An ordinary sex life (OSL) - Астердис

раз и почти нервно потеребила верхнюю пуговицу на взятом напрокат пижамном топе, как будто собиралась расстегнуть ее. «Но я пришла умолять о помощи. Я не буду просить многого: просто крышу над головой и, может быть, обед или два. Я не могу больше оставаться на улице, и я очень надеюсь, что ты будешь… ты будешь…»

Она начала всхлипывать, когда ее отрепетированная речь начала ломаться. Я немного подождал, чтобы увидеть, оправится ли она, но, когда ее лицо исказила гримаса, и она зажмурилась, словно от боли, я потянулся, чтобы успокаивающе потереть ее колено. Но в тот момент, когда моя рука коснулась его, она дернулась, скрутив оба колена в сторону, и отскочила с явным страхом в глазах.

«Эй, эй!» Я мгновенно воскликнул, подняв обе руки вверх, и отступил. Сидя прямо на своем стуле, я держался на расстоянии и объяснил: «Я не пытаюсь причинить тебе боль».

Быстро моргая, Элис изучала меня несколько секунд, взвешивая мои слова, прежде чем быстро кивнуть. Я начал расслабляться, но, когда ее голова продолжала быстро кивать, не собираясь останавливаться, я начал беспокоиться о душевной устойчивости Элис.

Но она объяснила, кивая: «Я знаю, что это не так. Я знаю… Я знаю…» Ее голос затих, когда ее взгляд повернулся в сторону, а она продолжала кивать, как будто при этом она могла убедить себя в моих невинных намерений. Внезапно она перестала кивать и посмотрела на меня с извиняющимся видом. «Мне очень жаль. После всего, через что я прошла, мне кажется, я немного нервничаю из-за того, что парни неожиданно прикасаются ко мне».

«Никаких прикосновений, понял», — сказал я с преувеличенной улыбкой и своим лучшим впечатлением от открытых, честных глаз.

«Мне жаль, что я так отреагировала».

«Тебе не нужно извиняться».

«Нет, нужно. Я имею в виду, у меня не было проблем с этим, когда ты обнимал меня у входной двери. На самом деле…» Она покраснела, взглянув на меня. «Мне это вроде как понравилось. Было приятно. Я не помню, когда в последний раз парень просто… обнимал… меня. По крайней мере, без его желания… ну…»

Я скривилась, когда ее голос затих. «Последнее, что я хочу сделать, это доставить тебе дискомфорт, хорошо? Я буду держать руки при себе».

Поджав губы, Элис кивнула и снова выпрямилась, хотя все еще была согнута, положив руки на колени. Она замолчала и снова нахмурила брови, пытаясь придумать, что сказать дальше.

«Итак, вернемся к тому, что, по твоему мнению, я могу для тебя сделать», — начал я. «Крыша над головой, несколько приемов пищи: это легко. У меня много места, и у нас много еды».

«У меня нет денег», — сказала она, стыдливо склонив голову. «Мне, честно говоря, нечем тебе заплатить».

«Я не прошу оплаты».

Она глубоко вздохнула и на выдохе нервно взглянула мне в лицо. «Где бы я ни была, у всего есть своя цена».

«Что ж, я мог бы попросить тебя сделать пару дел по дому», — сказал я беззаботно с ухмылкой. «Помой посуду, сложи мое белье, иди, делай заметки в классе, чтобы я мог поспать, и все такое, и мы назовем это честным».

Элис фыркнула, довольно громко и довольно грубо, и покраснела ярко-розовым цветом, прикрыв рукой рот и нос. Я знал, что она думала о сексуальных услугах как об оплате, и, очевидно, мой ответ смутил ее.

«Действительно», — начал я более серьезно. «Я не собираюсь ни о чём тебя просить. Ты явно в нужде, и я уже пообещал, что никогда не верну тебя на улицу. Я хочу помочь тебе, без всяких условий, хорошо?»

Элис заплакала и вернулась к тому, чтобы обнимать себя, положив ладони на локти. Когда ее лицо стало уродливым, и она склонила голову, она выглядела такой жалкой и хрупкой, что инстинкт протянуть руку и физически утешить ее снова сработал. Но я вспомнил, как она отреагировала, когда я потер ее колено, поэтому сдерживал себя около трех секунд.

Тем не менее, она продолжала плакать, и я не знал, что еще делать, поэтому я снова потянулся вперед, довольно намеренно и довольно медленно, показывая ей свою руку и позволяя ей видеть, как я приближаюсь. На этот раз Элис не отшатнулась, когда я коснулся ее плеча и начал тереть его. И через несколько секунд без каких-либо побочных реакций я подошел к ее стулу и стал на колени. И во второй раз за сегодня я заключил ее в теплые объятия.

Как и прежде, Элис потребовалось некоторое время, чтобы успокоиться, но в конце концов ее слезы остановились, а дыхание стало медленным и ровным. Ее лицо уткнулось в мое плечо, она замерла настолько, что я снова подумал, не заснула ли она. Но когда я повернул голову, чтобы посмотреть на нее, она глубоко вздохнула и откинулась на спинку стула, вытирая слезы обеими руками.

«Мне очень жаль», — пробормотала она. «Я не хочу продолжать тебе всё портить».

«Все в порядке», — мягко ответил я. «Я не могу представить, через что тебе пришлось пройти».

«Нет, ты не можешь», — пробормотала она еще мягче и грозя снова заплакать. Но глубоко вздохнув, она заставила себя сохранять спокойствие и закончила вытереть последние слезы.

«Я просто хочу помочь тебе», — искренне сказал я.

«Ты уже помог мне», — ответила она, ее голос звучал сильнее, когда она села немного прямее. «Просто позволив мне быть здесь. Ты… ну… я полагаю, Саша и Пейтон… накормили меня и одели, и позволили мне впервые почувствовать себя в безопасности с… с тех пор… Бля, я не помню, когда в последний раз я была в безопасности где-нибудь, но я чувствую себя в безопасности здесь».

Я кивнул. «Так и есть».

Она посмотрела на меня немного настороженно. «Извини, но я слышала это раньше. Добрый человек с улицы, похожий на типа, который хочет спасти девушку, терпящую бедствие. А затем посреди ночи я нахожу его руку