От дружбы до любви - Xeni Niellse

Xeni Niellse

От дружбы до любви

Глава 1. Помощь

Промёрзлое утро последнего сентябрьского дня напоминает, что нужно пошевеливаться и поторапливаться на учёбу. Сеня натягивает белую блузку, поверх песочного цвета жилетку, новые капроновые колготки, вскрытые пять минут назад, и классические чёрные шорты. Крутится возле зеркала, чтобы удостовериться, что выглядит достаточно привлекательно и официально.

И до сих не верится: она студентка.

И как такое возможно?

— Сень, поторапливайся, иначе папа не успеет тебя подвезти, — в комнату входит мама, застёгивая серёжку на одном ухе. — Боже, какая ты красивая.

Женщина подходит к дочери, вставая за спиной и обнимая за плечи. В голубых радужках сияет счастье, и Сеня нежно проводит руками по тыльным сторонам ладони.

— Совсем уже взрослая, — фраза, звучавшая на грани очередных слёз, вызванных тем, что не заметила, как выросла дочь. — Ещё недавно ты только-только пошла в первый класс, а уже сегодня учишься в университете. Как быстро летит время.

— Мам, я по-прежнему остаюсь твоей маленькой девочкой, — тепло отзывается Есения, нежно улыбаясь.

— Это верно, — женщина отходит от дочери, двигаясь в сторону двери, но тут же останавливается, поворачиваясь вполоборота. — Кстати, ты помнишь, что сегодня вечером мы идём на юбилей к Дубровским?

— Да, мам, — Есения хватает сумку и движется в сторону двери. — Я помню, что у Михаила Константиновича сегодня юбилей.

— Не опаздывай. Они собираются в ресторане на Ленина возле Айсберга ровно в семь, — строго произносит мама Сени.

— Хорошо.

Папа любезно довозит дочь до университета, желая удачи, и срывается с места, чтобы успеть к началу рабочего дня. Есения быстро ступает по сухому асфальту, заходя на территорию учебного заведения, в котором целых восемь корпусов. Неудивительно, имея особый статус в области и стране. Сюда съезжались не только областные, но и из других регионов страны.

Сеня вдохнула побольше воздуха, улыбаясь собственным воспоминаниям, когда с замиранием сердца смотрела итоговые результаты. Мониторить стало обыденной вещью, начиная с семнадцатого августа, когда выставили рейтинги поступивших и сдавших оригиналы. К счастью, Сеня уверенно держалась в десятке всё время, пока не пришли списки об официальном зачислении. И там она тоже была десятой.

Нужно отдать должное маме, потому что она заставила нанять хорошего репетитора по английскому, дабы вместо слабой четвёрки иметь стабильную пять и хорошо подготовиться к экзамену. Кстати, с литературой было то же самое.

И вот, она стоит перед главным корпусом, в котором пройдёт очередная за сентябрь лекция по русской литературе. Топчется на месте, решая, что задержится ещё немного на прохладной улице, чтобы унять дрожь от волнения.

Глаза сами цепляют знакомое лицо, а губы расплываются в улыбке. Роман Григорьев перевёлся к ним в группу неделю назад, и это стало её маленькой мечтой — познакомиться, сходить погулять, на свидание. Хотелось узнать Рому поближе, потому что от него исходили светлые лучи жизнерадости.

Такой яркой, что притягивало магнитом.

Однако, всякая улыбка сходит на нет, когда Сеня видит, как к Роме подходит пышногрудая блондинка с идеально выпрямленными волосами и в сексуальном платье, чётко достигающем середины бедра. Её зовут Алина Нестерова, и она с самых первых дней произвела особенный фурор на большую часть мужского внимания в группе.

Красивая, не глупая, с хорошей фигурой и заливистым смехом. От неё разило уверенностью, которой не обладала Сеня. Несмотря на свои восемнадцать, она не могла так резво пойти познакомиться и навязаться симпатичному парню.

Даже если бы такое случилось, вышло бы всё из рук вон плохо. Распереживалась бы настолько, что начала бы покрываться красными пятнами, смущаться и запинаться не то, что на каждом слове, на каждой букве.

Рома ей нравился, и она хотела бы быть смелее, чтобы сделать шаг навстречу своему маленького идеалу, дабы добиться его расположения.

— Тебе надо быть менее заметной, если хочешь, чтобы он познакомился с тобой, — до боли родной голос раздаётся прямо над ухом, и она испуганно вздрагивает, замечая, как Кирилл равняется напротив неё. — Это наша нелогичная логика. Сначала нам нравятся доступные, а потом втайне мечтаем о тихоне, потому что, как говорится…

Он не успевает договорить, потому что Есения игриво шлёпает его по руке и шикает, призывая замолчать. Она улыбается, цокая языком и закатывая глаза.

— И тебе доброе утро, — лепечет Сеня, глупо улыбаясь. — Пока рядом с ним Алина, я вряд ли смогу что-то сделать.

— Ничего не делай, малышка. Он сам найдёт тебя, когда заметит. Ты очень красивая, чтобы оставаться в стороне его внимания, — губы Кирилла растягиваются в улыбке, и он кивает в сторону здания. — Пошли давай, воздыхательница.

Кирилл такой Кирилл. Они дружат с самого детства, потому что их мамы дружат со своих студенческих лет. Сеня серьёзно считала Кирилла своим лучшим другом и старшим братом, который изредка давал нравоучительные советы касательно взросления.

Для них норма спать в одной кровати, обнявшись, или же сплетаться конечностями, хотя по утру смотрят друг на друга, желая высказать, что спать было довольно-таки неприятно, потому что тяжёлое тело Кирилла навалилось на Сеню почти целиком.

Он старше на пять лет, так что Есения застала тот период, когда из смазливого парнишки он превратился в мужчину. Когда на его подбородке и скулах появилась аккуратная щетина, высмеяла его и сказала, что выглядит это не совсем уж и брутально, как пишут в некоторых книгам и показывают в фильмах.

Кирилл был тем самым парнем, за которым ходил табун просящих девок. Их неуместный и временами мерзкий флирт был настолько раздражающим, что Сеня не выдерживала и старалась держаться подальше от лучшего друга, чтобы не стать свидетельницей чересчур откровенного разговора.

И всё же, порой становилась, отчего было неприятно, даже мерзко! Она никогда не пыталась специально подслушать. Всё получалось само собой. От этого было нелегче.

Он знал о ней всё, вплоть до месячного цикла, поэтому в эти дни был старательно любезен и обходителен, чтобы не нарваться на неприятности и склоки.

И даже знал, что в ящике с бельём лежит всё, от чересчур детских трусиков с рисунком до развратных стринг.

Ответит на каждый вопрос о ней, если кто-то решится поспорить, что он не знает о ней столько, сколько Сеня знает сама.

Их дружба исключительно платоническая, завязанная матерями совершенно случайно и оставшаяся на долгую жизнь. Она никогда не сможет вычеркнуть из жизни Кирилла, потому что слишком дорог и важен, чтобы просто так или по глупости лишаться хорошего человека.

У него тяжёлый характер. Слишком