Любовный эксперимент - Рози Данан

– Иными словами, – продолжил объяснять Итан, – если вы не идете мне навстречу, то навстречу вам иду я. И, судя по всему, многих из вас волнует тема романтических отношений, а интимная жизнь – ключевая составляющая нашей веры. И вот мы здесь. Собрались, чтобы познать. Обрести связь. И я надеюсь, что знания Наоми обогатят нашу жизнь. Так что да, я собираюсь разыграть долгую партию, и данный семинарский курс по устройству интимной жизни является моей отправной точкой. Если вам понравится то, что вы услышите сегодня, вас ждет приглашение на пятничную службу в честь Шаббата. А после мы угостим вас вкусным печеньем в общем зале.

Речь была довольно неплохой. В меру расслабленной, чтобы создать иллюзию непринужденности. И в меру серьезной, чтобы завоевать доверие присутствующих.

– …И на этой ноте я передаю слово Наоми Грант, которая, обещаю, сделает оставшийся вечер для вас более увлекательным. – Мельком улыбнувшись ей, он направился к свободному стулу во втором ряду.

Наоми прикусила щеку изнутри. Обычно ее не так-то просто было заставить нервничать. Благодаря сочетанию многолетней терапии и силы воли она гордилась своей способностью не зацикливаться на негативных мыслях и придерживаться правила «разум сильнее материи».

Публичные выступления не тревожили ее. Для Наоми это было очередное представление. Но обнажение души всегда обходилось ей дороже, чем обнажение тела. Она хотела этого слишком сильно, чтобы ее восприняли как авторитетную фигуру, а не просто как объект восхищения. Добиться всеобщего обожания – это одно, гораздо сложнее завоевать уважение.

Не помогало и то, что стены помещения ЕОЦ были от пола до потолка покрыты рисунками детей, резвившихся здесь днем. Не было ни одного пустого места, куда она могла бы направить свой взгляд. Вокруг все пестрило, а зрители смотрели на нее во все глаза, что очень сбивало с толку.

Сила внимания публики ощущалась настолько, что была подобна текиле, устремившейся прямо в кровь, отчего у нее предательски отнялся язык.

На всякий случай Клара распечатала для нее текст лекции. Свое выступление Наоми собиралась открыть с рассказа забавной истории из своей жизни или чего-то в этом духе, что помогло бы аудитории расслабиться и она показалась бы им понятной, близкой и человечной. В заметках значилась история о пароме.

Аудитория словно упивалась ее молчанием, напряженная и готовая к ее провалу.

– Эй, вы собираетесь учить нас минетам или как? – выкрикнул качок в бейсболке из заднего ряда.

– Ну вот еще! – ответила Наоми с ходу. – Для этого тебе придется оформить платную подписку на «Бесстыжих».

Парень, который секунду назад веселился со своим дружком, плюхнулся обратно на стул.

Наоми смяла распечатку в кулаке. С каких это пор она начала делать что-то медленно и не спеша? Ее стратегия, единственная, которой она не изменяла, заключалась в том, чтобы прилагать все возможные усилия к решению проблемы. В том, чтобы убежать так быстро и так далеко, что она не сможет вспомнить, где все началось. Эти люди пришли выслушать Наоми Грант. Никто из них не подписывался на тупые анекдоты.

– У скольких из вас нет пары?

Откровенный вопрос всполошил публику. Ни предисловия. Ни разогрева. Словно так и было задумано.

Мгновение никто не реагировал. Наоми отчетливо слышала звук собственного сердцебиения.

В следующую секунду почти каждая рука в зале взметнулась к потолку.

Ну, это уже что-то. Точка соприкосновения в их дискуссии.

Однажды Кэссиди сказала ей своим хриплым голосом с техасским говором: «Зрители не читают сценариев; и пока тебе удается удерживать их внимание, ты можешь импровизировать, и никто никогда об этом не узнает».

Записи были уже помяты. Она вряд ли смогла бы разгладить лист и начать заново. Наоми вдруг осознала, что не хочет разговаривать с этими людьми. «Бесстыжие» полностью удовлетворяли ее потребность в общении, пусть и одностороннем. Причина, по которой она стремилась выступать перед живой аудиторией, была в том, что ей недоставало диалога, чтобы понять жизненный опыт отдельно взятых личностей, создать связь и суметь адаптировать учебную программу под потребности студентов.

– Кто из вас сейчас состоит в отношениях?

В два раза меньше поднятых рук.

– Хорошо, по какой причине?

После нескольких секунд тяжелого молчания и отсутствия добровольцев Итан поднял руку.

– Профессиональный риск.

Помещение наполнилось смешками, и, расправив плечи, Наоми приняла более непринужденную позу. И хоть это и служило напоминанием о том, что Итан был недосягаемой мечтой, это также напомнило, что не для нее одной.

Наоми встретилась глазами с красивой блондинкой в джинсовой жилетке, к воротнику которой был приколот значок с феминистским лозунгом.

– А как думаете вы?

Девушка выглядела слегка озадаченной.

– Мужчины – свиньи?

Женщина, сидевшая рядом, поддержала ее сочувственным кивком, после чего поза блондинки стала более уверенной.

– К сожалению, не только мужчины. – Наоми успели разочаровать представители обоих полов. – Что еще может быть причиной?

Кто-то в заднем ряду поднял руку.

– Приложения знакомств – отстой. Все постоянно в поисках чего-то нового.

– О да! Легко пресытиться виртуальными знакомствами. Мы превратили брачные игры в ритуал. – Она оглядела помещение. – Хорошо. Кто следующий?

Понемногу, один за другим, все больше и больше людей добровольно давали ответы, пока конференц-зал не наполнился скандированием проблем современных отношений. Лос-Анджелес – пустышка. Самых хорошеньких уже разобрали. Отношения обходятся в кругленькую сумму. Отношения утомляют. Половина людей хочет просто трахаться. Секс ужасен. Наоми мысленно велела себе не забыть вручить последней девушке визитку «Бесстыжих».

Список продолжал пополняться. Совместными усилиями они изгоняли демонов отношений, и с каждым новым признанием атмосфера в зале становилась все более непринужденной.

Наоми пришлось потрудиться. Возможно, семи недель лекций будет недостаточно. Эти люди устали страдать в молчании. Они пришли сюда потому, что хотели испепелить свои обиды на публичном костре.

– Достаточно, – Наоми обратилась к зрителям, отвлекая их внимание от побочных разговоров, в которые те углубились. – Прежде чем мы продолжим, я хочу, чтобы вы дали себе право на ошибку. – Стоило ей сказать эти слова, как ее собственные страхи и ошибки тут же пробудились.

Наоми не