Авантюристка - Андрей Мельников

– А кто удержит провинцию в повиновении?

– Новый губернатор, которого вы назначите, а я ему в этом помогу.

– А почему вы это сделаете?

– Потому что не люблю крови, а сепаратизм это война и кровь. Если Байск отделиться, это будет выгодно только Берндоту.

– И кого вы видите на должности губернатора? – Раис пристально вглядывался в лицо Алисы.

– Мне все равно кого вы назначите. – Она удивленно пожала плечами. – Главное, чтобы мы могли сработаться. Потому что, первое время, нам придется действовать в тесном контакте.

– Странно, но мне кажется, что вы говорите искренне.

– А почему я должна быть с вами не искренна?

– Потому, что хотите стать губернатором провинции.

– Я, губернатором!? – Удивление Алисы было столь естественным, что Раис отбросил последние сомнения.

– Вы отказываетесь?

– От чего?

– От должности губернатора провинции.

– Вы действительно предлагаете мне стать губернатором?

– Да.

На самом деле это не было полным экспромтом. Посылая Ральфа договариваться с Леди Смерть, он рассматривал и такой вариант. Просто для принятия окончательного решения необходимо было увидеть кандидата и оценить его лично. Алиса ему понравилась. Эта девочка достаточно умна и решительна, чтобы удержать провинцию, а то, что у нее нет там корней – это еще лучше. Амбиций, подобных Берндоту у нее быть не может по определению. Потому что нет у нее реальной опоры в провинции, длинной вереницы воинственных предков, нет своего клана. Она чужая. Пусть убирает графа и удержит Байск в повиновении, а там будет видно.

– Вы душеприказчица Бариджа, правильно понимаете ситуацию и сама с собой, надеюсь, договоритесь. Есть что возразить?

– Даже не знаю, все это несколько неожиданно.

– Я попрошу короля дать вам графский титул. Мы должны сохранять почтение к высшим должностям в королевстве.

– Благодарю. – Алиса была несколько растеряна, такого оборота событий она не ожидала.

– Тогда считаем вопрос решенным. Сколько вам нужно людей.

– Четырех офицеров во главе с Ральфом мне будет достаточно. Больше могут привлечь внимание. Главное иметь соответствующие полномочия и до определенного момента сохранить все в тайне.

– Бумаги я подготовлю. Людей подберет Ральф. Но не могу удержаться от одного вопроса. Почему мы говорим только об аресте графа, и вы не предлагаете других вариантов, которые проще осуществить?

– Вы имеете в виду убийство?

– Как лицо официальное я не могу предлагать такое, лишить подданного жизни может только суд. Но в приватной беседе я могу сказать, что если граф погибнет при задержании, это меня не очень расстроит.

– Я учту это, но лично мне предпочтительнее, чтобы Ричард Берндот был осужден и казнен как преступник. А трудностей я не боюсь.

5 Арест

Удобно развалившись в своем кресле, Квит Рилас с тяжелым вздохом осмотрел кучу разномастных документов лежащих на его столе. Ужасно болела голова, хотелось выпить бокал крепкого вина и лечь спать, но надо работать. Он чувствовал, ситуация с этой Леди Смерть действительно серьезна. Дело идет о власти в провинции. Квит знал о грандиозных планах Берндота и целиком их поддерживал. Берндот обладал даром вождя, у него были ум, сила, напористость, он вполне мог добиться короны и Квит рассчитывал кончить дни в ранге премьера.

По легкому дуновению воздуха он почувствовал, что в дверь кто-то вошел. Без доклада к нему могли зайти только два человека, граф и его азиатский советник. Судя, по отсутствию звука шагов, это был второй любимый советник губернатора. Только Чин мог пройти тихо по его скрипучему паркету, Берндот был выше этого. Квит поднял голову и встретился с невозмутимым взглядом, бесстрастного восточного человека.

Рилас не любил Чина, причем не столько по тому, что тот был конкурентом по влиянию на графа, а потому, что часто не понимал этого человека. Сир Квит не переносил неизвестности и не любил сюрпризов. Чин так и остался для него загадкой, и он его опасался. Но чтобы он там ни чувствовал по отношению к азиату, это тщательно скрывалось, поэтому внешне все было отлично. Рилас догадывался, что хитрый азиат знает, о его истинном расположении к нему и тоже ломает комедию, изображая дружеские чувства, но оба соблюдали своеобразную негласную договоренность. К тому же мириться с неприятным человеком заставляла и близость того к Берндоту, с которым они оба связывали свои надежды на будущее.

– Квит, надо поговорить. – Чин говорил как всегда ровно, но начальник полиции догадывался, что с пустяком он бы к нему не пришел.

– Говори, раз пришел.

– Что ты думаешь о фаворитке графа, Шарлоте ле Молена.

– А что о ней думать. Красивая стерва и Ричарду, к сожалению, нравиться с ней трахаться.

– Я просмотрел собранное на нее досье.

– Ну и что, я тоже его смотрел. Ни черта там нет, неясно только где пару лет шлялась после побега из монастыря. Но графу наплевать на белые пятна в ее биографии, его волнуют скорее ее анатомические особенности.

– Я сравнил его с досье на Леди Смерть.

– И что. – Квит насторожился, похоже, раскосая морда что-то унюхала. А он этот момент упустил. Не догадался связать любовницу графа с их таинственным врагом.

– Странно, но где наша Шарлота, там появляется и Леди Смерть. Я понимаю, этого мало, так можно заподозрить слишком много народу. Поэтому продолжу, после того как она у нас появилась, действия нашего таинственного противника приобрели ювелирную точность и стали еще эффективнее. Практически мы начинаем утрачивать контроль над провинцией, ощущение такое, что эта Смерть знает про нас все.

– Это означает только, что у нас завелся шпион. – Буркнул начальник полиции.

– Причем на самом верху.

– Хорошо, она подозрительна эта Шарлота, но это все косвенные улики. Идти с этим к Берндоту глупо.

– Далее. Она двигается с грацией опытного бойца. Присмотрись, Квит, и ты заметишь это. Ее движения изящны, она хорошо танцует, но ты сравни ее с другой хорошей танцовщицей и почувствуешь разницу. Я долго постигал священное искусство единоборства. Когда оно становиться стилем жизни, ты, уже не отдавая себе отчета, располагаешь тело так, чтобы всегда быть готовым к любой неожиданности. Она именно такая, застать ее врасплох невозможно.

Слушая, Чина, Рилас вспомнил, что, как-то глядя на идущую ему на встречу Шарлоту, обратил внимание на ее легкую скользящую походку. И подумал, что будь вместо паркета под ее ногами каменистая тропа или болотная топь, покрытая дерном, она этого не заметит. Потому что ставит ногу так, что ей все равно, что окажется под ее каблуком.