An ordinary sex life (OSL) - Астердис

и я ушла. Я открыла дверь, готовая обнять своего парня и спросить, какого черта он звонил в дверь, когда все всегда просто входили. Но, к моему полному шоку и удивлению, это была Пейдж. Она стояла там, казалась намного меньше своего роста 5 футов 2 дюйма, и в целом выглядела как дерьмо. Ее лицо было залито слезами, и у нее был то, что было похоже на застарелый синяк под глазом. Ее руки были скрещены на талии, и она дрожала, хотя на ней было тяжелое пальто и на улице было не особо холодно. Я сразу поняла, что что-то очень, очень не так.

      Не сказав Пейдж ни слова, я повернулась и быстро побежала обратно в гостиную, оставив дверь открытой. «Бен», начал я тихим, смертельно серьезным голосом. «Я думаю, тебе лучше подойти сюда».

      Он знал, что лучше не задавать вопросы, поэтому быстро встал и последовал за мной до двери. «Пейдж?» вопросительно спросил он, как только увидел ее. А потом он в шоке ахнул. «Пейдж, что случилось?»

      «Б-Бен ... Я могу войти?» нерешительно спросила она. Не было и следа той бравады, которую она проявляла передо мной в последние несколько раз, когда мы виделись. Исчезла бунтующая, стервозная бродяжка, занятая саморазрушением. На ее месте была маленькая девочка, напуганная до смерти.

      «Конечно, конечно», Бен протянул к ней руку, и она вошла. Она снова вздрогнула, когда он ее обнял, на мгновение отпрянув. Но через секунду она бросилась в его объятия и начала рыдать громкими криками отчаяния, неудержимо вздрагивая.

      Бен посмотрел на меня, его лицо было полно беспокойства. Я понятия не имела, что делать, но Бен склонил голову в сторону спальни. Я пошла впереди, пока Бен наполовину нес Пейдж туда.

      Оказавшись внутри, это было немного похоже на выдергивание зубов, когда Бен осторожно попытался понять, что, черт возьми, с ней случилось и почему она оказалась у нашей двери. Я подумала, что какой-то парень избил её, судя по синяку под глазом. Так что это не было большим сюрпризом. Но я чуть не потеряла сознание, когда Пейдж наконец призналась: «Я беременна».

      Когда она рассказала нам свою историю, я почувствовала себя виноватой за то, как я думала о Пейдж последние пару лет. Не то чтобы я решила, что ошибалась насчет нее. Даже сейчас я все еще думала, что Пейдж беспокоится только о себе. Но учитывая то, через что она проходила, я не могла ее винить. Девушка прошла через ад. И небольшая часть меня думала, что это могла быть моя вина; как будто я каким-то образом оттолкнула ее от Бена в ту жизнь, которую она вела, пока была вне его орбиты.

      Наркотики. Беспорядочные половые связи. Физическое насилие со стороны мужчин. Я не могла даже представить себе такую жизнь. Она даже не знала, кем был отец.

      Тем не менее, я подумала, что это немного несправедливо, что она возвращается к Бену. Разве это не работа родителей Пейдж? Я знала, что если я когда-либо попаду в беду, я могу всегда надеяться на мою семью. У Бена было достаточно собственных проблем, и ему только не хватало глупой девушки, которая сама навлекла на себя все эти проблема. Но я придержала язык и попыталась сосредоточиться на своем чувстве сострадания. Пейдж нужен был друг, и я не могла представить себе кого-нибудь лучше Бена.

      Кроме того, я обещала Бену, что поддержу его. Даже в прошлом семестре он хотел чем-то помочь ей. И вот время пришло.

      Поэтому Бен притянул к себе Пейдж в теплые объятия и пообещал: «Мы разберемся с этим». Если бы он сделал то же самое для меня, я бы ему тоже поверила. И мы все трое начали расслабляться.

      Конечно, Райан просто ДОЛЖЕН был ждать снаружи, когда мы вышли через час, после того, как Пейдж заснула. Мой парень посмотрел прямо на Бена и зарычал: «Может, кто-нибудь скажет мне, что вы двое делали в той спальне все это время?»

      Мы объяснили ситуацию и даже показали Райану, что Пейдж спит в постели Бена. Но я прочитала напряжение в глазах моего парня. Можно было подумать, что после того, как у нас с Беном была возможность заняться сексом, которой мы не воспользовались, Райану стало лучше. Можно было подумать, что после месяца, проведенного в одиночестве на зимних каникулах, он ослабил бы свою паранойю. Это было не так. Вернулась та же настороженность, которую он проявлял по отношению ко мне и Бену в прошлом семестре.

      И я поняла, что это никогда не исчезнет.

      ***

      ФЕВРАЛЬ 2004, ВТОРОЙ КУРС

      «Так позволь мне уточнить…» Я остановилась, чтобы сделать глоток кофе, приподняв брови, пока собиралась с мыслями. «Каденс не против, когда ты спишь с другими девушками, потому что ты и она еще не достигли этой точки в отношениях».

      «Ага».

      «И она говорит, что вы двое еще не достигли этой точки в ваших отношениях, потому что она ждет, когда ты сделаешь свой ход».

      «Ага».

      «Но ты не сделал свой шаг, потому что не уверен, что готов к таким обязательствам».

      «Точно».

      «Ха…» Я задумалась над этим.

      «Странно».

      «Чего?»

      «Просто… Я никогда не думала, что ты сможешь подумать на так много шагов вперед, когда перед тобой маячит секс».

      «А?»

      Я улыбнулась. «Я люблю тебя, Бен, но высшие мозговые функции не были твоей сильной стороной, когда перед тобой была возможность заняться сексом».

      «Ну, может, я расту».

      Я ухмыльнулась. «Может быть». Я глубоко вздохнула и расслабилась, восхищаясь тем, как Бен изменился за эти годы. Слишком часто, когда он рос, он просто плыл по течению и никогда не задавался вопросом, что происходит, пока ему удавалось вставлять свой член в желающую девушку. Обязательства, отсутствие обязательств, это не имело значения. Быстрая интимная жизнь всегда была приоритетом. И возможность сделать девушку счастливой была связана не столько с вниманием к ее чувствам,