Тренер Култи - Мариана Запата

– «…Идиот». – Я посмотрела на Гарднера и заметила: – Он идиот. Даже спорить не буду. – А затем продолжила читать письмо, полученное накануне: – «Касильяс сам напросился. Хватит обвинять во всем Култи, он правильно поступил. Ты вроде женщина здравомыслящая, так что очень советую не поливать Короля грязью, а не то пожалеешь».

Гарднер откинулся на спинку кресла и покачал головой.

– Господи, Сэл. Кошмар какой. – Он поморгал. – Давай позовем кого-нибудь и придумаем, что с этим делать, а то это немного вне моей компетенции.

– Ты меня прости, Джи. Не хотела беспокоить тебя из-за какой-то фигни, но я не знаю, как мне реагировать. Игнорировать сообщения?

Он замахал рукой, попутно набирая номер на стационарном телефоне.

– Не заморачивайся… Шина, можешь подойти? У меня тут Сэл Касильяс жалуется на странные письма от поклонников Култи, и я не знаю, что нам с ними делать. – Секунду спустя он вернул трубку на место, высоко вскинув брови. – Она сейчас подойдет.

Я кивнула и улыбнулась.

– Хорошо.

Гарднер ответил мягкой улыбкой, которая всегда меня успокаивала.

– Как семья поживает?

– Хорошо. А как там твоя же… – Тут я вспомнила, что в январе он развелся, и поспешно поправилась: —…твой сын?

– Отлично. Двенадцать, а выглядит на все восемнадцать, – легко улыбнулся он. – А ты как, не планируешь завести собственного?

Я уставилась на него. Потом уставилась еще активнее.

Какого хрена?

– Да я же шучу, Сэл, – хохотнул Гарднер.

– А я правда поверила… – медленно ответила я. Господи. Ребенка можно завести и без парня, конечно, но… Мои брови поползли вверх. – Да нет. – Когда я в последний раз с кем-то встречалась, год назад? А секса не было уже… очень, очень давно. Не то чтобы я его не хотела – очень даже хотела, – просто у меня имелся вибратор, а вибратор не игнорировал звонки. И у него точно не было на стороне жены или девушки, о которых он забыл сообщить. Кхм, ну да ладно.

Гарднер фыркнул.

– Да шучу я, шучу. Какие твои годы!

Я подумала о других девушках в команде и мельком поморщилась. Недавно я сама была новенькой, совсем зеленой девчонкой, только-только выпустившейся из универа. А теперь стала той, на кого равнялись другие. Я повертела лодыжкой, и та отозвалась натянутой болью, напоминая о своем шатком здоровье.

В дверь постучали.

– Входите, – окликнул Гарднер, и Шина просунула голову в кабинет.

– Привет. – Секунду спустя дверь распахнулась, и за ней я заметила еще одного человека.

Мое глупое, глупое, глупое предательское сердце резко напомнило, что когда-то мне было тринадцать.

А мозг, единственный, у кого осталась хоть капля разума, приказал своим братьям и сестрам: «Спокойно. Держите себя в руках».

Я натянула взрослые носочки, сделала глубокий вдох и криво улыбнулась мужчине и женщине, которые вошли в кабинет и остановились рядом со мной.

– Привет, Шина. Здравствуйте, тренер Култи, – сглотнув, сказала я. Так, вышло гораздо тупее, чем мне бы хотелось. К щекам, разумеется, тут же прилил жар.

Да блин. «Соберись, Сэл!»

– Привет, Сэл, – поздоровалась Шина, присаживаясь рядом и оглядываясь через плечо. – Я попросила мистера Култи…

«Мистера» Култи? Серьезно?

– … тоже к вам заглянуть.

Я захлопала глазами, а кровь покрылась льдом.

Коротко стриженный мужчина, в таком виде похожий на военного, молча кивнул.

Я поднялась на ватных предательских ногах и на удивление твердо протянула руку человеку, который до этого…

Он какает. Какает. Какает.

Какая мне вообще разница, кому он там пожимал руки и с кем был знаком? Да никакая.

Тихо и медленно выдохнув через нос, я задрала подбородок повыше, будто это помогло бы сохранить остатки достоинства. И, словно этого мало, я выпалила очередное:

– Привет, я Сэл Касильяс, нападающая…

Так, может, пора заткнуться? Определенно, да.

Почти сразу же мою ладонь накрыла большая теплая мужская рука, и я выдохнула, успокаиваясь, и улыбнулась стоящему рядом с Шиной мужчине. Рукопожатие было самым обычным – не вялым, но и руку он мне сломать не пытался. Простой человек, самый обычный мужчина с необычными глазами и суровым лицом.

– Можешь уточнить, что конкретно тебе писали?

Опустив руку, которая только что касалась Райнера Култи, я перевела взгляд на женщину рядом со мной и кивнула. А потом кратко пересказала содержимое писем: оскорбления в сторону брата, предостережения хорошенько поучиться у немца и прочая ерунда, которая в массе своей очень сильно меня напрягала.

На гладком смуглом лбу Шины появились морщины: было видно, что она глубоко задумалась. Затем она резко кивнула:

– Поняла. Тогда…

– Так этот кретин – твой брат?

«Этот кретин» когда-то был четырнадцатилетним подростком, держащим за руку семилетнюю сестренку, чтобы я не переходила дорогу одна. Он ворчал, но все равно брал меня с собой, когда шел играть в футбол с друзьями, он гонял со мной мяч на заднем дворе и во все горло орал с трибун, когда я незаслуженно получала желтые карточки.

Я обожала своего брата. Высокомерный болван, считавший, что само небо одарило его талантом, – но именно он положил руку мне на плечо, когда много лет назад команда проиграла чемпионат из-за моей ошибки, и сказал, что это не конец света. Да, я видела в Култи пример для подражания, человека, которым хотела бы стать, – но это Эрик всегда утверждал, что я могу быть даже лучше.

Когда Култи сломал брату ногу, я сделала свой выбор.

И этим выбором был, есть и будет мой брат.

Но только я собралась назвать его мудаком, как вспомнила.

Вспомнила, о чем предупреждал Гарднер две недели назад на вводной встрече «Пайпере». «Если услышу, как называете его Фюрером, – вылетите отсюда пробкой». Вот засада.

«Мудак»-то, наверное, не лучше?

Да и «гондон» – тоже тот еще комплимент…

Я плотно поджала губы, а ноздри раздулись от гнева.

– Эрик не кретин, но да, он мой брат, – осторожно ответила я. Глаз начинал дергаться.

Кое-кто сощурил свои каре-зеленые глаза.

– Как еще назвать человека…

Глаз задергался очень быстро, и я перебила его, не успев толком подумать:

– Который нарочно ударил противника со всей дури? – Я пожала плечами. – Вот уж не знаю.

Тут же в горле встал ком, а глаз задергался еще сильнее. Господи, ну вот. Не удержалась. Завуалированно назвала его кретином. Но это же ничего, да? Главное же, что не прямо?

Шина неловко коротко усмехнулась.

– Давайте не будем переходить на личности, ладно? – А потом продолжила, не дожидаясь ответа: – У меня есть предложение, как можно немного разрядить обстановку. Неделю назад мы пообщались с рекламным агентом мистера Култи, и он сообщил, что со своей стороны они