Ее оружие - Джекки Коллинз

Лара приготовилась к встрече с освободившимся наконец от семейных ритуалов Ником в «Ле Клубе». Она надела черное трикотажное платье, облегавшее тело, словно змеиная кожа, и имевшее выразительный вырез на спине. К нему она подобрала жемчужное ожерелье из Афганистана и тонкие серебряные браслеты, унизывавшие руки до локтей.

Лара настроилась на то, что развязка должна была произойти сегодня же. Она пригласит Ника к себе домой, затащит в постель и будет охмурять до тех пор, пока он сам не прочтет сплетни о себе из утренних газет. Чем позже ему позвонит взбешенная ими Эйприл, тем лучше.

Вновь восхищенная оригинальностью всех деталей их плана, Лара коротко рассмеялась. Впрочем, наверное, Маргарет не одобрила бы их затею: ей было бы стыдно за то, что в основе осуществления всего этого плана оказался секс.

Зазвонил телефон.

— Лара? Лара, это ты?

— Альфа? Откуда ты знаешь, что я здесь?

— Я каждый день названиваю тебе, все хочу застать, но тебя где-то носит, — сказал принц обиженным тоном. — Каждый день трезвоню безрезультатно. Я просто схожу с ума!

— Очень сожалею, но мне нужно было срочно двинуть на Западное побережье.

— Но Лара, Лара, — вздохнул он, — ты все-таки должны была мне сообщить.

— Я же сказала тебе, мне очень жаль, — коротко отрезала она.

— Ну хорошо, наконец-то я все-таки застал тебя, давай забудем это. — Принц Альфа давно усек, что препирательством с такой женщиной он ничего не добьется. — Ты хочешь, чтобы я приехал?

— Нет.

— Ну хорошо, тогда прилетай ты. Завтра. Я встречу тебя в аэропорту в Риме, а потом мы отправимся вместе в Гстаад, к «Бэкгаммону», играть.

— Нет.

— Лара, золотко, но теперь я действительно рассержусь.

— Подожди еще немного, и может быть я смогу вырваться.

— Через сколько дней?

— Не требуй от меня точной даты, позвони хотя бы завтра снова. — Она быстро положила трубку и уже не обращала внимания на телефон, даже когда он снова зазвонил.

«Этот еще суется в такой момент под руку», — подумала Лара. Впрочем, принц Альфа всю свою жизнь был избалованным эгоцентриком, поэтому ему такое обращение с ее стороны пойдет только на пользу, — ведь он сам так обращается с людьми. А кроме того, Лара не собиралась из-за него опаздывать на встречу с Ником.

21

Анжело названивал Рио уже раз десять, прежде чем она сняла наконец трубку.

— Слушай, — выпалил он напрямик — я хотел бы поговорить с тобой по поводу недавнего.

— Не извиняйся, — ответила Рио, сопровождая свои слова тихим гортанным смешком, — я могу понять тебя, я очень понятливая леди.

— Могу я тебя увидеть сегодня вечером?

— Послушай-ка, дружок! Понять-то и посочувствовать тебе я могу, но дальше-то что? Видно, мы из разного теста сделаны.

— То, что произошло недавно, было просто недоразумением, — вспылил Анжело. — Я не хочу задаваться, но…

Рио оборвала его на полуслове:

— Ты сладкий, маленький, резвый мальчик. Ты хорош для молоденьких девочек, которым, может, и достаточно быстренько потрахаться, но, мой дорогой, ты и я, — мы совсем не подходим друг для друга.

Анжело чувствовал, что его громкая слава поставлена на карту.

— Но послушай, я могу тебе объяснить, что произошло прошлый раз, это было…

— Да, да, это было… — сказала Рио и положила трубку.

Анжело же с треском швырнул ее на рычаг и готов был зарыдать. Как может эта наркоманка, эта шлюха так обращаться с ним! Он хотел видеть ее немедленно и доказать ей, на что способен. Он не мог принять в свой адрес то, что она посчитала его слабаком. Он был превосходный любовник, и об этом искренне твердили ему многочисленные женщины, с которыми он спал. Он мог трахаться часами и при этом нисколько не терять над собой контроль.

Анжело снова потянулся к телефону и набрал номер своей замужней подруги.

— Приезжай ко мне, и немедленно, — процедил он в трубку.

— Я не могу, семейные проблемы.

Скорчив гримасу отчаяния, он заметался по комнате, как загнанный зверь. Неужто его уже и в грош не ставят?

Он набрал номер другой своей подруги, работавшей в казино. Эта через час уже была у него, и он сразу же потащил ее в постель. Два часа он доводил ее до экстаза, но даже когда он выпроваживал свою гостью за дверь, все равно не чувствовал пресыщения. Анжело снова позвонил Рио.

— Ты очень навязчив — сказала она, — а мне навязчивые типы не нравятся, я их просто терпеть не могу. — Она взглянула на часы, было уже шесть. — Хорошо, приезжай, только поторопись. — Она положила трубку и покинула квартиру.

Анжело ждал битый час перед ее дверью, за которой, несмотря на все его отчаянные звонки, была полная тишина. Он задыхался от бешенства. За кого она его принимает?

Наконец он отправился в бар за углом и принял несколько стаканчиков. Потом он стал снова звонить — то по телефону, то в дверь, и опять никакого ответа.

Он выпил еще две порции виски. Анжело не имел пристрастия к спиртному, он больше предпочитал гашиш. Когда он наконец забрел в казино, то едва держался на ногах и вел себя просто вызывающе. К счастью, Эдди Феррантино вовремя отправил его домой.

Но и дома Анжело не успокоился. Он позвонил своей подруге, и они пошли в «Трэмп». И тут он увидел Рио, которая сидела в окружении ее так называемых друзей.

— Ты бестия, — прошипел он.

— А ты дерьмовый любовник, — в тон ему ответила она.

— Пошли ко мне сейчас же, и я заставлю тебя проглотить свои слова, — настаивал он.

— Я предпочла бы проглотить что-нибудь посущественнее, чем просто слова, — сказала она, язвительно улыбаясь.

— Ты получишь вдобавок кое-что другое, — пробормотал он. Было видно, что он надрался.

— Ну хорошо, идем, — уступила наконец Рио.

Они взяли такси. Как только они переступили порог его квартиры, Рио тут же сбросила с себя одежду.

Анжело почувствовал, что допустил ошибку. От выпитого его развезло, и он чувствовал себя измотанным.

— Ну что? — Рио вызывающе смотрела на него, уперев руки в бедра и расставив ноги, — Раздевайся, любовничек!

Она помогла ему снять одежду, и казалось, от ее прикосновений возбудился бы и мертвый. Но «покойник» даже не шевельнулся. Анжело готов был со стыда сгореть, но ничего не мог поделать.

Рио презрительно рассмеялась.

— Сообщи мне, беби, когда ты повзрослеешь и поумнеешь!

Она оделась и ушла.

22

Было совсем поздно, когда Ник сумел выбраться из дома брата. Семья Бассалино долго обсуждала различные проблемы, которым, казалось, не будет конца. В глубине души Ник считал, что его все это не очень-то касалось, поскольку у него в Калифорнии дела шли неплохо. А уж нападения и убийства в Нью-Йорке тем более не имеют к нему никакого отношения.