An ordinary sex life (OSL) - Астердис

      Вообще-то я нашел ее в гостиной. Она болтала с Брэнди об учёбе и о её планах на будущее. Когда я вошел, обе женщины подняли глаза, и мама первой уловила серьезность в моем лице. «Что случилось?»

      «Э, я не хочу мешать».

      «Нет, все в порядке. Мы просто болтаем». Мама посмотрела на Брэнди в поисках подтверждения, а моя сестра серьезно кивнула. Похоже, они обе знали, что то, что я хотел сказать, было не просто случайным комментарием.

      Я глубоко вздохнул, чтобы собраться с силами, и взглянул на Брэнди, потратив лишние полсекунды, чтобы решить, что я не против, если она будет здесь присутствовать при разговоре. Я сел на диван рядом с мамой и посмотрел прямо на нее. «Я знаю, что у нас были разговоры о близнецах и их… э… развитии».

      Мама кивнула, и Брэнди приподняла бровь при этой теме.

      Я сделал еще один глубокий вдох и заявил, качая головой: «Я НЕ собираюсь заниматься сексом с близнецами, даже когда им исполнится пятнадцать».

      Теперь мама приподняла бровь и посмотрела на Брэнди, глубоко вздохнув. Затем она посмотрела на меня. «Я вижу».

      Мама могла видеть, что у меня есть что сказать, и я очень сознательно изложил все мысли, о которых только что думал на кушетке, начиная от моей веры в то, что мы с близнецами — просто в разных мирах, до того, что меня просто не будет рядом, если я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО сделаю это. Я объяснил, что не жалею о том, что делал с Брэнди или Брук, но что с Эдем и Эммой все было совсем иначе. Мое повествование было немного бессвязным, но я смог высказать свою точку зрения, и в конце концов обе женщины кивнули, соглашаясь со мной.

      «Разве тебя не беспокоит, что с ними может случится?» Мама спросила меня, когда я наконец закончил.

      Я вздохнул и кивнул. «Конечно. Я их старший брат, и я люблю их. Но… Брэнди удалось разобраться с этим самостоятельно, и у нее все в порядке».

      Брэнди покраснела и посмотрела вниз в легком смущении.

      «Кроме того, я думаю, что у близнецов хороший фундамент. Они многому научились — как положительному, так и потенциально отрицательном — от всех нас, старших детей, включая Адриенну. Брук все еще будет приглядывать за ними еще несколько месяцев по крайней мере. И я почти уверен, что тебе не о чем будет беспокоиться до следующей зимы, когда близнецам исполнится пятнадцать».

      Мама ухмыльнулась. «Мы НЕ будем говорить им об этом небольшом разговоре. Если бы я могла убедить их, что они все еще должны ждать тебя, пока им не исполнится восемнадцать, я бы так им и сказала».

      Брэнди и я усмехнулись. «Ты не хочешь, чтобы я говорил им?»

      Мама покачала головой. «Нет. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы они оставались девственными и чистыми как можно дольше. О, я знаю, что в конце концов им нужно будет научиться. Но у меня есть право на осторожность на стороне».

      Я вздохнул. «Однако следующей зимой они будут разочарованы. Я не уверен, что они действительно поймут. Я не хочу, чтобы они чувствовали себя отвергнутыми или ненавидели меня за это».

      Мама пожала плечами. «Если от этого тебе станет легче, я бы никогда не позволила тебе это сделать».

      Моя голова дернулась назад, и я приподнял бровь. «Чего?»

      Мама лукаво усмехнулась. «Я никогда не собирался позволять тебе спать с близнецами, Бенджамин, именно по тем причинам, которые ты только что изложил».

      «Ты не собиралась?»

      Она покачала головой. «Но ты сам понял, как поступить правильно. Я очень тобой горжусь».

      Мой рот открылся. Я все еще был удивлен ее заявлением. «Но если ты никогда не собиралась позволять мне делать это, почему ты позволила МНЕ думать, что я собираюсь это сделать?»

      Она пожала плечами. «По той же причине, по которой я пока не говорю девочкам. Наличие этой морковки помогло удерживать всех ТРЁХ из вас под контролем. Как я уже сказала, я — мама. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы они оставались чистыми и девственными до тех пор, пока я могу. Если нам повезет, к тому времени девушки перестанут увлекаться тобой, и все это будет просто не важно».

      Невозможно было ошибиться в хитрой ухмылке на лице мамы. Мы с Брэнди повернулись, посмотрели друг на друга и закатили глаза. Затем я снова посмотрел на маму и вздохнул. «Хорошо. Но если они этого не сделают, и близнецы захотят снять с меня кожу живьем, за то что я тщетно заставил их ждать, а затем не выполнил обещанное, я укажу им на ТЕБЯ».

      «Посмотрим…» Мама улыбнулась. «Посмотрим».

      ***

      После этого я больше не думал обо всем этом. Похоже, мама была на правильном пути, что близнецы могли вырасти из своего увлечения мной, поскольку всю неделю они не преследовали меня ради физических удовольствий. Тем не менее, мы весело проводили время между как брат и сестры, просто болтая и слоняясь по дому. К моему удивлению, близнецы начали играть на своих NintendoGameCube после того, как вернулись из школы и выполнили домашнее задание. Я был вовлечен в игру с ними в MarioParty. И почему-то они всегда заставляли меня выбирать розовые картинги или персонажей.

      Брэнди и я также укрепляли нашу связь брата и сестры в будние дни, когда наши родители были на работе, а наши сестры ходили в школу, так как у местного округа весенние каникулы отличались от Кэла. Брэнди предстояло навсегда переехать из Южной Калифорнии, поскольку она уже нашла работу в Сан-Франциско. И, казалось, она задалась целью посетить все достопримечательности, которые она пропустила на юге, такие как Центр Гетти, Обсерватория Гриффита и киоск Pink'sHotDog.

      И, конечно же, мы с Брук укрепляли нашу собственную версию связи между братом и сестрой, в которой мой