An ordinary sex life (OSL) - Астердис

большого бюста и вызывающих стояк бедер. Но она была из тех девушек, у которых есть постоянные парни, и она не слишком флиртовала со мной несколько раз, когда мы пересекались. И с таким количеством ее товарищей по сестринству, которые были более доступными и более склонными, просто не было возможности узнать ее как следует.

И все же она была единственной, кто мог назначить награду в 100 баллов за мою голову. Она была единственной, кто мог потребовать, чтобы эти первокурсницы провели ночь в моем доме. И она должна была быть в курсе двух заметных табличек, вывешенных в моем фойе, поскольку внизу были ее имя и подпись.

Дело в том, что небольшое замечание Пейтон о том, что я больной извращенец из-за того, что хотел, чтобы Кирсти сняла лифчик, было совершенно беззубым. Любая женщина, предлагающая своим молодым подопечным соблазнить меня за очки, а затем намеренно выставить передо мной их полуодетые тела, не могла бы пойти по высокоморальному пути. Она должна была понять, во что ввязывала своих первокурсников и себя.

Ухмыляясь, как всезнайка, я пожал плечами и ответил: «Я не заставляю ее раздеваться догола. Я просто попросил».

«Это не походило на просьбу, скорее на команду. И в хартии не сказано, что ты можешь говорить нам, что делать».

Моя улыбка сразу стала шире. Намеренно или нет, но Пейтон дала мне прекрасную возможность выполнить маленький план Адриенны. «Ты абсолютно права, мадам президент. В хартии не сказано, что я могу отдавать приказы», ​​- угодливо заявил я со злой ухмылкой. «На самом деле, в той хартии на стене написано, что я могу сделать с тобой только две вещи…»

Мои глаза загорелись, когда я позволил взгляду скользить вверх и вниз по впечатляющему телу Пейтон. Ее белое бюстье в рубчик обнимало и ущемляло ее стройную фигуру, заставляя ее грудь казаться еще больше, а также привлекало внимание к свисающему бриллиантовому кулону, пронизывающему ее пупок. Соответствующие трусики с вырезом бикини подчеркивали нежный изгиб ее бедер. И в данный момент на ней были белые туфли на каблуках, которые повышали ее значительный рост еще выше, а также придавали ее длинным ногам заманчивую гибкость. Когда мой взгляд вернулся к лицу Пейтон, я увидел, что она слегка побледнела от очевидного… голода… в моем взгляде. Сексуальное существо внутри меня было сейчас довольно близко к поверхности, и я наблюдал, как она нервно трясется, прежде чем изложить те две очень особенные вещи, которые мне было позволено делать с ней. «Захват… и осеменение».

Когда мои намерения стали ясны, окружающие девушки ахнули. Они определенно сильно отличались от того, когда я впервые вошел в дом. Почти час назад я был почти ошеломлен похотливым вниманием пятнадцати Три-Дельт в своем откровенном нижнем белье. Я удалился в компанию знакомых мне людей, позволив девушкам из основного гарема заверить меня, что у меня нет никаких обязательств по удовлетворению любой новой Три-Дельты, который вошла в дверь, желая прокатиться. Как обычно, Джоселин взяла на себя ведущую роль, объяснив, что первокурсницам было поручено провести здесь вечер «в опасности» вместе с вышеупомянутой наградой. Но она также заверила меня, что все было хорошо, и что кроме того, что вокруг было немного лишней радости, на самом деле ничего не изменилось. Я мог бы провести ночь как обычно, если бы захотел, и не иметь ничего общего с новыми девушками, если бы захотел.

Я даже не разговаривал с Пейтон раньше, хотя я представился и обменялся любезностями с пятью неофитами Три-Дельт. Я болтал со своими девушками из гарема несколько минут, съел несколько кусочков пиццы, а затем удалился в уединение своей комнаты, чтобы собраться и позвонить Адриенне. Это было не самое сильное первое впечатление, и мужчина, которого девушки видели уходящим более тридцати минут назад, НЕ был тем мужчиной, который был перед ними сейчас.

Теперь я был человеком, которого Лейтон Барристер впервые встретила в темных тенях своей спальни после душа. Теперь я был тем человеком, который оставил за собой след бессознательных тел Три-Дельт через верхние этажи общежития в течение нескольких месяцев сразу после этого. Теперь я был человеком, который провёл Церемонию Посвящения два года назад. Сексуальное существо внутри меня проснулось и не успокоится, пока не утолит свой плотский аппетит.

Пейтон напряглась, когда я внезапно оказался в трех дюймах перед ней, бросившись вперед быстрее, чем она могла среагировать. Моя левая рука легла на ее бедро, сжимая указательным пальцем ремешок ее трусиков. Моя правая рука коснулась ее лица, перевернувшись так, чтобы я мог провести тыльной стороной пальцев по ее дрожащей щеке. «Я не причиню тебе вреда», — пообещал я тоном, отнюдь не обнадеживающим. «По крайней мере, не постоянного».

«Ты не можешь. Не меня…» выдохнула она.

«Конечно, могу. Ты полностью осведомлена о вывеске у моей двери. ВСЕ сестры, которые проходят за эту точку, подлежат захвату и осеменению, и, как я проверял, президент женского общества по определению является «сестрой». Почти грубо я позволил своей левой руке скользнуть внутрь ее трусиков, схватив здоровый кусок ее тугой задницы, наслаждаясь ощущением ее обнаженной кожи на моей ладони.

«Но это…» — всхлипнула она, качая головой. «Я не цель! Награда для первокурсников!»

«Ты абсолютно права. Если бы я переспал с одной из них, награда закончилась бы. И в этом нет никакого удовольствия». Крепче сжав ее задницу левой рукой, я повернул правую и обхватил ее голову за ухо большим и указательным пальцами. Я наклонился вперед, пока мои губы не оказались всего на долю дюйма от ее губ. Она запрокинула голову с неприкрытым страхом в глазах, но я последовал за ней, сохраняя близость наших ртов, поскольку я ожидал, что поймаю ее губы. И злобно ухмыльнувшись, я заметил: «Разве Лейтон или Карли ничего не рассказывали тебе обо мне?»

Теперь, дрожа в моих руках, Пейтон захныкала и бросила взгляд на других девушек. Все внимательно наблюдали, но никто из них не двинулся, чтобы помешать. «Ты не можешь! Я не могу этого сделать!»

Теперь, когда она действительно оказала некоторое сопротивление, я приостановил продвижение вперед. Зеленые глаза Пейтон щелкали между моими глазами влево и вправо, ища мой взгляд.