An ordinary sex life (OSL) - Астердис

      «Я не хочу видеть тебя прямо сейчас, Бен».

      «Я твой брат».

      «Не напоминай мне! Просто уходи!»

      «Брэнди»

      «ПОЖАЛУЙСТА». Затем она не выдержала, и по ее щекам заструились два водопада, когда она повернулась и уперлась лбом в дверь. И она безудержно рыдала добрых пятнадцать секунд.

      Не зная, что делать, но готовый принять ее желание побыть одной, я встал и направился к двери. Несмотря на то, что она не оглядывалась на меня, я смотрел на нее, готовый выразить ей свою поддержку, любовь и готовность сделать все, что я мог сделать. Все, что ей нужно было сделать, это попросить.

      Она не взглянула на меня. Даже когда мне пришлось пройти мимо нее, чтобы выйти за дверь, она отвернулась и скривилась, как будто ее мир подошел к концу. Я знал, что она чувствовала. У меня было такое же выражение лица, когда Адриенна впервые узнала обо мне и Брук.

      А потом я вышел в коридор. Брэнди закрыла за мной дверь. Она не хлопнула ею, она просто закрывала её медленно, как будто это демонстративное действие могло каким-то образом стереть все непослушные инцестуозные действия, которые мы когда-либо совершали. А потом настала тишина.

      Ну, не совсем тишина. Я слышал, как она все еще рыдает, прямо по ту сторону двери, очевидно, ей не хватило энергии даже отойти.

      Тогда я решил, что не буду ждать, пока она о чем-то меня попросит. Я должен останавливаться и позволять миру просто вращаться вокруг меня. Я не должен позволять жизни просто случаться со мной. Я должен ЧТО-ТО сделать.

      Брэнди не хочет со мной разговаривать… хорошо.

      Держа мобильный телефон в руке, я быстро набрал номер Дайны. Она могла быть недовольна тем, что я прерываю ее ночь, но, спускаясь по лестнице, я поклялся себе, что не перестану пытаться, пока не найду лучшую подругу Брэнди где угодно в мире.

      Оказалось, мне не нужно будет так сильно стараться. Дайна сняла трубку после третьего гудка и сразу же спросила: «Бен? Это странно. Что случилось?»

      «Мэтт застал меня и Брэнди».

      «Вот дерьмо«. Дайна резко вдохнула. В трубке послышался шорох — от одежды или простыней, я не знал. Это имело смысл, поскольку она проводила ночь с Кевином. «Где она?»

      «В своей комнате».

      «Я сейчас буду. Спасибо, что позвонил мне».

      ***

      Моя старшая сестра, которую я очень любил, со мной не разговаривала. Мы жили в одном доме, поэтому невозможно было не столкнуться друг с другом. Но последние несколько дней она отказывалась смотреть на меня и признавать мое присутствие. Казалось, она винила меня в том, что произошло, и, как бы плохо она себя ни чувствовала, я не хотел спорить по этому поводу. Она была несчастна, и я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО чувствовал себя ответственным за это.

      Конечно, я поговорил с DJ. Моя девушка придерживалась нейтральной позиции, объяснив, что и Брэнди, и я приняли решения, которые привели к определённому результату. Но лично она меня очень поддержала и заверила, что время все исцелит и что Брэнди всегда будет моей сестрой. В конце концов она вернется.

      Но я не хотел просто ждать. Поначалу я пытался активно исправить ситуацию с Брэнди. Но после того, как в течение двух дней подряд я сталкивался только со стеной холодного отчуждения, я согласился с тем, что моей сестре нужно время и место, и постарался их ей предоставить, проводя как можно больше времени с друзьями в квартире Авроры и Райана. В то время я думал, что не могу чувствовать себя хуже, чем после этого инцидента.

      Я был неправ. На фронте Брэнди мало что изменилось. Но дерьмо начало сыпаться на меня с неба.

      Все началось с Пейдж Якобсен. В этом учебном году я почти не видел миниатюрную рыжую. Несмотря на то, что у нас было что-то вроде плохого разрыва, было достаточно положительных признаков, дававших мне надежду, что мы сможем быть друзьями. Но как только начался новый год, она нашла другую группу друзей и проявила явное отсутствие интереса к воссоединению. У меня все еще были к ней давние чувства «старшего брата», но я был слишком занят своими собственными драмами и DJ, чтобы предпринять какие-либо действия и связаться с ней.

      Затем я узнал, чем она занимается, и мне, черт возьми, хотелось, чтобы я сделал первый шаг.

      Даже в кампусе, где проживает около 35000 человек, вы удивитесь, как часто вы случайно можете столкнуться с кем-то. В конце концов, есть только одна главная библиотека, прямо посреди кампуса. Есть только одна SproulPlaza. И только одна станция BART. Вы просто встречаетесь с людьми.

      Это было у Сатер Гейт, когда мы с Авророй столкнулись с Пейдж… и ее новым парнем.

      Я сразу ее узнал. В конце концов, в кампусе было не так много рыжих темно-каштанового оттенка, с ростом 5 футов 2 дюйма и еще меньше рыжих темно-каштанового оттенка, с ростом 5 футов 2 дюйма, которые могли бы выйти на улицу в самом распутном наряде католической школьницы, который только можно представить. А именно так была одета Пейдж этим прохладным поздним октябрьским утром. Черные туфли были нормальными, но вместо стандартных белых носков на ней были белые кружевные чулки, которые, казалось, были взяты из каталога Фредерика. Чулки заканчивались чуть выше колен, не доходя до юбки, и прикреплялись к ремням для чулок, которые доходили до бедер и исчезали под подолом юбки. Сама по себе красно-зеленая клетчатая юбка была недостаточно длинной, чтобы прикрывать ее промежность, открывая низ ее простых белых хлопковых трусиков спереди и сзади. не говоря уже о кремовой ножке. И если говорить об открытой коже, белая классическая рубашка была завязана под ее грудью без бюстгальтера, а также полностью расстегнута, демонстрируя как плоский живот, так и небольшую часть декольте. Ее соски были твердыми и торчали на холодном воздухе. И два хвостика с красными лентами завершали образ.

      Аврора опередила меня. «Пейдж?»

      Рыжая оторвала