An ordinary sex life (OSL) - Астердис

«ХЭЙ!» я рявкнул, едва DJ произнесла слово «шлюха», схватив и сжав ее руку, которая лежала на моей ладони.

Она отвернулась, тяжело дыша и заметно кипя. Она закусила губу и избегала моих попыток взглянуть ей в глаза, как отруганный ребенок, который уже знал, что поступил неправильно. Но гнев все еще был внутри нее.

Подёргав ее за руку, чтобы убедиться, что я привлек ее внимание, я серьезно заявил: «Твоя сестра не шлюха».

«Я ЗНАЮ, что она сделала с тобой», — оборвала она меня. В голосе DJ не проходила горячность. «Я ВИДЕЛА, как сильно она сделала тебе больно».

Я ничего не мог ответить сразу.

«Я знаю, как сильно тебе все еще больно», — тихо добавила она.

«Не могу сказать, что это было легко», — ответил я, глубоко вздохнув и подняв голову. «Но я пытаюсь двигаться дальше».

«Пытаюсь двигаться дальше… Но ты все еще любишь ее, не так ли?» В голосе DJ была скрипучая дрожь.

Я моргнул и посмотрел на нее. Теперь влага исчезла из ее глаз. Она катилась по ее щекам.

«Вот почему ты не можешь быть со мной, не так ли? Потому что ты все еще любишь ее».

Я быстро моргнул, прикусил нижнюю губу и глубоко вздохнул. Опустив голову, я пожал плечами и ответил: «Не знаю. Может быть».

DJ выдохнула поток воздуха, который продолжался некоторое время, прежде чем она сделала глубокий вдох, а затем снова выдохнула. Я видел, как напряжение в ее теле покидает ее, пока она это делает, и когда она снова подняла голову, она больше не плакала.

«Когда она изменила, я больше всего на свете желала, чтобы я могла помочь тебе, чтобы я могла сделать все для тебя лучше», — тихо заявила она, ее взгляд был направлен куда-то на четыре месяца назад. «Хотя я знала, как сильно тебе больно, я не могла не думать, что это была моя возможность быть с тобой. Что, может быть, ты мог бы стать для МЕНЯ потрясающе замечательным парнем. Я знала, что это было не вовремя, но фантазия все еще была. А потом ты поцеловал меня и попросил выйти за тебя замуж и… угх…»

Я смотрел, как она всхлипнула и покачала головой, прежде чем вытереть глаза.

«Как только я отошла от мысли быть твоим отскоком, я переключила свое внимание на Аврору. Я подумала обо всех тех случаях, когда она была для тебя ужасной девушкой, пытаясь наверстать упущенное во всех тех диких и безумных юношеских опрометчивых поступках, которых у нее никогда не было. Я не знаю всего, что вы с ней делали, но все знали, что это именно Аврора раздвигает границы ваших отношений. Я слышала о том, что она хочет другого опыта, других мужчин, того, чем девушка должна заниматься, пока она не занята, а не когда она с таким любящим парнем».

«Ты не знаешь обстоятельств…»

«Нахуй обстоятельства», — парировала DJ. «Ясно, что все это привело к этому. Она ДЕЙСТВИТЕЛЬНО изменила тебе, не так ли?»

Я не ответил, вместо этого внимательно изучая линии и узлы на половицах.

«Я думала о себе как о твоем голосе праведности. Несмотря на то, что я была в твоем доме с Брук все лето, я звонила домой и говорила Авроре, как сильно она облажалась, о том, что ты был таким замечательным, идеальным парнем. и как она выбросила всё это на помойку своими эгоцентричными, эгоистичными желаниями. Она злоупотребила твоим доверием. Она заставила тебя поверить, что ваши отношения всегда будут чистыми, что между вами ничего не может встать, даже когда она просила тебя позволить другим мужчинам войти в неё. Я хотела, чтобы она ПОМНИЛА, как сильно она причинила тебе боль, даже несмотря на то, что я находилась за сотни миль. Я сделала бы это лично, если бы осталась здесь на лето. Она перестала отвечать на мои звонки после третьего и вешала трубку, прежде чем позволяла мне сказать хоть слово, когда я звонила домой и мама или папа передавали ей телефон».

Это подняло мою голову. «Ты действительно это делала?»

DJ кивнула, а затем она нахмурилась. «Ты был идеальным парнем. Ладно, ну, может быть, не идеальным — ты определенно был слишком глуп и слепо верен, чтобы увидеть надвигающееся крушение поезда — но ты был лучшим парнем, чем мог быть любой мужчина. Это она тебя подвела. Она была той, кого не удовлетворяли ваши отношения. И именно она тебе изменила».

Я снова повесил голову, слова DJ вернули меня в то ужасное время в моей жизни, которое завершилось потерей моего завтрака на полу в спальне.

«И после всех этих чертовых ужасов, которые она сделала с тобой, ты все еще чертовски влюблен в нее…» — наконец выплюнула DJ, с горечью в голосе.

Я сделал несколько глубоких вдохов, задаваясь вопросом, почему я все еще люблю Аврору. Она изменила мне. Она злоупотребила моим доверием к нашим отношениям. И, по крайней мере, на тот момент я не мог вспомнить, ПОЧЕМУ, черт возьми, я ждал, когда она вернется домой. В конце концов, чем она на самом деле заслужила мое ожидание и терпение?

DJ резко встала. На ее лице была маска гнева, и она все еще кипела. Прямо сейчас она не смотрела на меня, как на мужчину, который был лучше, чем ее самые смелые мечты; она смотрела на меня с отвращением, гадая, что, черт возьми, со мной не так. А затем, не сказав больше ни слова, она повернулась и пошла прочь.

«DJ…» — прокричал я ей вслед.

«Придумай ужин сам», — бросила она через плечо, не оборачиваясь. «Надеюсь ты не настолько жалок, чтобы не справиться хотя бы с этим».

Я вздохнул. Ну, по крайней мере, мне не нужно было беспокоиться о том, что DJ считает меня идеальным или что-то в этом роде.