Авантюристка - Андрей Мельников

– Ты мне сразу понравился, капитан Феро. Поэтому я и вмешался в эту драку. Ты сильный боец и я могу предложить тебе работу. Охранять одного купчину, он любит сильных людей и возьмет тебя. Твоего Приграничья, сейчас, считай, что нет. Так что возвращаться тебе некуда. Конечно, капитанской должности я тебе не предложу, сам лишь охранник, но жилье, еду и немного денег ты иметь будешь. А там посмотрим, может еще, и тряхнем Танское королевство. Ну, согласен?

– А что, у меня есть выбор?

Чин позволил себе улыбнуться, обнажив мелкие, ровные зубы.

– Конечно нет, я не делаю предложений, от которых можно отказаться.

Часть вторая

Звезда Арата

Глава 6

Любовное путешествие

1 дорога на Арат (Алонзо)

Моя ссылка закончилась. Отец прислал письмо, что удовлетворен проделанной в Байске работой и я могу возвращаться в столицу. Чтобы не глотать дорожную пыль, я решил плыть на корабле. От Байска до Арата ходили не плохие речные суда, а в Арате я пересяду на наше судно, которое в конце лета должно было зайти туда с грузом. Словно предчувствуя скорую осень, лето неиствовало во всю. Корабль плыл в дрожащем мареве раскаленного воздуха висящего над рекой. Потоки зноя, низвергавшиеся с небес, затопили долину Лары. Находиться под открытым небом было просто невозможно. Над палубой растянули тент, и поставили плетеные кресла, что бы пассажиры могли посидеть в тени на свежем воздухе. Матросы периодически окатывали палубу забортной водой, которая мгновенно высыхала, но не делать этого было нельзя, так как на открытых местах доски нагревались так, что обжигали босые ноги матросов. Днем каюты походили на хорошо протопленные печи, и сидеть в них можно было только при очень суровой необходимости. Поэтому все пассажиры толклись на палубе, точнее пребывали на палубе. Так как большинство сидело в креслах под тентом и поглощало в намеренных количествах охлажденные вино и напитки.

Удобно развалившись в кресле, я ждал, когда появиться заинтересовавшая меня пассажирка. Я намеренно заставлял себя расслабиться, а не метаться по кораблю в ее поисках. Я приметил ее еще вчера вечером на пристани какого-то маленького городишки, которые во множестве лепятся вдоль берега Лары, между Аратом и Байском. На корабль грузилась очередная партия товаров, а я, стоя на палубе от нечего делать, наблюдал за суетой грузчиков таскавших тюки с товарами, матросов готовящих корабль к отплытию и занимающих свои каюты пассажиров. Было уже достаточно темно, а они так быстро прошли к себе, что толком я не смог ее рассмотреть. Но и того, что я успел заметить, было достаточно для того, что бы разжечь мое любопытство. Да нет, надо быть честным с самим собой, какое к черту любопытство, это мучительное, смешанное со страхом и надеждой нетерпение скорее можно назвать страстью. Ее сопровождал какой-то молоденький пацаненок и несущий небольшой багаж слуга. Но их я толком и не рассматривал, так как все мое внимание было приковано к женщине. Несмотря на то, что она была закутана с ног до головы в легкий плащ, при движениях он облегал фигуру, и можно было понять, что она стройна как горная серна. Ее лицо лишь на долю секунды мелькнувшее в неверном свете корабельного фонаря, заставило меня вздрогнуть. Мне показалось, что я уже видел этот удивительно прекрасный, ангельский лик. А эта кошачья грация движений! Неужели лесная нимфа? Она быстро поднялась по трапу и исчезла в недрах корабля, оставив меня слегка оглушенным своим мимолетным появлением. Она или не она, только эта мысль, как колокольный язык билась в голове. Придя в себя, я послал Края узнать у капитана, кто это такая. Принесенные им сведения были такими, какие я и ожидал. Какая-то, судя по отсутствию свиты, не очень знатная и богатая дворяночка, которая в сопровождении своего братца едет в Арат. Ну, что ж очень хорошо. До Арата несколько дней пути, делать на корабле практически нечего, так или иначе, но я увижу ее при свете дня.

Промелькнувшее видение зацепило меня сильнее чем я думал. Эту ночь я собирался провести в объятиях Сину. Эта молодая, розовощекая, ядреная бабенка, жена какого-то купчины, плывущая к мужу в Арат, весь день, что мы плыли от Байска, делала прозрачные намеки и строила глазки. За ужином она доверительно глядя мне в глаза сообщила, что горничную она сегодня отправит спать в общую каюту, где спят все слуги, а то ночью ей с ней душно.

– Оставьте дверь чуть приоткрытой и легкий сквозняк будет вас освежать. – Посоветовал я ей.

– Но как же, я тогда закрою дверь на щеколду? – притворно изумилась она. – А вдруг кто-нибудь войдет к одинокой беззащитной даме?

– Если вы согласны мадам, я готов оберегать ваш сон.

– Какие вы аристократы решительные, – она кокетливо опустила глазки – я не могу устоять перед таким натиском. Жду вас сегодня ночью. – Прошептала она уже одними губами, но так чтобы я понял.

Склонив голову, я показал, что согласен. Убедившись, что я все понял правильно, она улыбнулась и встав из-за стола направилась к выходу, томно покачивая пышными бедрами.

– Ах хороша бабенка! – причмокнул губами сидевший рядом с нами помощник капитана – Вы везунчик барон, она знает вас меньше суток, а уже так недвусмысленно приглашает к себе в постельку.

В тот момент я только самодовольно ухмыльнулся в ответ, ощущая в полной мере чувство удовлетворения, оттого, что единственная стоящая на корабле дама предпочла меня, а не этого затянутого во флотский мундир речного волчонка, который привык, что пассажирки, кто со скуки, кто от лбопытства падают в его объятия. Дамы света и тщившиеся ими быть, считали плохим тоном, проплыть на корабле и не затащить капитана или хоть какого-нибудь флотского офицера в свою постель. Морские волки вовсю пользовались и поддерживали этот архаичный обычай, а особо ревнивые мужья посылали жен сушей или под присмотром родственника, которому доверяли, но от рогов их это, как правило, все равно не спасало.

Но все это было до прибытия незнакомки. Теперь оживший в памяти образ лесной нимфы заставлял смотреть на все другими глазами. По сравнению с точеной фигуркой незнакомки, Сина выглядела как свиноматка. Да и вообще, как их можно сравнивать, они из разных миров. Самая стройная корова не сможет сравниться с газелью. Поэтому еще час назад будучи желанной, сейчас Сину была мне неприятна и даже мысль о том, чтобы провести с ней ночь, вызывала у меня отвращение.

С той памятной для меня встречи на берегу лесного озера прошло уже несколько месяцев. Предпринятые мной поиски ничего не дали. Единственно в чем я лишний раз убедился, это то, что лесная красавица мне не пригрезилась. Лесное видение не было сном разомлевшего на весенней травке романтика. Ее видели другие люди, в здравомыслии которых сомневаться не приходиться. Но никаких реальных следов ее в этом мире, мне найти не удалось. Я уже почти смирился с тем, что эта встреча на берегу дикого озера, так и останется просто будоражащим душу воспоминанием.