Мафия и его ангел (ЛП) - Джеймс Лайла

Лайла Джеймс

Книга: Мафия и его ангел

Серия: Порочные сердца — 1

♔Главы: пролог + 50 глав

♔Переводчик: Евуля

✎Редакторы: Evgeniya A.

✎Обложка: Wolf A.

✎Вычитка: Настёна

ПРОЛОГ

АЛЕССИО

— У нас проблема, — раздался в телефоне грубый голос моего заместителя.

— Иду, — ответил я.

Мне не понравился его тон. Я бы даже сказал, что произошло что-то действительно плохое. От этого напряжения я и сам начал нервничать. Виктор — сумасшедший ублюдок, и, если что-то вывело помощника из себя — тогда это что-то серьёзное. Что-то, от чего я уж точно не буду в восторге.

Едва переступив порог кабинета, я наткнулся взглядом на несколько моих людей — расправив плечи, в полной боевой готовности, они застыли в коридоре. Мужчины склонили головы в знак уважения, когда я проходил мимо.

Тело словно одеревенело, стоило войти в тёмный коридор, что вёл к звукоизолированному подвалу. Воздух здесь до отвратительного спёртый. Под гулкий шум собственных шагов, мысленно, я готовился к худшему.

Распахнув двери, замечаю Виктора. Зам стоит, прислонившись к стене, в поражении опустив голову. Мужчина настолько утонул в раздумьях, что даже не заметил моего появления. Привлекая его внимание, я прочистил горло.

На жёстком лице ужас и отвращение.

— Всё хреново, — произнёс Виктор, указав на комнату.

Кивнув, я прошёл вперёд. Виктор последовал за мной.

Войдя в зал, впиваюсь взглядом в привязанного к стулу окровавленного мужчину. Помещение пустует, не считая тот самый стул и стол у дальней стены. К слову, возле последнего столпились четверо других моих помощников.

Я так и не узнал пленника, но, судя по всему, он меня — да. Его глаза наполнились ужасом, когда он посмотрел на меня. Стоило приблизиться — и лицо несчастного скривилось в гримасе боли, а уж когда я остановился перед ним — он и вовсе вжался в спинку.

— Какого чёрта происходит? — резко спросил я. Мой голос эхом разлетелся по комнате.

Я, не отрывая взгляда, смотрел на мужчину. И заметив, как он вздрогнул, по моему телу пронеслась волна удовольствия. О, лучше бы мудаку замереть и не шевелиться.

Обойдя меня, Виктор остановился позади пленника. Схватив за волосы, он грубо запрокинул его голову — до того момента, пока шея связанного болезненно не щёлкнула. Дёрнувшись, мужчина закричал.

Перевожу взгляд на Виктора. В его глазах лишь презрение.

— Этот ублюдок предал нас. Я слышал его разговор. Грёбаные итальянцы. Он работает на них, — пророкотал помощник.

Вновь смотрю на падаль. Его глаза закрыты. Он отказывался смотреть мне в лицо. Во всём мире не найти слов, чтобы описать охватившую меня ярость. Он предал меня. Чёрт возьми! МЕНЯ. ГРЕБАНОГО. КОРОЛЯ. Человека, который владеет его жизнью.

Предательство не сошло с рук ни одному ублюдку, осмелившемуся на этот шаг. Я доверяю всем своим людям. Они — моя семья, но если кто-то из них посмеет вонзить нож в мою спину — он заплатит наивысшую цену. Смерть. Очень мучительная смерть.

Глубокий вдох. Взяв себя в руки, отступаю от будущего трупа.

— Принесите стул.

Я всё же сорвался на крик.

Краем глаза я отметил, как один из моих людей бросился к двери, выполняя приказ.

— Вот, Босс, — послышался спустя минуту голос Феникса.

Поставив стул позади меня, парень медленно отступил.

Сев, я развернулся лицом к мудаку. Открыв глаза, он посмотрел прямо на меня. И моя выдержка дала трещину. Подавшись вперёд, я прорычал прямо ему в лицо:

— Почему?

Оппонент задрожал всем телом от страха. Но так и не ответил. Отведя взгляд, я подаю Виктору знак. Отпустив пленника, заместитель направился к столу, и вернулся назад уже с ножом в руке.

Едва ли не злобно улыбнувшись, я, скрестив руки на груди, откинулся на спинку.

— Наслаждайся, — даю отмашку Виктору.

И стоило ему приступить к работе — оглушающая тишина в комнате сменилась криками. Кровь залила едва ли не весь пол, но за всё то время, я так и не отвёл взгляд от двуличной мрази. И когда тот был уже на грани сознания, я поднял ладонь. Помощник замер, останавливая свою пытку.

Подавшись вперёд, я спросил:

— Почему и кто?

Мужчина поднял взгляд. И я не сдержал смех.

Наклонившись, Виктор вновь ударил пленника.

— Прояви уважение.

— Повторюсь в последний раз. Кто и почему? — угрожающе сорвалось с моих губ.

Я грубо схватил оппонента за голову, с силой впиваясь пальцами в его щёки — до тех пор, пока из ран не хлынула кровь.

Он предпочёл остаться верным своему молчанию. Ослабляя хватку, я выпрямился. И отшвырнул свой стул куда-то назад. Я не собирался марать руки. Не в этот раз. Но этот ублюдок меня вынудил. Его смерть станет показательным уроком. Мои люди должны понимать, какие последствия их ждут после такого опрометчивого поступка.

Они должны увидеть мою худшую сторону. То, насколько жестоким я могу быть. Кажется, они стали об этом забыть. Я вселял страх каждой живой душе. И никто, чёрт возьми, не осмеливался на предательство.

Подойдя к столу, я обратил своё внимание на плоскогубцы. И стоило повернуться — помощники предпочли отступить на несколько шагов. Покачав головой, Виктор садистски улыбнулся.

— Блять, да. Вот теперь ты заговоришь.

Прижав пленника к стулу, он удерживал его голову. Встав перед мудаком, я схватил его за подбородок, совершенно не заботясь о том, насколько больно ему делаю. Принудительно открыв ему рот, я сжал щипцами один из зубов.

Так и оставшийся неизвестным, мужчина, попытался было закричать, но едва ли я дал ему на это шанс. Мне потребовались часы, чтобы почувствовать себя отомщённым.

И когда я закончил — он больше не дышал.

Пусть это станет уроком.

***

АЙЛА

«Беги, продолжай бежать», — говорила я себе.

Побег — штука непростая. Годами я только строила планы, всё не находя в себе достаточно мужества, чтобы воплотить их в жизнь.

Но сегодня я вырвалась из кошмара, в котором увязла с самого рождения.

Отцу всегда было плевать. Плевать, как бы я не умоляла его выслушать меня. Папу заботила только его прибыль. Босс он, в конце концов, или нет. Famiglia (итал.: «клан», — прим. перевод.) уважает его. Мужчина из числа тех, кто внушает страх.

А мне отведена роль разменной монеты в его жестокой игре.

Ни выбора, ни свободы. Ни уважения. Ни любви.

У меня нет ничего.

Помолвка с заместителем отца тоже не была моим выбором. В конце концов, когда тебе шестнадцать — о каком вообще выборе может идти речь?

В свои двадцать три, после всех тех лет пыток, которые мне пришлось вытерпеть от рук Альберто, я решилась на побег. Я годами мечтала, чтобы отец положил край насилию. Но едва ли. Альберто мог делать со мной всё, что бы ни пожелал.

Я была игрушкой для его удовольствия. И моей боли.

И когда после очередной ночи пыток Альберто оставил меня истекать кровью, я, едва встав с кровати, сбежала через окно. Сколько бы я не думала об этом, как бы не планировала побег — это оказалось не так-то и просто. Ни одна мелочь не была простой.

Но я продолжаю идти вперёд. Ради собственного спасения.

Иначе просто двинусь рассудком.

— Стойте!

Раздавшийся сзади крик вырвал меня из мыслей.

— Нет. Нет. Нет, — полузадушенным вскриком сорвалось с губ.

Я почти у границы имения. Ноги жгло болью, но, начав бежать, я уже не могла остановиться.

Беги, просто двигайся.

Мне нужно немного времени. Но люди Альберто уже дышат в спину.

— Мисс Айла. Остановитесь. Стойте, — донёсся до меня крик одного из них.

Ускорившись, я глубже уходила в лес. Каждый дюйм моего тела агонией напоминал о себе. Раны открылись. Я чертовски истекала кровью.