An ordinary sex life (OSL) - Астердис

Однажды ночью мне пришлось ужинать левой рукой, потому что DJ не отпускала мою правую.

Наша блаженная фаза медового месяца была очевидна для всех, кто наблюдал за нами, хотя никто не считал нужным комментировать. Берт не дразнил меня шутками о том, как мы с DJ ведем себя друг с другом. Ким и Брук приняли изменения спокойно. Даже Саша просто улыбнулась нам и продолжила вести себя как мой друг и соратник по проекту, как обычно. Вероятно, помогало то, что, с нашей стороны, мы с DJ не делали ничего явного, чтобы бросить обществу вызов нашими новыми отношениями. И вновь, мы все еще не занимались сексом.

Ближе всего к тому, чтобы развлечься, мы оба подошли к вторнику с Пейдж и тот вышеупомянутый четверг, когда DJ не удалось меня соблазнить. Пейдж хорошо поняла, когда я сказал ей, что храню себя на тот момент, когда моя новая девушка почувствует себя достаточно здоровой для секса. Было неправильно чтобы кто-то, кроме DJ, была первой девушкой, которая намочила мой член после того, как я попросил DJ стать моей девушкой. Пейдж провела первый час или около того нашего времени вместе, допрашивая меня о моих новых отношениях, чтобы убедиться, что я знаю, во что ввязываюсь, и принял это решение с открытыми глазами, тем более что я сказал ей утром после Хэллоуина, что я пока НЕ ​​буду встречаться с DJ.

К концу часа Пейдж была убеждена, что заставило МЕНЯ чувствовать себя намного лучше в том, что я делаю. Но она все еще была возбуждена, и, несмотря на то, что понимала, что -Я- пока не могу заниматься с ней сексом, она спросила, нарушит ли мой мораторий если Я съем ЕЁ.

Ну, мой член не промокнет, и я подумал, что не могу оставить ее полностью отвергнутой. Так что я сделал то, что сделал бы любой хороший парень: я написал своей девушке, прося ее разрешения подарить Пейдж оральный оргазм. Несмотря на то, что она была в классе, DJ отправил мне ответ «ОК» менее чем через тридцать секунд, с оговоркой, что я буду должен ей особенное куни всякий раз, когда мы, наконец, согласимся сделать это друг с другом.

В 15:40 мы с Пейдж вышли через парадную дверь дома вместе, Пейдж весело прыгала по ступенькам, чувствуя себя очень отдохнувшей после двух кульминационных моментов куннилингуса. Я даже не пытался дать ей второй. Не МОЯ вина, что Рыжик испытала множественный оргазм.

Второй раз мы с DJ были близки к сексу в тот четверг. Я вышел из душа в одном полотенце, а на DJ было еще меньше. Ее черный бюстгальтер с получашками оставлял обнаженными торчащие соски. Губы ее киски были недавно выбриты и аккуратно обрамлены подходящим черным поясом для чулок и чулками, хотя ее трусиков нигде не было видно. Она даже носила шестидюймовые черные туфли с ремешками, которые пересекали ее икры, туфли, которые я с нежностью помнил, как я держал их в руках в последний раз, когда она их носила. И она даже снова заплела волосы в эти ёбанные косички.

Shwing!*

Но я сопротивлялся. Мы целовались, целовались и целовались, пока она почти не заснула от истощения. Её уровень энергии все еще был не таким, как я хотел. И хотя у нее не было ни тампона, ни менструальных прокладок, я знал, что ее месячные еще не полностью закончились. Я все еще хотел, чтобы мы в первый раз занимались по-настоящему ЛЮБОВЬЮ, миссионерски и вагинально, пока мы смотрели друг другу в глаза. И я также хотел, чтобы наш первый раз длился долго, а не чтобы я засовывал член в ее обмякшее тело, пока она слабо задыхалась от слабости и нехватки кислорода.

Кроме того, мне нравились объятия.

Но потом наступила суббота. И месячные DJ закончились. А после завтрака она взяла меня за руку, отвела наверх и настояла на том, чтобы больше не принимать «нет» в качестве ответа. Она закончила принимать таблетки по своему 10-дневному рецепту, она чувствовала себя здоровой, и, как она выразилась, мы сделали «достаточно мягких разговоров-сближения-отношений-построения основы».

«Я возбуждена», — настаивала она. «И меня нужно ТРАХНУТЬ».

Мы оба получили то, что хотели. Я должен был заняться любовью со своей новой девушкой в ​​миссионерском стиле, чувствуя, как мои пальцы на ногах скручиваются, когда я изливал жидкую сущность моей любви в ее теплую, восприимчивую вагину, в то время как она стонала во взаимном оргазме, и ее кристально чистые голубые глаза искрились. У нее было достаточно энергии, чтобы перевернуть меня, снова отсосать мне до твёрдости, а затем покататься в позе наездницы, в то время как я сел и зарылся лицом в эти великолепные груди, пока она не оторвалась в последний момент и не позволила мне взорваться на всё её лицо. Затем она смазала нас обоих и наклонилась по-собачьи, крича как банши, пока я садомировал ее до чертиков. И когда она потеряла сознание и от истощения, и от седьмого утреннего оргазма, я пробирался внутрь ее бессознательного тела около минуты, пока я не рванул вперед в последний раз и не заполнил ее толстую кишку всей своей сливочной спермой.

И это было только началом ЧУДЕСНЫХ отношений.

***

Я сделал рывок вперед в последний раз, проворчав оргазм в ухо моей любовницы, когда литр спермы потек из меня в ее сосущую киску. Застонав от экстатического удовольствия, она впилась пятками в мою задницу и крепче обняла меня за спину, чтобы втянуть меня глубже, когда она почувствовала, как сперма вытекает из моего тела и обрушивается на ее внутренности, как волны на пляж. Первая волна начала отступать только для того, чтобы встретить выход второй, и наши тела подергивались и горбились вместе, пока я заканчивал наполнять ее своей спермой.

«Черт возьми…» — выдохнула Брук, ее лоб был покрыт потом, пока она медленно выходила из эйфории оргазма.

«Черт возьми…» — простонал я, чувствуя, как мои конечности превращаются в желе, и