Восемь. Знак бесконечности - Ульяна Соболева

Он каждый день смотрел в календарь, считал секунды рядом с ней. Завтра… послезавтра… неделя… Она все еще с ним. Он любил ее рисовать, такую разную: то нежную, то дикую, любил смотреть, как она улыбается и как в ее глазах появляется блеск, как она шепчет сладкие непристойности и распахивает халатик, под которым сверкает ее молочно-белая кожа. Он становился перед ней на колени и погружался в ее обволакивающий запах зноя и страсти, слыша ее тихие стоны и чувствуя, как тонкие пальцы перебирают его волосы.

А потом она просто исчезла, так же внезапно, как и появилась в его жизни. Однажды утром ее не оказалось рядом. Проклятье, если бы он понимал, в какое безумие погружается, он бы предпочел пустить себе пулю в лоб. Иногда лучше жить в неведении, потому что некоторые вещи могут превратить тебя в сумасшедшего.

Наверное, то же самое чувствуют слепые, когда вдруг прозревают и мир вокруг оказывается настолько уродлив, что им хочется ослепнуть снова, но картинка уже отпечаталась в голове и вам никогда ее не забыть. Вы прокручиваете ее снова и снова, словно отматывая кинопленку назад в надежде, что следующий кадр будет другим. Только кадры не менялись. Она просто поиграла с ним. Приласкала, как несчастного щенка. Эта сука касалась его щеки и просила прощения за то, что сломала ему жизнь, а сама смеялась над ним.

Только недолго, потом смеялся он. Смеялся истерически и беззвучно, когда смотрел, как из ее распоротых запястий стекает кровь на пушистый ковер, смотрел в ее глаза и видел там дикий ужас. Да, она не могла даже закричать. По ее щекам текли слезы, а ему хотелось их слизать, чтобы запомнить их вкус.

Потом он плакал на ее похоронах, смотрел, как ее хоронят у обочины, и внутри разливалась ядовитая желчная радость. Да, сука, тебе самое место у дороги, как и шлюхам, одной из которых ты являлась. Ты, как проститутка, будешь вечно у обочины, и на твою могилу будут мочиться бомжи и бродячие псы.

Насыщение было таким сладким, что он пребывал в эйфории несколько лет, пока не начал тосковать о ней, тосковать невыносимо. Он видел ее во сне, в лицах прохожих на улице, он видел и жаждал ее снова и снова.

Она возвращалась и мучила его, эта сука с телом невинной девочки, душой грязной твари. Он должен очистить эту душу. Найти ее и очистить, только перед этим он будет трахать это тело, которое она подарила ему, а потом отобрала.

И он находил ее. Всю жизнь посвятил этим поискам. Теперь он точно знал, где искать, он всегда близок к ней, всегда там, где и она. Только спустя время она возвращалась, чтобы сводить его с ума. Грязная, порочная тварь. Юная и невинная, она мечтала о том, чтобы отсосать ему, стоя на коленях, а потом снова уйти к кому-то лучше. Только теперь от него никто не уйдет, а она об этом не знает, смотрит на него доверчивыми глазами, ест с руки… Он любил забирать ее последний взгляд, вот тот самый момент, когда в нем отображался дикий ужас. «Да, сука, теперь бойся, теперь моли о помощи и лежи беззащитная. Всем на***ть на тебя. Людям плевать, что ты здесь истекаешь кровью, как и тебе было наплевать, когда я умывался кровавыми слезами».

А теперь он нашел ее снова. В седьмой раз… Им его не остановить, они слишком тупы для этого.

Я куталась в тонкий плащ, чувствуя, как ветер пробирает до костей, а под этим плащом на мне тонкая мягкая кожаная одежда, состоящая из корсета, короткой мини-юбки, чулков в сеточку и высоких сапог. Адреналин течет по венам и мне страшно. Я никогда не ожидала, что способна на эту авантюру. Но я хотела увидеть этот мир изнутри, мир, в котором вращались мои пациентки, а я даже не подозревала об этом.

Таксист остановился в темном районе, неподалеку от вывески, которая совершенно не соответствовала названию заведения. Я несколько раз перепроверила адрес, потом протянула таксисту деньги и вышла из машины, поплотнее запахивая плащ.

Меня впустили сразу, стоило только показать приглашение, а вот внутри царила совсем иная атмосфера. Зала оформлена в черно-красных тонах, кожаные диваны, круглые столы, на некоторых из них извиваются полуголые танцовщицы в масках, как и участники вечеринки. Я отметила, что все девушки одеты почти одинаково. Кто-то забрал у меня плащ, и официант подошел с подносом, на котором красовались высокие тонкие бокалы.

Я взяла один из них и нервно отпила почти половину. Мне нужно расслабиться, всматриваться в толпу. Возможно, кто-то еще из учеников школы посещает это место.

Я села на высокий стул и достала сигареты, подкурила, снова обвела залу взглядом. Опустошила бокал и посмотрела на бармена. Тот умело орудовал с коктейлями.

– Даже не думал, что домашние кошки могут гулять в таких диких местах.

От неожиданности я вздрогнула, мне просто показалось, что я лечу в пропасть, очень быстро, так быстро, что у меня захватывает дух и дрожит каждый нерв на теле. Я медленно повернулась и встретилась взглядом с Данте Марини. Его лицо скрывала маска, только вот эту нереальную голубизну его глаз я узнала бы издалека.

– Профессиональный эксперимент или тайный образ жизни?

– Что вы здесь делаете? – собственный голос прозвучал глухо, как чужой.

– Я хозяин этого заведения, Кэтрин.

Забавно. Нет, чертовски забавно. Я еду на идиотскую вечеринку, где меня никто не знает, и встречаю его здесь. Совпадение? Я не верю в случайности.

– Мило, – отвечаю и снова обвожу заведение взглядом.

– Так что вы здесь делаете?

На секунду я растерялась, даже перестала соображать.

– Эксперимент.

Он засмеялся, и мне захотелось зажмуриться.

– Это после моего рассказа о воске, связанных телах и узорах на коже итальянским стилетом? Я пробудил в вас нездоровый интерес, Кэтрин?

Я затушила сигарету в пепельнице.

– Считайте, как хотите, я на ваш вопрос ответила.

В этот момент он вдруг неожиданно схватил меня за кольцо на кожаном ошейнике.

– Все эксперименты закончились, когда ты так оделась и переступила порог этого помещения. С этого момента ты – игрушка. Ты – чья-то прихоть и забава. Нужно внимательно читать правила игры, прежде чем начинать играть.

Я задохнулась и вцепилась ему в запястье.

– Бред. Я читала правила.

– Нет, моя дорогая кошечка, не те правила, что написаны на твоем приглашении, а читать между строк и понимать, куда и зачем ты пришла.

Он также резко выпустил меня, как и схватил.

– Ну что? Начнем экспериментировать? Налей текилы, – кивнул он бармену и снова засмеялся, – испугались?

Да, я испугалась, черт его побери. Официант подвинул рюмку с текилой, и я жадно осушила ее до дна, горло обожгло.

– Вы даже спиртное берете из рук незнакомцев, ай-я-яй, Кошка, у вас нет инстинкта самосохранения.