Смотри в меня (СИ) - Мирская Анна

- Я не знаю, Таша, честно. Наверное натура у меня гнилая, раз стал тем, кем стал, - говорю спокойно, не повышая голоса. И почему раньше мне хотелось на нее только орать? Или это сейчас, понимая, что осталось мне не долго, хочется казаться лучше, чем я есть на самом деле?

- Ты ведь мог просто прийти и все мне объяснить. Неужели ты думаешь, что я не вернула бы тебе твое имущество? Если так, значит за эти десять лет ты меня так и не узнал. 

- Наверное, - пожимаю плечами. Сейчас этот разговор кажется мне бессмысленным. - Уходите. Теперь все твое. И фирма, и деньги, и дом. И знаешь, наверное, это справедливо. За все то говно, что ты пережила из-за меня. Прощение просить не буду, бесполезно. Все равно рай мне не светит. Да и не умею я. А теперь идите и, я вас прошу, не нужно больше сюда приходить.

- Хорошо, - кивает Таша и поднимается. Урманский тоже. Возле двери моя жена поворачивается ко мне и произносит.

- Игорь, я тебе обещаю, твоему сыну будет у нас хорошо.

            Выходят, прикрывая за собой дверь. А я, неожиданно, плачу. И, впервые за эти дни, не от жалости к себе, скорее просто тронули меня последние слова жены. Слезы текут и не могу их остановить. Я, Игорь Соколовский, мужик до мозга костей и, вдруг, рыдаю, как девчонка. Рука тянется к тумбочке, куда я положил пистолет, принесенный Веденовым. Он там. Холодный металл обжигает пальцы. Вздрагиваю. А потом решительно беру его в руку. Интересно, смогу ли я? По телу бегут мурашки, когда прикладываю его к виску. Раз, и закончить земное существование, все равно недолго мне осталось. Палец на спусковом крючке слегка напрягается, рука ходит ходуном. Меня трясет. Нет, не могу. Я трус, долбанное ссыкло. Лучше буду умирать долго и мучительно, высыхать на глазах, превращаясь в ходячий труп, чем сейчас прерву свою жизнь сам. 

            В этот момент рывком открывается дверь моей палаты, ударяясь о стену. От неожиданности палец давит на курок сильнее, и последнее, что вижу в своей жизни - это медсестра, которая везет мне капельницу….

Эпилог. Данила. 5 лет спустя.

            Лето в этом году выдалось прохладным, жаркие дни можно было пересчитать по пальцам. Но нам повезло, в день рождения Дашки погода радует солнышком и теплом с самого утра. Огромный торт с четырьмя свечами вызывает у наших детей бурный восторг. Алеша и Даша носятся вокруг него, все норовя своими маленькими пальчиками ухватить как можно больше крема. В общем, когда дело доходит до задувания свечей, от этого шоколадного лакомства мало что остается. Но наших детей это не смущает. Они смеются, когда задувать свечки не получается, смешно раздувают щеки вновь и дуют со всей своей детской силы. Таша смотрит на них, сидя в кресле, и улыбается. А когда кто-то не в меру расшалится, пытается встать, но я, стоя за ее спиной, слежу. Врач посоветовал побольше сидеть, либо лежать. Вот и успокаиваю не в меру активную жену. Дело в том, что последняя беременность протекает с небольшими осложнениями, и я боюсь, что что-то пойдет не так. Хотя доктор и уверяет меня постоянно, что при соблюдении рекомендаций все закончится хорошо. 

- Даня, - поворачивает голову в мою сторону жена и прижимается щекой к моей руке, которая лежит на ее плече. - Ну что ты в самом деле? Я не больна, чувствую себя прекрасно. Через неделю-две наша дочь появится на свет.

- Вот и будешь скакать когда появится, - я непреклонен. Нечего мне тут. Пока Таша ходила беременная Дашей, я и так много пережил. Тонус матки, угроза выкидыша, в общем начитался про это в интернете, вот и паниковал. 

- Ладно, - с улыбкой соглашается жена. Она знает - спорить бесполезно. - Во сколько там гости собираются?

- Черт, ничего же не готово, - спохватываюсь я. - К семи вечера. А сейчас четыре, вот я лопух.

- Все успеем, не переживай, - Таша смеется, забавляясь моей растерянностью. 

-  Не успеем, а мне придется успевать, - говорю показательно строго. - Анфиса должна родится в срок и без всяких проблем. Поэтому ты сидишь, спокойно, а я на кухню.

- Мясо не забудь замариновать, - кивает Таша, подтверждая, что с места не сойдет, но при этом хитро улыбается. Задумала же что-то. Жена у меня мудрая женщина, соглашается, но делает по-своему. А я делаю вид, что не замечаю.

       К семи все готово. Стол накрыли в саду, на веранде. Дети носятся во дворе, играя то в прятки, то в догонялки. Сегодня этих шкодников опять рано не уложишь. Улыбаюсь, глядя на них, так люблю этих чертенят. Таша сидит в плетеном кресле, любуюсь женой и благодарю бога за такой царский подарок. Звонок прерывает мои мысли, открываю ворота и запускаю на территорию машину сестры. Оттуда сразу же выскакивает племянник и с криками несется к Алешке и Дашеньке. 

- Привет, - обнимаю Вику, когда она выходит из машины? - А Серега где?

- Здравствуй, - улыбается сестра. - Ты ведь знаешь, кроме семьи на уме у него еще только работа. Скоро будет. 

- Да уж, семейство Веденовых, вы как всегда, - смеюсь и отпускаю Вику к Таше, пусть пока поговорят по-бабски. А сам начинаю нанизывать мясо на шампуры. Серега ответственный, сказал скоро, значит скоро. Минут через десять новый звонок. Наверное Ванька. И я отказываюсь прав. Иван, тот самый санитар, который помог нам, тоже вхож в наш дом и нашу семью. Как только мы разобрались со всеми проблемами тогда, пять лет назад, пригласили всех, кто нам помог в гости. С тех пор и дружим. А с Серегой вон даже породнились. 

- Привет, спаситель, - Иван улыбается и пожимает мне руку. - Где там моя крестница?

- Носится где-то, - отвечаю и вижу, что в машине сидит девушка, не решаясь выйти. 

- А я не один, если вы не против, - заметив куда смотрю, произносит Иван.

- Не дури, конечно не против. Наконец-то, - улыбаюсь я. За эти годы Иван ни разу не приводил к нам подружек. На вопрос "Почему?", отвечал, что приведет лишь ту, на которой захочет жениться. Видимо созрел. Девушка вышла, слегка смущаясь. Познакомились, Алиса оказалась очень милой, и через десять минут уже щебетала с девчонками, оставив нас с Ваней у мангала. Серега приехал почти одновременно с Игнатом. Наконец, все в сборе. Шашлык готов и источает такой аромат, что у всех текут слюнки. Дети играют по своему, им с нами не интересно. Первые несколько тостов звучат за здоровье Дашули, моей семьи и прочее в том же духе. Каждый, как будто соревнуясь с другими, старается сказать как можно больше приятных слов в наш адрес. Неспешно беседуем и понемногу выпиваем. Вечер уже в той стадии, когда все разбились на группы и делают то, что им нравится. Заметив, что сейчас я один, наливаю рюмку и выпиваю ни с кем не чокаясь. Дело в том, что все эти годы я поддерживал связь с Оксаной, рассказывая о том, как растет ее сын. А сегодня….сегодня ее не стало. Болезнь победила эту женщину. Таше ничего не сказал, ни к чему ей это сейчас. Но сам не почтить ее память не смог. Пусть покоится с миром.

-  Ребята, - решив, что пора, зову всех обратно к столу. Наливаю в рюмки и бокалы напитки и поднимаю свой. - Я хочу сказать вам всем СПАСИБО! За то, что сегодня вы рядом, за то, что помогли нам тогда!!! Вы все мои друзья!!! А это для меня дорогого стоит! Еще пять лет назад я и не думал, что моя жизнь так круто повернется. Что найду ТАКИХ друзей!  Если бы не вы, мы бы с Ташей не справились, правда, малыш?

    Подхожу и обнимаю жену, она улыбается. А потом хватается за живот и охает.

- Данька, вызывай скорую, похоже я рожать собралась, - говорит она, когда приступ проходит. - У меня воды отошли.

      Жена улыбается, а у меня паника. Четче всех реагирует Иван, все-таки медицинское образование. Пока мы носимся в поисках телефона, он помогает Таше присесть, измеряет пульс и проводит другие, непонятные для меня манипуляции. Скорая приезжает лишь спустя почти час. Приступы у Таши продолжаются. Как потом объяснил Ваня, это были схватки. А надо мной он слегка посмеивался.

    Анфиса появляется на свет в ту же ночь. Три килограмма сто сорок грамм. Так что теперь у меня именно на столько "потолстело" счастье.