Дневник пани Ганки (Дневник любви) - Тадеуш Доленга-Мостович

— Я плохо знаю Варшаву, и мне трудно объяснить. На такой длинной улице, в каком-то очень большом магазине.

— Прекрасно подходит к цвету роз, — кивнула я головой. Имей в виду, Тото: чтобы в этой вазе всегда были такие же розы. Ну, а как… как вы поживаете после возвращения из Криницы?

— О, спасибо. Очень хорошо.

— Не встречали в Варшаве пана Жеранского?

— Кого? — спросила она с искренним удивлением.

— Пана Жеранского, вашего партнера по лыжным прогулкам. Ой, мисс Норман, короткая у вас, как я вижу, память на поклонников.

— Нет, что вы! — живо возразила она. — Просто мне трудно с польскими фамилиями. Они для меня все как будто одинаковые. Если вы говорите о пане Роме, то я хорошо его помню. Но в Варшаве с ним не виделась. Кажется, он собирался уехать в Швейцарию.

— Очаровательный мужчина. А к тому же и по-настоящему красивый. Вы согласны со мной?

Мисс Норман, не моргнув глазом, подтвердила это. Ничего не скажешь, держаться она умеет.

— Бесспорно, — сказала непринужденно, — он едва ли не самый красивый мужчина из всех, которых мне доводилось видеть.

У меня даже язык чесался сказать, что этот пан Ром уже много лет безумно влюблен в меня, и стоит мне пальцем поманить, как он вернется не только из Швейцарии, но и с края света. Однако такого удовольствия позволить себе не могла. Мне надо было подавить Тото. Зная его простодушие, я была уверена: он уже не имеет ни малейшего сомнения, что между мисс Норман и Ромеком был роман.

Тото неспособен понять, что мужчина может терять время и показываться с женщиной по другим причинам и с другой целью. Наконец, он знал Ромека и не раз имел возможность завидовать его успеху у женщин. Но ему, конечно, и в голову не приходило, что Ромек этим успехом не пользуется.

В этот момент я почти ненавидела этого болвана. Подумать только из-за него я потеряла лучшие годы своей жизни! А могла бы посвятить это время кому-то более достойному, мужчине с незаурядным интеллектом, и, обмениваясь с ним мнениями, обогащать не только свой разум, но и его. Что касается Тото, то я уверена: хоть как долго мы с ним ни были знакомы, однако воспользовался он этим очень мало. Конечно, немного поумнел, но, к сожалению, только немного.

Я охотно поговорила бы об этом откровенно с мисс Норман. Правда, она не производит на меня впечатление очень интеллигентной особы, но сообразительности и жизненного опыта у нее вполне достаточно, чтобы раскусить Тото. И что она в нем нашла?.. Если бы потянулась к деньгам, я еще поняла бы, но деньги ее не интересуют. А флиртовать с Тото — удовольствия мало. Насколько я помню, весь его обольщающий репертуар состоит из трех затертых фраз:

1) «Вы сегодня просто очаровательная».

2) «Если бы я имел право вас полюбить, то был бы самым счастливым человеком».

3) «Если не придешь в пять, я сойду с ума».

Таких мужчин, как он, тысячи. А может, ее влечет его титул и общественное положение. Но вряд ли она так наивна, чтобы думать, что Тото на ней женится. С этой точки зрения он, слава богу, не настолько глуп. Да еще и горд. Если бы даже взял в жены принцессу, то и тогда не считал бы, что ему оказана честь. Да и, наконец, женщины типа мисс Норман, особенно в ее возрасте, после стольких лет полной свободы, не стремятся выйти замуж. А то, что она требует от Яцека вернуться к ней, — или же просто какая-то прихоть, или же в ней вдруг проснулось настоящее чувство. Мне кажется вполне возможным и такое, хотя это и маловероятно.

— А вы вроде тоже собирались ехать в Швейцарию? — спросила я и, не дожидаясь ответа, который, конечно, была бы отрицательным, начала рассказывать о Швейцарии и ее красотах.

Видимо, она поняла мое намерение, потому что едва заметно улыбнулась краешком губ. А я тут же перевела речь на интеллект и широкие интересы Ромека. Каждое мое слово было для Тото как острая шпилька. Я специально преувеличивала добродетели Ромека, чтобы сильнее досадить Тото.

Мисс Норман вежливо слушала, а Тото только вытирал пот со лба, не в состоянии возразить ни словом, хотя Ромека не любил и называл его ортодоксом.

Немного погодя я завела с мисс Норман разговор о новейшей французской литературе. Тото, у которого я то и дело спрашивала его мнение, не имел об этом никакого представления и бормотал что-то невнятное. Наконец мисс Норман решила, что ее визит слишком затянулся, и встала. Когда она начала прощаться, я сделала то же самое. Бедный Тото, который, видимо, весь дрожал от мысли, что останется со мной с глазу на глаз и ему придется каяться, на радостях немного оправился и извлек из себя несколько складных фраз.

Мы вышли вместе. Я и далее играла свою роль, изображая из себя наивную ветреницу. Хотя и не надеялась обмануть ее таким образом, но не позволяла начать настоящий разговор. Возле стоянки такси мы попрощались. Я вернулась домой гордая собой. Не всякая женщина постояла бы за себя в такой ситуации.

Суббота

Хоть я и в мыслях не имела посещать Тото, однако утром позвонила в больницу и велела Антонию передать своему хозяину, что приду к нему. Таким простым способом связала Тото по рукам и ногам на целый день.

Воскресенье

Перед полуднем послала Яцека в больницу и попросила сообщить Тото, что приду к нему вечером. Пусть ждет. Сегодня в пять должна быть на приеме у жены министра Горицкого, а вечером еду на большой званый обед в Неборов. Имею чудесное платье от Шанель. Обошлась мне очень дорого, зато выгляжу в нем замечательно.

Понедельник

Утром Яцек постучал в дверь моей спальни и несколько удивленно сказал:

— Там тебе звонит какой-то иностранец, который не хочет назвать своей фамилии. Будешь с ним разговаривать?

В первое мгновение я подумала, что это Роберт, и страшно испугалась. Только через секунду вспомнила, что бедного Роберта уже нет в живых. Почему же все-таки тот человек не хочет сказать своей фамилии? Я знаю многих иностранцев, но ни с одним меня не связывают такие отношения, чтобы делать из них тайну.

А может, это какой-то коммивояжер, — пожала я плечами. — Они часто прибегают к такой наглости. Спроси его, по какому делу.

Словно предчувствуя, что это нечто важное, я все же соскочила с постели и накинула халат. Яцек вернулся и сказал:

— Тот пан утверждает, что ему надо поговорить с тобой по очень важному для тебя делу. Он прекрасно говорит по-французски, но с каким-то вроде голландским акцентом. Я сказал ему, что я твой муж, однако он хочет разговаривать только с тобой.

Подходя к телефону, я и не предполагала, кто это может быть, но как только отозвалась, сразу услышала вопрос: