Средство от облысения - Наталья Нестерова

– А сколько дизайн стоит? – настороженно спросила Лена.

– Не дороже семейного счастья, – отрезала Алла.

– Жертвую, – вдруг сказала Настя, – сто долларов. Мне бабушка на косуху подарила.

Лена решила, что речь идет о неизвестном ей животном, которое дочь собирается притащить в дом. Оказалось, что косуха – это кожаная куртка со множеством застежек-"молний".

– Ну хорошо, – сдалась она, – на днях зайду в салон.

– Завтра! – в один голос воскликнули подруга и дочь. – Но Лена еще несколько дней терзалась сомнениями, внутренне металась между необходимостью коренным образом улучшить свою внешность и разбазариванием семейного бюджета. Володя не появлялся, и Лена поддалась объединенному напору Аллы и Насти.

КИТАЙСКАЯ НОЖКА

Визажист Сидоркин, щупленький и молоденький, как допризывник, был одет во все черное: шелковая черная рубашка с воланами на воротнике и на манжетах, резиново обтягивающие черные брючки, заправленные в черные лакированные сапожки. Только яркие рыжие волосы выделялись в его облике, но и в них одна прядь была выкрашена в траурный цвет.

«Из себя он сделал служителя похоронной команды, – подумала Лена, – а что будет со мной?»

Сидоркин привел ее в кабинет, уставленный деревянными болванками голов с париками, усадил в мягкое кресло, сам сел напротив и представился:

– Зовите меня Филиппом.

Он предложил Лене кофе, конфеты, сигареты. От последних она отказалась.

– Посмотрите пока журналы, – сказал Сидоркин.

Лена переворачивала страницы, но ничего не запоминала в облике заморских див. Она обжигалась напитком и глотала, не разжевывая, конфеты.

Филипп Сидоркин, скрестив руки на груди, внимательно рассматривал ее, потом встал и обошел вокруг. Лена не знала, поворачивать голову за ним или нет.

– Пройдитесь, – велел Сидоркин.

– Куда? – не поняла Лена.

– Здесь, по комнате. – Сидоркин изящно махнул кистью руки.

Лена маршировала на каменных ногах, с чашкой кофе в руках, из которой неловко плеснула себе на платье.

– Садитесь, – командовал визажист, – положите ногу на ногу. Теперь другую.

– Что?

– Другую ногу на ногу. Так, хорошо.

Сидоркин закрыл глаза, потом прикрыл их ладошкой.

– Говорите, – сказал он шепотом.

– О чем? – Лена тоже зашептала.

– Какой вы видите себя обновленной. Затем скажу я, какой вас вижу. Мы сравним и выработаем адекватный образ.

– Не знаю, – призналась Лена. – Мне бы хотелось быть обаятельной, привлекательной.

– В вас бездна обаяния, – похвалил Сидоркин, не убирая ладони от лица. – Теплота, мягкость в несколько деревенском, народном стиле. Просто молоком пахнет.

Хорошо, хоть не сеном, подумала Лена.

– Нельзя ли его приблизить к городскому? – попросила она. – И современному?

– Полностью нельзя, – отказал Сидоркин. – Такой развитый бюст! Его не спрячешь. Хотя сейчас многие делают пластические операции по уменьшению груди.

Лене подобная операция могла только в кошмарном сне привидеться. Да и она всегда считала, что красивый упругий бюст – женское достоинство, а не деревенский признак.

– Можно сыграть на контрасте, на шоке, – рассуждал вслух Сидоркин. – Вы меня понимаете, доверяете? – Он раздвинул пальцы и посмотрел одним глазом на Лену.

– Не понимаю, – честно призналась она. – Доверяю, – решилась, – только, если можно, без шока.

– Значит, так, – Сидоркин принялся перечислять, – цвет волос меняем. Ваш – спелая слива. Прическа – мэрлин-каре, ну этакое художественное безобразие в стиле сонной Мэрилин Монро.

– Но она ведь блондинкой была, а не цвета спелой сливы?

– Несущественные детали, – отмахнулся Сидоркин. – Примитивно копируют только бездарные стилисты. Так! Брови оттенить, углубив цвет и придав форму. Ноги… Снимите чулки.

– Зачем? – испугалась Лена.

– Видите ли, стиль – это нечто внутреннее, подчас глазу незаметное. Классно сделанный педикюр создает женщине настроение, придает уверенность большую, чем дорогое украшение.

Он деликатно отвернулся, пока Лена снимала колготки и заталкивала их в сумочку.

«Пальцы на ногах – внутреннее?» – спросила она себя.

– Педикюр номер семнадцать, – решил Сидоркин, – «китайская ножка» я его называю.

Он взял Ленину кисть, приподнял немного и стал рассматривать, как рассматривают рыбу перед покупкой.

– Ногти мы вам нарастим, – пообещал Сидоркин. – Сейчас уже никто не носит своих. И модно такие обрубленные, а-ля натураль, безо всяких стародавних закруглений. Цвет – белый, можно с пунктиром.

– А можно без? – попросила Лена и подумала о том, как она будет стирать белье с длинными искусственными ногтями.

Через полчаса она уже сидела в кресле мастера. На голову ей, по методу Сидоркина, одновременно нанесли краску для волос и состав химической завивки, закрутили часть волос на спирали, а оставшиеся пряди завернули в фольгу. Ноги Лены стояли в специальных ванночках, и у каждой хлопотала педикюрша. Еще две девушки клеили ей пятисантиметровые ногти на пальцы рук.

– Потом немного укоротим, – пообещали они.

«Денег не хватит», – подумала Лена, когда к ней подошла пятая мастерица с блюдцем черной краски и принялась красить брови.

Нарисовав две жирных дуги, она перевернула песочные часы.

– Три минуты, не больше, – сообщила она, – краска импортная с добавлением нашего урзола, схватывает намертво.

Три минуты обернулись получасом, потому что дальнейшие события разворачивались по совершенно неожиданному сценарию.

– Кажется, в доме напротив пожар, – задумчиво сказал Сидоркин, стоящий у окна.

Лена проследила за его взглядом и обомлела: из окна ее кухни валил густой желтый дым.

– «Юный химик»! – завопила она, вырвала свои пальцы из рук девушек, выскочила из ванночек и, босая, оставляя мокрые следы, побежала вон.

«Юным химиком» назывался набор, который Володя подарил сыну. Когда Лена выходила из дому, Петя и его друг изучали инструкцию к реактивам.

Она столкнулась с ребятами у входной двери – они как раз выскакивали из квартиры.

Увидев ее, мальчишки дружно завопили от страха. Немудрено: босая, с длиннющими ногтями, брови иссиня-черные и шириной в палец, на мокрой голове раскачиваются бирюльки и позванивает фольга – Лена походила на персонаж из фильма ужасов.

– Петенька, это я, мама! Я из парикмахерской. С вами все в порядке?

– Ага! – крикнул Петя и на всякий случай рванул вслед за приятелем вниз по лестнице.

Химическая реакция дымила в кастрюле – ребята высыпали в нее все имевшиеся в наборе реактивы. Лена вылила вонючую массу в унитаз, открыла окна для проветривания, надела туфли и вернулась в салон.