Меня зовут Провокация, или Я выбираю мужчин под цвет платья - Юлия Шилова

– Богдан, ты понимаешь русский язык? Я же ясно сказала: не хочу!

– Динка, а если меня опять в тюрьму посадят, ты меня ждать будешь?

Я открыла глаза и тихо спросила:

– Ты сам понимаешь, что сейчас сказал?

– Я задал вопрос и хочу получить ответ.

– Ты же таких женщин, как я, на дух не переносишь. Я же продажная девка. Для тебя женщины, которые умеют «раскручивать» мужчин на деньги, достойны лишь презрения. Для тебя что дорогие элитные красотки, находящиеся на содержании у спонсоров, что голодные, холодные девки на трассе – все одинаковы. Я не стыжусь желания удачно устроить личную жизнь с мужчиной, главным достоинством которого является кошелёк. У меня породистое лицо, неплохая фигура и хорошая хватка. Мне не нужен обычный парень, который может подарить мне обычную жизнь. Мужчина по натуре всегда собственник, что бедный, что богатый. Бедный старается закрыть тебя в коммуналке, а богатый – в шикарном особняке. Из двух зол нужно выбирать меньшее. Для меня шикарный особняк – меньшее зло. Если большие деньги портят, то маленькие озлобляют. Не вижу ничего плохого в том, что хочу роскошной жизни. У меня есть масса потребностей, а их удовлетворение стоит денег. Чем больше у человека денег, тем больше возможностей. В мире полно людей, которые вообще не имеют гроша в кармане, но при этом пытаются радоваться жизни, мечтать, любить. Я не из них. Если кто-то и мирится с фактом, что есть другие люди, живущие достойно, то только не я. Мои знакомые девушки вышли замуж по любви за мужчин, к которым воспылали нешуточной страстью. У избранников был только один недостаток – зарабатывали они слишком мало. Намного меньше, чем их жёны. Одним словом, девчонки повесили любимых неудачников себе на шею, понадеявшись, что любовь оправдывает всё, мол, разговоры о том, что муж должен зарабатывать больше жены, – демагогия. Так вот, теперь они почти хором поют одно: нельзя связываться с мужиком не своей породы. Редкий мужчина начнёт искать новые способы применить свои умения, чтобы подняться до уровня своей женщины. С курицей жить намного проще, чем с жар-птицей. Из этих живых примеров я сделала вывод: никогда нельзя строить отношения с человеком беднее себя. Терпеть не могу лузер, которые осуждают тех, кто делает женщинам дорогие подарки, называют щедрых кавалеров лохами. Такие люди ненавидят миллионеров за то, что сами не могут себе этого позволить. Они ненавидят страну, в которой живут, величают всех ворами и сволочами. Удавиться готовы из зависти к чужим деньгам и чужому успеху. Ещё и умудряются обвинить во всех грехах своих женщин! И пусть про «новых» русских слагают бесчисленные анекдоты, мол, они с ходу скупают всё самое дорогое: виллы, самолёты, яхты, а большинство из них воры и бандиты, меня это мало волнует, потому что я хочу найти своё место под солнцем.

Я осеклась, ожидая, что Богдан прервёт меня очередным злобным выпадом. Но он молчал.

Знаешь, ещё я люблю столичную жизнь. В Москве самые лучшие светские тусовки. Новые коллекции одежды и обуви, открытие ресторанов и бутиков, показ эксклюзивных моделей автомобилей, презентации бриллиантов и алкоголя... В этих местах всегда большое скопление мужчин. И пусть там не все олигархи, но есть крупные бизнесмены, а проще говоря, бандиты в завязке, которые вовремя расстались с криминальной деятельностью и занялись предпринимательской. Человек, зарабатывающий большие деньги, не имеет времени выбирать девушку, поэтому часто «клюёт» на ту, которая сама себя с ним знакомит. Главное, подойти к знакомству тонко и тактично, чтобы это не выглядело навязчиво. Тогда у богача создаётся впечатление, что инициатива исходит именно от него. И не нужно мыть мне мозги, мол, я должна добиваться всего своим трудом. Я добиваюсь, но в пределах разумного. Свои возможности я хорошо знаю, выше головы мне не прыгнуть. На сладкую и роскошную жизнь, увы, не заработать. Без помощи богатого и щедрого мужчины не обойтись. Так вот, Богдан, всё это я говорю к тому, что ты на дух не переносишь таких, как я... Я – не твоего поля ягодка. Всё это время ты называл меня шлюхой, а теперь вдруг спрашиваешь, буду ли я ждать тебя из тюрьмы.

– Я всего лишь говорил тебе правду! – рявкнул Богдан.

– Да пошёл ты знаешь куда, вместе со своей правдой!

Вдруг вертолёт потерял управление и стал стремительно падать вниз. Я громко закричала, вцепилась в плечо Богдану.

– Богдан, миленький, пожалуйста, сделай что-нибудь! Я тебя умоляю! Мы же падаем! Мы сейчас разобьёмся! – меня раздирал ужас.

Богдан сидел, словно окаменев с отрешённым видом, и как заклинание повторял:

– Не понимаю, что происходит... Я хотел всего лишь повисеть в воздухе.

Он, как мог, старался посадить вертолёт, но отчаянные попытки справиться с управлением не увенчались успехом. Всё произошло в одно мгновение: со страшным грохотом вертолёт во что-то врезался. Раздался оглушающий шум. Затем что-то взорвалось, и всё загорелось...

Глава 17

Дальше я ничего не помню. Потеряла сознание. Очнувшись, обнаружила, что жуткий чёрный человек, с глазами, напоминающими глаза Богдана, тащит меня за ноги по лесу, обдирая мне кожу. Я приподняла голову и с ужасом увидела, что моё тело походит на обгоревшую головёшку.

– Богдан, это ты?..

– Дина, только не умирай! Я не могу взять тебя на руки. Я весь обгорел. Уже видны частные дома. Сейчас я тебя дотащу, нам должны помочь.

От тошноты и боли я вновь потеряла сознание. Когда пришла в себя, поняла, что лежу на деревянном столе. Надо мной колдовала какая-то женщина. Она смазывала обгоревшую кожу каким-то снадобьем. Увидев, что я пришла в себя, подняла мне голову и заставила выпить отвар.

– А ты сильная, живучая, – заметила она. – Сейчас приедет мой сын. Он хирург, директор ча стной клиники. Я ему позвонила, попросила тебя осмотреть.

Я вновь закрыла глаза и провалилась в тёмную бездну. Очнулась в больничной палате и первым делом попросила воды.

– Как ты себя чувствуешь? – Молодой мужчина смочил мои губы и пристально посмотрел на меня.

– Не знаю. Плохо мне...

– Нужно терпеть. Я сделал тебе уже несколько операций, – начал рассказывать он. – Ты то приходишь в себя, то теряешь сознание, но я знаю и верю. Ты будешь жить. Меня зовут Жан. Ты в моей клинике. Моя мать известная знахарка. К ней принёс тебя какой-то мужчина. Сначала она сама тебя выхаживала, а потом позвала меня. Я долгое время жил за границей, но затем вернулся в Россию, открыл клинику. Я не возьму с тебя денег. У меня никогда не было настолько обгоревших клиентов, и мне стало интересно, что получится из лечения. Одним словом, на тебе я набиваю руку, но мне бы очень хотелось, чтобы ты подписала документ, что ответственности за конечный результат я не несу. Думаю, ты с этим согласишься, ведь я, по сути, занимаюсь благотворительностью и по доброй воле.