Мастер-Девил - berit Am

Я ошиблась. Кейн стоял на кухне, отвернувшись к окну и засунув руки в карманы джинсов, и смотрел на искрящийся под солнцем снег. Я тихо подошла и встала рядом с ним, тоже бездумно глядя на заснеженные деревья и ворону, неторопливо прогуливающуюся по крыше соседнего здания. Мы молчали. Я не хотела говорить первой, он, похоже, тоже.

Когда тишина стала совсем невыносимой, я повернулась:

— Кейн?

— Эрика, — в тот же самый момент начал он, но замолчал, услышав мой голос.

— Нет, говори ты, — предложила я.

Он сглотнул, отступил на шаг в сторону и прислонился к оконному проему, по-прежнему держа руки в карманах.

— Эрика, — глухим, надтреснутым голосом начал он. — Мне кажется, ты вчера не поняла меня. Я предлагаю тебе свободно уйти, при этом никто не сможет тебе ничего сделать, ты по-прежнему будешь считаться моим Девилом и пребывать под защитой моего имени.

Да мать твою, он опять начал это.

— Мне казалось, мы вчера уже все выяснили, — сдерживаясь из последних сил, чтобы не заорать, перебила его я. — С чего ты вообще взял, что я хочу куда-то уйти?

Я повернулась, сделала шаг, оказавшись совсем рядом с ним, и подняла голову, встречаясь с ним взглядом.

— Объясни мне, пожалуйста, — я ткнула пальцем его в грудь, вздрагивая от ощущения электрического тока, пробежавшего по телу, — когда ты начал читать мои мысли и знать то, что мне хочется?

Он растерянно запустил руки в волосы.

— Я не знал… и не начинал… Я просто подумал…

— Тебе вредно думать, — безапелляционно заявила я. — Как только ты начинаешь думать, то обязательно приходишь к неправильным выводам.

Он вдруг выдохнул, прижал меня к себе и простонал над моим ухом:

— Эрика…

Мы несколько минут стояли, обнявшись, я совершенно растаяла в его объятьях, отключившись от всего мира, наслаждаясь только теплом его тела, ощущением сильных рук, обнимающих меня, и мирным звуком сердцебиения под моим ухом. Я была готова стоять так вечность, но мой организм был другого мнения, сообщив, что людям свойственно питаться, и желательно три раза в день, а не как получится, поэтому я осторожно высвободилась из объятий Кейна, легко поцеловала в щеку и сообщила:

— Не знаю, как ты, а я есть хочу. Сделай нам кофе, я пока поджарю яичницу. А потом тебя ждет допрос с пристрастием, — и я еще раз поцеловала его.

Кейн на секунду нахмурился, потом едва заметно улыбнулся и беспрекословно отправился к кофеварке. Интересно, я что, могу ему теперь приказывать? Мы поменялись ролями? Надо будет проверить — я про себя хихикнула, разбивая яйца над шкворчащей сковородкой.

За завтраком видно было, что Кейн не знает, как себя вести со мной. Он молчал, ел очень мало и все время отводил от меня взгляд. Мне это не нравилось. Я предпочла бы видеть того самого нахального Кейна, моего Мастера, с которым так весело было играть и исподтишка хамить. Поэтому, одним глотком допив кофе, я решительно встала и поволокла его за собой в гостиную, толкнула на диван и села на его колени лицом к нему.

Прежде чем начать разговор, я потребовала:

— Дай сюда свой сотовый.

— Зачем? — удивился Кейн, но выполнил приказ.

Я выключила сначала его телефон, а потом свой.

— Вот так. Теперь нам никто не сможет помешать. Я не хочу, чтобы в самый неподходящий момент кому-нибудь из нас пришлось отвлекаться на звонок.

— Согласен, — кивнул Кейн.

— Так, ты сейчас на нейтральной территории, — сообщила я. — И мне хотелось бы получить ответы на несколько вопросов. Прежде всего, откуда ты узнал? И смотри мне в глаза, — прибавила я, видя, что он отводит взгляд в сторону.

Ой, а вот с этим я, кажется, ошиблась. Взгляд сапфировых глаз в сочетании с крепкими плечами, за которые я цеплялась для удержания равновесия, совершенно явная выпуклость, упирающаяся мне между ног — ой-ей-ей, вот этого мне не хотелось. То есть не то, чтобы мне не хотелось, наоборот, но, если мы сейчас займемся сексом, то я опять ничего не узнаю.

Я отодвинулась чуть подальше, чтобы не провоцировать ни его, ни себя, и ждала ответа.

— Эрика, я — кретин, и должен был тебя сразу выслушать, — уклонился от ответа он.

— Точно. А теперь прекрати уходить в сторону от ответа.

— Тебе он не понравится, — предупредил Кейн.

Я мысленно поежилась. Что, интересно, он может такого рассказать, что мне может не понравиться?

— Валяй, выкладывай. Уже и так вся школа знает, что я шлюха, — его передернуло при этом слове, и в глазах у него появилась явная боль. — Не думаю, что меня еще что-то может шокировать.

— Стивен — или Берт — снимал все на камеру, — он замолчал, изучая мою реакцию.

Мне, собственно, было достаточно, дальше можно было не продолжать. Мои щеки залил густой румянец, и я опустила голову, пытаясь скрыть его. Черт, он видел все это собственными глазами — мои боль, унижение, насилие.

Кейн прижал меня к себе, поглаживая по голове, и прошептал:

— Прости. Я не хотел говорить, зная, что тебе не понравится.

— Нет, ничего, все нормально, — я попыталась выпрямиться, но он удержал меня на месте. — Я подозревала, что тебя могут переубедить только железные доказательства. Кто еще ее видел? — я знала ответ, но не хотела его слышать. — Надеюсь, не вся школа?

— Нет, — твердо сказал он. — Да, ее видело больше человек, чем мне бы хотелось, но прости, так получилось.

— Твоя сестра и Дерек, — утвердительно произнесла я.

— Еще Мэтт и Синтия, — виновато добавил Кейн. — И подозреваю, что Рой, но вряд ли он видел все полностью.

— Кто это — Рой? — я когда-то слышала это имя, но не помнила, кто он.

— Девил Мэтта, хороший парень, незаменим, когда нужно что-то найти, — с готовностью пояснил Кейн, радуясь смене темы.

— Подожди, — я решительно высвободилась и сменила позу, усаживаясь на его колени боком и пристраивая голову ему на плечо. — Так будет удобнее нам обоим. Давай, выкладывай дальше. Почему ты решил, что я только и жду, чтобы удрать от тебя?

— Эрика, я мудак, — вздохнул Кейн, поглаживая меня по спине одной рукой и запустив вторую в мои волосы.

— Да кто бы сомневался, — хмыкнула я. — А теперь, когда мы выяснили сей животрепещущий факт, не будет ли любезен многоуважаемый сэр изложить мне весь ход его мыслей, приведший к данному удивительному выводу.

Кейн прекратил поглаживания и силой приподнял мою голову, заглядывая в глаза:

— Ты издеваешься? — недоверчиво спросил он.