешь в свою квартиру, а не я. Поэтому вали и сиди там как мышка, чтобы я, мать твою, тебя не видела! — сказала Эмма, взяла за руку Лолу и ушла в свою квартиру.

А я так