Вулкан Капитал: Орал на Работе 4. 18+ - Игорь Некрасов

— Давай тогда компромисс, — сказал он спокойно. — Я расстегну и отпущу тебя, но сначала хорошенько в удовольствие трахну тебя в твой ротик, идёт?

— Ах ты сучара! — задергалась она. — Отпусти сейчас же!

Игорь усмехнулся, глядя на её тщетные попытки освободиться, и в следующую секунду задумался: «Бля, а я ведь как маньяк прям… хотя она же сама так хотела, нет? Вот сейчас отпущу её, а потом она скажет: „Тоже мне ебырь, террорист нашелся! Баба заныла, так всё сразу прости-прости, ща развяжу?“ Бля, по-любому ведь так скажет и потом еще и насмехаться будет».

— Да расстегну я, не ссы, — сказал он вслух. — … темболее нам же скоро на работу. Но ты сначала давай отсоси мне, я быстренько кончу, и пойдём.

Дарья смотрела на него со злобой, но в глазах уже читалось понимание — деваться ей некуда.

— Нет, — сказала она, но голос звучал уже не так уверенно.

— Хм, тогда, может, тебя в попку трахнуть, — размышляя, произнес Игорь и уже направил руку ей между ног, якобы собираясь вставить палец в задницу. — Ты же всё равно мне помешать не сможешь…

— Нет, бля! — выпалила она быстро, а затем подумала секунду и добавила: — Ну ты и тварь… — она сделала паузу и злобно на него посмотрела. — Ладно, заебал, давай отсосу. Но в рот ты не кончаешь и после сразу расстёгиваешь, понял?

Игорь усмехнулся.

— Конечно, давай. Я только этого и хотел.

Он подвёл член к её губам, но она остановила его взглядом.

— И я сама буду сосать, — добавила она твёрдо. — … не надо мне горло разрабатывать, понял?

— Ладно, — согласился Игорь, чуть закатив глаза.

В следующую секунду он поднёс член к её губам, и Дарья вздохнула — глубоко, обречённо — и затем сама взяла его член в рот, начав сосать. Она делала минет медленно, но умело. Её язык обводил головку, ласкал нежную кожицу, дразнил. Она втягивала щёки, создавая вакуум, и двигала головой вверх-вниз, набирая темп.

Игорь смотрел на неё — на эти пухлые губы, обхватывающие его, на её сосредоточенное лицо, на то, как она старается, и чувствовал, как приближается оргазм.

Дарья сосала приятно — её мягкие, пухлые губки плотно обхватывали член, а язык её ловко ласкал самое чувствительное место — маленькое отверстие на головке, обводя его по кругу, дразня, заставляя его вздрагивать. Потом она снова вбирала его глубоко, жадно, с влажными звуками, и от этого ритма Игорь почти терял рассудок.

Он чувствовал, что конец близко. Ещё немного — и всё. Но когда пик оргазма вроде бы подходил, он понимал, что ему не хватало темпа. Было слишком медленно, слишком нежно.

— Блин, Дарья, — выдохнул он, глядя на неё сверху вниз. — Чуть-чуть осталось. Дай я сам.

Она замычала в знак отказа и даже мотнула головой, пытаясь возразить, но Игорь уже не слушал.

Он упёрся руками в изголовье кровати над её головой и начал двигать бёдрами сам. Быстро, глубоко, жадно. Его член входил в её рот с каждым толчком, трахая его без остановки. Он чувствовал, как её губы скользят по стволу, как язык невольно касается снизу, как слюна течёт по его члену, по её подбородку, на простыню.

Дарья мычала, пытаясь что-то сказать, но звуки заглушались его членом. Её глаза расширились, слёзы выступили от глубоких толчков, но она не сопротивлялась — позволяла ему брать то, что он хотел.

Игорь трахал её рот яростно, ритмично, входя всё глубже, чувствуя, как приближается разрядка. Каждый толчок приближал его к краю, каждое движение заставляло её сжиматься вокруг него. И он уже забыл, что она просила не трахать её в горло. Он входил глубоко — очень глубоко, чувствуя, как её горло сжимается вокруг его члена, как ей не хватает воздуха, как она содрогается от каждого его движения.

Её тело, руки и ноги дёргались в наручниках, но Игорь не останавливался. Он посмотрел вниз, на её шею, и увидел то, от чего чуть не сошёл с ума — его член выпирал изнутри, отчётливый бугорок под кожей, двигающийся в такт его толчкам. Это зрелище было настолько безумным, настолько порочным, что Игорь достиг пика возбуждения мгновенно.

Его тело содрогнулось. Он вошёл в неё ещё раз, ещё, и начал кончать — обильно, щедро, прямо ей в горло. Забыв обо всём — о её просьбе, о работе, о времени.

Сперма вырывалась горячими, густыми струями, заполняя её рот и горло. Он чувствовал, как она глотает — рефлекторно, судорожно, пытаясь справиться с потоком. Но спермы было слишком много. Она текла из уголков её рта, стекала по подбородку на грудь, смешиваясь со слюной.

Игорь кончал долго, мощно, чувствуя, как каждое сокращение его члена отдаётся в её горле. Её глаза были широко открыты, слёзы текли по щекам, но она глотала. Глотала всё, что он давал.

Ещё несколько секунд, несколько лёгких толчков, и Игорь вытащил член, видя, что ей уже не хватает воздуха. Он отстранился, выходя из её рта, и член выплюнул ещё пару густых струй спермы — прямо ей на лицо. Белые капли легли на щёки, на нос, на закрытые веки.

Дарья моментально закашлялась — сильно, надрывно, хватая ртом воздух. Одновременно она глотала, проглатывая остатки того, что ещё оставалось во рту. Несколько судорожных глотков, перемешавшихся с кашлем, и она наконец открыла глаза.

— Вот ты… ублюдок, конечно, — выдохнула она, глядя на него мокрыми от слёз глазами. — Просто… кхе-кхе… конченый человек… Мразь… кхе… ебанная.

Игорь держал член в руке — он всё ещё был твёрдым от испытанного им наслаждения, покрытый её слюной и своей спермой. Он открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент зазвонил телефон на тумбочке.

Дарья дёрнулась.

— Бля, — выдохнула она. — … расстегни меня и дай телефон. — Игорь резво встал с кровати, подошёл к тумбочке и взял телефон. — Кто звонит? — спросила она, дёргая руками в наручниках. — И освободи уже, бля!

Игорь посмотрел на экран. Там высветилось имя контакта: «Душнила».

— Тут какой-то «душнила», — сказал он, усмехаясь.

— Это Семён Семёныч, — выдохнула Дарья. — Возьми трубку! И расстегни меня, бля! Заебал ты уже!

— Ладно, сейчас, сейчас, — ответил Игорь, уже собираясь положить трубку обратно.

— Ответь уж сначала, сука! — крикнула она. — Поставь на громкую, а потом расстегни меня! — Игорь кивнул, провёл пальцем по экрану, включил громкую связь и положил телефон рядом с её лицом на подушку. Сам начал возиться