Я не сплю по ночам - Мария Беседина

– Но ведь я – совсем другое дело! – с ноткой возмущения воскликнул Сергей. – Я жду не дождусь дня, когда смогу назвать тебя своей женой! И запомни, я никогда, никогда не оставлю тебя без своей защиты, без помощи...

Наташа с невольным восхищением поглядела на него – такого уверенного в себе, безоглядно смелого, прошедшего через огненный вихрь...

– Я не требую от тебя немедленного согласия, – продолжал Сергей, – но знай, я добьюсь своего! Мы станем одной семьей и заживем все вместе – ты, я, Анечка... и наш будущий сын! Мы оба достаточно страдали в этой жизни, впереди нас обязательно ждет счастье. Мы заслужили его!

Тогда Наташа не ответила Сергею согласием, но оно уже родилось в ее сердце. Казалось, считаные дни остаются до той долгожданной минуты, когда они начнут вить семейное гнездо, о котором вслух мечтал Сергей и исподволь, боясь сглазить счастье, Наташа...

Однажды в выходные Сергей уговорил Наташу поехать с ним на сутки за город, взяв с собой Анечку. Они сняли номер в крохотной гостинице, где никто не задал им лишних вопросов, и целый день гуляли по берегу моря. Анечка каждый раз радостно вскрикивала, когда недалеко от берега проносилась очередная яхта, и прижималась к Сергею, услыхав низкий, протяжный гудок большегрузного парохода. Наташа даже испытала материнскую ревность, глядя, как Сергей и Анечка наперегонки бегут по дорожке, причем Сергей, разумеется, уступил победу малышке. Но затем Наташе подумалось, что девочка просто истосковалась по отцовской ласке. Вечером, за ужином, Наташа едва не заплакала, услышав, как Анечка доверчиво лепечет Сергею:

– Папа, а где ты был так долго? За морем, да?

– Угу, – пробормотал Сергей, застигнутый врасплох.

– Ты приехал к нам на большо-ом кораблике, да? Не уезжай больше, останься совсем!

Ночью, прижимая к себе горячее тельце дочурки, Наташа прислушивалась к дыханию Сергея, спавшего на соседней кровати, и замирала от счастья.

Теперь, гуляя с Сергеем по центру города, Наташа частенько брала с собой Анечку. Девочка так бурно восторгалась, радовалась, когда молодой человек брал ее на руки, что Наташа не могла не понять, насколько Анечке нужен папа. Подобную роскошь Наташа и Сергей могли позволить себе только по выходным – слишком много оба работали в будни. Сначала их встречи в течение недели были только в бассейне, но все чаще, не в силах вытерпеть даже кратковременную разлуку, молодые люди урывали минутку-другую, чтобы встретиться после работы и в те дни, когда тренировок не было. Они бродили по центру и говорили, говорили без конца, узнавая друг друга, делясь самым сокровенным.

Алена, прекрасно понимая, что происходит, и всем сердцем сочувствуя подруге, тем не менее немного огорчалась, что время их с Наташей посиделок окончилось. Они по-прежнему вместе ездили на тренировки, но, едва к Наташе подходил в вестибюле Сергей, Алена деликатно исчезала.

Конечно, Наташа оценила благородство подруги, но все-таки Алена уже много лет была самым близким ей человеком. Наташа давно уже не сомневалась, что ее желание быть рядом с Сергеем, жить его проблемами и с радостью принимать ответные заботы, и есть Любовь, но дружба с жизнерадостной, говорливой Аленой была очень дорога девушке. Ей больно было думать, что подруга может обидеться из-за пренебрежения – и будет совершенно права.

Глава 5

Некоторое время девушка колебалась, подыскивала удобный случай, чтобы поговорить с подругой начистоту. Наташина контора расширяла свою деятельность, и рабочий день иной раз растягивался до позднего вечера – не слишком считаясь с законодательством, руководство предпочитало экономить деньги и не нанимать дополнительных сотрудников. Наташе уже было совестно смотреть в глаза Анечке и маме – ее, кормившую семью, никто не упрекал, но что ответить, когда тебе рассказывают, как Анечка перед сном наивно спрашивала: «А мамочка еще не приехала издалека-издалека?» Пришла пора подыскивать новое место, тем более что Наташа теперь была опытным специалистом и имела полное право перешагнуть сразу несколько ступеней на карьерной лестнице. У Алены, которая после окончания медицинского факультета работала в одной из городских больниц, свободного времени тоже было немного. Но, как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло – как-то раз тренировки в бассейне отменили из-за аварии водопровода. Ничего не зная об этом, подруги в назначенный час приехали к бассейну и наткнулись на запертые двери. Потолкавшись среди других обманутых любителей плавания (Наташа надеялась увидеть Сергея, но его все не было), девушки наконец отправились восвояси. Тут Наташе и пришла в голову мысль:

– Ален, а что, если нам зайти попить кофе?

– Давай! – с энтузиазмом откликнулась подруга. – Давно мы не болтали, а я столько хочу у тебя узнать!

Рассмеявшись, как девчонки, они впорхнули в первое попавшееся кафе и заказали по чашке кофе и по булочке.

– Наплевать на диету! – бесшабашно заявила Алена. – Будем считать, что сегодня праздник – мы впервые за полгода пошли с тобой в кафе!

– Я сама себя грызу, – покаянно начала Наташа. – Совсем о тебе забыла...

– Да ты что! – махнула Алена рукой. – Разве я не понимаю? Только... – она лукаво прищурилась. – Я ведь и умереть могу от любопытства! Говорю как медик! Хватит в молчанку играть, а ну, признавайся, что у вас с этим Сергеем?

– С Сережей, – невольно поправила Наташа.

– Ах, уже так? Ну, теперь не отвертишься! Выкладывай все! – сверкая глазами, потребовала Алена.

– Гуляем, разговариваем, – скупо ответила Наташа; она очень хотела поделиться с подругой тем, как много значили для нее эти прогулки, но все слова будто куда-то подевались.

– О чем говорите-то? – не отставала Алена.

– Ну, сначала я думала, что будет правильно, если я стану показывать Сереже достопримечательности. Он ведь приезжий, ты знаешь. Но оказалось, что Сережа успел изучить Питер вдоль и поперек! Любому экскурсоводу даст сто очков вперед, мне иногда даже неловко становилось за свое самомнение. А потом нашлись другие темы...

– Какие, какие? – наседала Алена. – Небось, как все они, рассказывает, что принцесс покорял одну за другой?

– Мимо! – Девушка не обиделась, она знала, что подруга полна сочувствия к ней и за ироническим тоном Алены скрывается искренняя озабоченность судьбой Наташи. – Единственная женщина, о которой Сережа говорит, – это я! Он все-все хочет знать обо мне.

– Например?

– Почему, скажем, ношу длинные волосы.

– Ему не нравится?

– Наоборот. Но ведь сейчас в моде подчеркнуто короткие стрижки, ты же знаешь! Ну, я и объяснила, что в детстве меня стригли очень коротко, чтобы косы не мешали плавать. Разве я знала тогда, что мои мечты о большом спорте разом разлетятся вдребезги... Это я тоже сказала Сереже. И еще – что ни о чем не жалею. Ребенок! Разве может быть что-то важнее этого!