An ordinary sex life (OSL) - Астердис

После того, как передняя часть моего белого поло и часть моего лица были забрызганы грязью, я остановился как вкопанный с разинутым ртом и широко раскрытыми глазами. «Ты НЕ просто так сделала это!»

Внезапно Саша завизжал еще ГРОМЧЕ, когда я рванулся прямо к ней, в последний момент уперев плечо в ее поясницу, когда я схватил ее сзади и перекинул через плечо. В то же время я перекатил ее так, что она свернулась животом вниз, поставив ноги передо мной и свесив голову мне на спину. И когда она плюхнулась, как тряпичная кукла, я протянул руку и здорово хлопнул ее по заднице.

«Бен!» Саша удивленно вскрикнула от удара.

Я засмеялся и отшлепал ее еще два раза, прежде чем скандировать: «Разве [шлепок] твоя мама [шлепок] не учила тебя [шлепок], что нехорошо [шлепок] поливать людей грязью!» [шлепок]

«Разве твоя мама не учила тебя, что шлепать людей — это нехорошо!» - отбивалась она. А потом, все еще повиснув у меня на плече, она наклонилась и хлопнула МЕНЯ по заднице так сильно, как только могла.

Моя челюсть отвисла, глаза широко распахнулись. «О, НАЧАЛОСЬ». [шлепок-шлепок-шлепок-шлепок-шлепок!]

Саша всё визжала, а я всё шлепал. Она извивалась, корчилась и изо всех сил пыталась слезть с моего плеча, в то время как я продолжал бегать и подпрыгивать, чтобы не дать ей обрести достаточное чувство равновесия для этого. Но примерно через минуту я начал уставать. И, заметив бетонную скамью, я подбежал к ней и рухнул на неё, одновременно повернув Сашу так, что она упала мне на колени.

[шлепок!]

«Непослушная девочка!» — прорычал я.

[шлепок-шлепок!]

«Ты собираешься вести себя хорошо?»

Запыхавшись, Саша энергично отрицательно покачала головой и простонала: «Н-нет…»

[шлепок!] На этот раз, вместо того чтобы сразу убрать руку, я оставил ее на ее заднице в джинсах и потер. Не только я тёр, так как Саша, казалось, терлась животом об эрекцию, образовавшуюся в моих джинсах. И только тогда я понял, что ее первоначальный визг после каждого шлепка снижался по высоте и тону, пока она явно не стонала с каждым ударом.

[шлепок!]

«Ух …» — простонала Саша, склонив голову и снова прижавшись животом к моему стояку.

[шлепок!]

«О, ЕБАТЬ меня…», — простонала она, задыхаясь.

[шлепок!]

«Прикоснись ко мне, Бен. Поторопись! Я кончу! Еще один!»

[шлепок-ласка…]

«О, да! Чуть жёстче! Потри мой клитор! Потри его! Потри! Еще один шлепок!»

[шлепок-ТЕРЕТЬ]

«О-о-о-о-о-о-о… Я кончаю! Я кончаю! Продолжай тереть! Еба-а-а-а-ать!»

Глубоко вздохнув, я подавил собственное желание намочить боксеры, чувствуя, как Саша дрожит у меня на коленях. Моя правая рука продолжала упираться двумя пальцами в промежность ее джинсов прямо над ее клитором. Моя левая рука была твердо положена на затылок Саши, с силой удерживая ее, пока я действовал с ней. И когда она визжала и стонала в оргазмическом экстазе, я, наконец, поднял голову и огляделся.

По большей части студенты ходили в обоих направлениях, просто заботясь о своих делах. Но какой-то неопрятный парень с лохматыми волосами, в очках и плохо сидящей одежде стоял один в десяти футах справа, у фонарного столба, и, очевидно, таращился на нас. Примерно в пятнадцати футах слева находилась пара первокурсниц или второкурсниц, если мне нужно предполагать, и девушки сбились в кучу, шепча что-то между хихиканьем, закрывая рты руками.

В конце концов, дыхание Саши замедлилось и стало глубже, хотя она и не пыталась слезть с моих колен. Моя правая рука оставалась на ее заднице, собственнически отмечая мое завоевание. Однако я отпустил ее затылок, что позволило ей прижать предплечья к лицу, чтобы она могла прикрыть ими щёки. И в конце концов ей удалось восстановить голос.

«Либо отведи меня домой, либо найди какой-нибудь тихий уголок», — прохрипела она.

«Занятия начинаются через пять минут».

«Нахуй занятия. Ты мне НУЖЕН». Чтобы подчеркнуть свои желания, Саша еще раз потерлась животом о мою эрекцию.

Я глубоко вздохнул и подумал об этом. «Да, конечно».

После того, как я убрал руку с ее задницы, Саша соскользнула с моих колен и медленно поднялась на пошатывающиеся ноги, в то время как я тоже встал. Когда у нее перехватило дыхание, она переплела мои пальцы между своими и посмотрела на меня с таким раскаленным добела желанием, что оно, вероятно, могло расплавить сталь. Но когда она начала тянуть меня по тропинке к дому, я сопротивлялся и притянул ее к себе.

«Чего?» — спросила она, нахмурившись.

Я усмехнулся и кивнул в другом направлении. «Ты дала мне выбор. Я ищу тихий уголок».

***

— ПЯТНИЦА, 5 МАЯ 2006, ВЫПУСКНОЙ КУРС–

В правой руке внезапно вспыхнула боль. Я резко выпрямился на стуле, стиснув зубы, как раз вовремя сообразив, что, вероятно, мне не следует кричать в переполненном классе. Я широко раскрытыми глазами посмотрел на свою руку, наполовину ожидая, что она будет отрезана от запястья, и кровь будет хлестать из нее, как фонтан.

Но моя рука все еще была на месте. И крови не было. На тыльной стороне ладони было немного чернил, на этот раз на добрый дюйм ниже суставов пальцев и чуть ближе к запястью. А Саша как раз вынимала шариковую ручку, острый конический металлический наконечник блестел, как хирургический инструмент.

«Бенджамин, правда», — неодобрительно произнесла профессор Исакова. Она положила обе руки на стол передо мной, глядя на меня с приподнятыми бровями и острым выражением лица, очевидно, приняв такое положение ДО того, как ручка разбудила меня. «Презентации во вторник. Разве ты не можешь прободрствовать еще ОДИН урок?»

«Извини, профессор», — пробормотала я неуверенно, заставляя себя сесть.

«Хм. Твоя оценка еще НЕ гарантирована, молодой человек», — отругала она, прежде чем встать