An ordinary sex life (OSL) - Астердис

Не то чтобы DJ никогда раньше не думала об этом. Она думала. Но по каким-то причинам эти жертвы и последствия так и не достигли цели. Может быть, потому, что вначале мы были полны адреналина и любви. Может быть, это потому, что я пошел и сотворил что-то необдуманное, сделав предложение. Может быть, это произошло потому, что мы были захвачены праздниками и похвалами членов семьи, каникулами и, наконец, нашей недельной лыжной поездкой.

Но теперь мы вернулись домой. Теперь мы собирались вернуться в NorCal.

Теперь мы возвращались в реальный мир.

И внезапно DJ не была так уж уверена…

Прошлой ночью она не в первый раз задумывалась об аборте, но прошлой ночью она впервые действительно подумала, что это может быть лучше. Она привела лучшую подругу Брук в комнату, чтобы обсудить, о чем она думает, и их разговор длился все время, пока мы с Адриенной мыли посуду, дважды занимались сексом, а затем приняли душ. Тем не менее, она и Брук не совсем пришли к единому мнению о том, что делать или даже говорить ли мне. Но как только я постучал в дверь, решение было принято, и она позвала меня.

Мы разговаривали большую часть ночи, достаточно долго, чтобы к нам присоединилась Адриенна. В какой-то момент, когда я пытался убедить DJ, что мы с ней сможем справиться с ежедневной рутинной работой по воспитанию детей, несмотря на беспокойство Брук и ее опасения, что мы этого не сделаем, я искал любую поддержку и попросил Адриенну поддержать меня.

«Что, ты думаешь, я собираюсь убедить ее, что это правильное решение — завести ребенка? Я??!» Адриенна ответила недоверчиво. Но, к ее чести, Адриенна не пыталась настаивать на том, что прерывание беременности было правильным решением. «Все зависит от того, что подходит вам обоим».

Проблема заключалась в том, что никто из нас не был полностью уверен, что это будет. В конце концов, мы договорились, что сегодня вечером мы не БУДЕМ уверены, а вместо этого должны будем довольствоваться тем, что хотя бы открыто говорим о вещах. Тем не менее, это открытое общение начиналось и заканчивалось с участием четырех человек в комнате. Если бы мы в конечном итоге решили оставить ребенка, тогда не было бы смысла волновать моих родителей или кого-либо еще прямо сейчас.

Сон наступил прерывисто. DJ много плакала у меня на руках. И, несмотря на то, что я пообещал сохранить одну порцию для нее, никто из нас не был в настроении заниматься любовью.

Но это было прошлой ночью. Сегодня утром было сегодняшнее утро. Кто знал, что принесет этот день?

***

«Я могу остаться, ты знаешь. Поехать с вами, ребята. Сяду на рейс в Нью-Йорк в другой раз».

Я взглянул на Адриенну, сидевшую на пассажирском сиденье, когда мы проезжали Джамбори, и я свернул направо к съезду. Все прощания были сделаны. Сегодня утром мои родители уехали на работу, и близнецы уехали на встречу со своими друзьями, в то время как я погрузил Адриенну в свою машину. Брук и DJ вернулись в дом, чтобы закончить собираться, и после этой короткой поездки, чтобы отвезти Адриенну в аэропорт, я возвращался, чтобы забрать их, загрузить и затем поехать в NorCal.

«Что? Нет, конечно, нет», — сразу же ответил я. «У тебя есть планы на съемку».

«Всегда будет еще одна съемка. Я могу остаться, если я тебе понадоблюсь», — настаивала она, протягивая руку, чтобы потереть мое колено.

Я глубоко вздохнул, взвешивая ее предложение. С одной стороны, было бы хорошо, если бы рядом со мной был кто-то, кто был бы полностью на моей стороне, несмотря ни на что. Единственной ставкой Адриенны в этом решении было мое счастье, и, хотя она сама могла полностью сопереживать колебаниям DJ родить ребенка, она знала, что я этого хочу, и полностью поддержит меня и это желание.

С другой стороны, это решение действительно было между мной и DJ. Да, у наших семей были свои мнения и потенциально противоречащие друг другу желания, но в итоге мы с DJ были настоящими родителями. Все тяготы ответственности начинались и заканчивались на нас. И хотя я, конечно, не возражал бы против присутствия и поддержки Адриенны, я не хотел отрывать ее от ее жизни и карьеры.

«Нет, нет», — твердо ответил я. «Я буду в порядке. Да и телефоны у нас все еще есть».

«Ты НЕНАВИДИШЬ телефонные звонки. Ты не видишь, с кем разговариваешь, и это создает разрыв, с которым тебе трудно обходиться».

«Да, но я к этому привык. Мне нравится каждый раз, когда ты звонишь мне, и я обязательно буду держать тебя в курсе на этот раз».

«Тебе же лучше. Не заставляй меня беспокоиться о тебе, хорошо?» Адриенна засмеялась, зная, что, делая вид, что она беспокоится о себе и СВОЕЙ проблеме, на самом деле укрепляла мою решимость и уверенность. Я никогда не достигал результатов выше, чем когда считал, что работаю на благо тех, о ком я забочусь.

Я улыбнулся ей в ответ, понимая, что она делала, и я был доволен этим. Но светофор на МакАртуре был зеленым, и я сосредоточился на том, чтобы сделать длинный левый поворот и избежать тупого серебристого BMW, который свернул на внутреннюю левую полосу и теперь отчаянно пытался пересечь три полосы направо, чтобы он мог повернуть на аэропорт раньше меня.

Устроившись, когда мы все притормозили на красный свет на перекрестке с аэропортом, я снова оглянулся и спросил: «Как ты думаешь, что она собирается решить?»

«Я не знаю».

«Я знаю, что ты не знаешь. Я спросил, что ты думаешь».

Адриенна вздохнула. «Я действительно не хочу строить догадки. Я не очень хорошо знаю DJ, и