Любовь по объявлению - Ольга Мариуц

— Я прокололся не на этом, — заметил он.

Ксению разозлила его попытка выкрутиться — заключив ее в тесные рамки, для себя лично он оставлял довольно широкое поле деятельности. Но, поразмыслив, Ксения пришла к выводу, что все идет так, как надо: Александр выразил свое желание, но почему оно должно обязательно исполниться?

Пива из настоящей пивной кружки ему выпить не удалось. Ксения, увлекшись планированием их ближайшего будущего и разработкой методов, с помощью которых они это будущее будут воплощать в жизнь, не захотела его оставлять и поэтому вызвалась проводить на «важную встречу». Александр даже не пытался отнекиваться — судя по взбудораженному состоянию Ксении, это не принесло бы результатов. Единственное, что он смог сделать — выбрать «место для встречи» поближе к дому, чтобы после того, как она уйдет, не ехать через весь город обратно.

Распрощавшись с Ксенией, он подошел к забегаловке, постоял, глядя через витрину на тусующихся внутри людей, и не стал заходить — пива расхотелось.

Они перебрали все письма, которые пришли Александру, и на этот раз старались читать их очень внимательно, взвешивая буквально каждое слово и немедленно советуясь, если у одного из них возникали сомнения. В принципе, писем было много, поэтому сомнительные они отбрасывали сразу же и без сожаления.

— Вот это, — сказала Ксения, беря за уголок двумя пальцами и протягивая Александру длинный бледно-голубой конверт.

Он взял его в руки, повертел, для чего-то изучил марку с портретом какого-то полузабытого ученого и адрес. Потом обреченно вздохнул, достал несколько листков из школьной тетради, исписанных крупным размашистым почерком, и занялся чтением.

— Ты что-нибудь разобрала? — спросил он через минуту.

— Не придирайся, — сказала Ксения. — Обычный врачебный почерк. Тебе что, никогда не выписывали рецепт?

— Лучше бы набрала на компьютере и прислала распечатку.

— Личные письма принято писать от руки, — просветила его Ксения. — Что тебе там непонятно? Врач-терапевт, не замужем.

— А это? — Он указал на строчку.

— «Добрая, отзывчивая…»

— Понятно, — скучно сказал Александр, соображая, когда Ксения потребует звонить доброй, отзывчивой врачихе. Честно говоря, если бы варианты отбирала не Ксения, а он, то ни один медицинский работник не имел бы даже малейшего шанса. Сказать, что он не любил врачей, значило бы ничего не сказать — они вызывали в нем панический ужас. Когда ему было пять лет, к ним в детский сад пришли делать прививки. Уколы делали в группе, а детей вывели в коридор, и они стояли там в очереди под присмотром няни, которая уговаривала их, что «это совсем не больно». Но некоторые «несознательные» дети все-таки вели себя не лучшим образом — ревели и вырывались. Что, конечно, сильно нервировало врача. Когда настала Сашина очередь, он, дрожа, вошел в группу. У него даже никто ничего не спросил: схватили, сжали в крепких взрослых объятиях (не вырвешься!) и быстро всадили укол. Слава Богу, со здоровьем у него было все в порядке, поэтому встречаться с людьми в белых халатах ему приходилось нечасто.

— Тебе повезло, — сказала Ксения, используя в голосе нотки зависти, чтобы Александр осознал, что этот вариант действительно дар судьбы. — Свой врач, в наше время это немало. В случае чего будет тебя лечить.

— Я бы предпочел продавщицу продовольственного магазина, — мрачно пошутил он.

— Увы, с продавщицами что-то не очень… — Ксения развела руками. — Вероятно, голодные мужики перехватывают их еще до развода.

— Ну вот, а ты еще что-то вещала о везении… — капризно сказал Александр.

— Не ной, — попросила Ксения. — Везение тебя не оставит. Кстати, я приготовила тебе сюрприз. В качестве компенсации за отсутствие в нашем списке продавщицы продовольственного магазина.

Она достала откуда-то из-за спины и помахала у него перед носом фотографией.

— С этого и нужно было начинать, — проворчал Александр, протягивая руку. Он был почти уверен, что на снимке обязательно — крокодил, возомнивший себя «симпатичным» и «обаятельным».

Он смотрел на фото несколько секунд. Это и в самом деле был сюрприз. Александр поразился, что такие красивые женщины могут быть одиноки. И пожалел, что не распечатал все письма самостоятельно.

— Все, ты меня уговорила, — торопливо согласился он. — Когда звоним?

Ксения посмотрела на него внимательно, но ничего не сказала.

И был вечер, и было утро. Кстати, одно как-то незаметно перетекло в другое, минуя промежуточный вариант, то есть ночь. Александр спал как убитый, нимало не озадачиваясь событиями, которые ему предстояли. Хотя события ему на сегодняшний день предстояли аховые.

Вчера вечером они с Ксенией позвонили Веронике и договорились о встрече. Естественно, звонил и договаривался Александр. Но поскольку Ксения во время разговора была рядом, и даже как никогда рядом, придвигая свое любопытное ухо поближе к трубке, то у Александра невольно сложилось впечатление, что разговаривали они вместе: на том конце провода Вероника, на этом — он с Ксенией.

Для лучшего контакта Александр поставил перед собой на тумбочке фотографию Вероники. В трубке откликнулся приятный высокий голос.

— Да, это я, — сказала Вероника. — Я действительно написала вам письмо. Вы ведь за тем давали объявление?

— Конечно. — Александр терялся, разговаривая с женщинами, обладающими таким мягким голосом. — Мне… мне очень приятно, что вы на него откликнулись.

— Оно было очень живо написано.

— Профессионально, — сказал Александр и смутился оттого, что Вероника может неправильно его понять. — Я имею в виду, что я журналист, а не то, что даю подобные объявления постоянно.

— Я не читаю таких газет, — призналась Вероника. — Эта попала ко мне случайно.

— А можно узнать, чем именно вас привлекло то, что написал я? Кроме стиля написания, конечно.

— Вы написали очень честное объявление. «Мужчина не без комплексов» — это звучит.

— Вообще-то это странно… — протянул он.

— Что именно? — спросила Вероника.

— То, что кто-то откликнулся на такое объявление.

— Скажите, вы на самом деле не понимаете или все-таки написали это намеренно? — Вероника засмеялась, и он чуть отстранил трубку от уха — звонкие нотки защекотали ухо.

Ксения тут же придвинулась поближе, чтобы услышать тоже, но наткнулась на его строгий взгляд и обиженно вернулась на место.

— Если вас еще не завалили письмами, то приготовьтесь: скоро у вас их будет некуда складывать, — предупредила Вероника.

— Почему вы так думаете? — спросил Александр, испытывая одновременно два противоречивых чувства: во-первых, ему на самом деле хотелось, чтобы писем было так много, как предположила Вероника, во-вторых, он почему-то уже сомневался, нужны ли ему эти остальные письма.