Украденная. Лакомка для Зверя (СИ) - Льевич Дима

Под весом моего тела член вошел еще глубже, заставив меня закричать и широко распахнуть глаза. И мужчину это раззадорило еще больше. И он просто поднимает меня над кроватью руками, как какую-то пушинку, будто я совсем ничего не вешу для него, и начинает вбиваться в меня снизу и рычать какие-то пошлости мне на ухо, которых я совсем не могу разобрать.

Да мне уже плевать, что он говорит.

Мне плевать на все, даже на то, что это почти незнакомый для меня человек; ведь сейчас он мой и знает обо мне больше, чем кто-либо, знает меня изнутри.

Плевать… Лишь бы он не останавливался эти еще хотя бы несколько мгновений, потому что так хорошо, так безумно классно, ярко и феерично мне еще никогда не было. Никогда в жизни!

Я сжимаюсь и разжимаюсь ежесекундно, теряю голову полностью, потому что начинаю кончать. Кричу и стону, впивая ногти в… не знаю, в живот, в ноги, руки мужчины и дрожу от сильнейшего оргазма в своей жизни. Одновременно с этим получая бонусом несколько сильных выстрелов спермы внутрь своей до изнеможения затраханной дырочки.

Несколько секунд. Или минут. Не представляю. Не понимаю, что происходит. Только расслабляюсь и чувствую, как мы оба падаем на кровать. Я лицом на мокрую от нашего пота простыню, а мужчина — сверху на меня, мне на спину. Хорошо, что немного сбоку, иначе я бы просто задохнулась под его весом. Или…

Ох уж это женское тело. Стоит сделать хорошо, как оно само раскрывается, как букет. И да, я полностью спалилась. Пока искала чужие секреты, выдала все свои. И весь мой план, кажется, теперь рухнул с грохотом.

Да и ладно. Сейчас вообще все равно, что он там подумает.

Твою ж мать, как же это было классно.

— Безумие… — вторит моим мыслям Артур, горячо и очень часто дыша мне в плечо.

Кажется, я снова проваливаюсь в сон.

***

Артур

— Вот это доброе утречко, скажи? — шепчу девчонке на ушко. А она только сладенько посапывает и что-то лепечет сквозь сон.

И почему она мне сегодня нравится еще больше, чем вчера? Неужели я реально запал на нее?

Аккуратно поднимаюсь с постели, чтобы не разбудить спящую красавицу, и ставлю окно на проветривание. Надеваю шорты с футболкой, даже не заморачиваясь с поиском трусов, и иду на кухню. Зарядка израсходовала остатки калорий, которые со вчерашнего вечера накопились от лапши, и теперь аппетит вовсю разыгрался. Аж желудок приятно урчит, выпрашивая завтрак.

Достаю из холодильника пару яиц и смотрю на них несколько секунд. Достаю еще пару. Надо ж и девочку накормить. Она вон какая молодчинка. Неужели она даже не обижается на меня за то, что я с ней вот так?.. На этот раз даже не сопротивлялась, не дергалась, хоть я и не спрашивал ее мнения насчет утреннего секса. Я вообще не любитель спрашивать, а брать то, чего мне хочется. Но это утро… Как-то все было иначе. Я не просто брал, а будто бы отдавал, и только получал кайф от того, как безумно сладко стонала именно она, как хорошо было ей. Раньше я за собой не замечал такой… сентиментальности, что ли. Хотя какие сантименты, я ее чуть в клочья не порвал, так завелся. Но в то же время старался угодить.

Не понимаю себя теперь.

Ловлю себя на мысли, что стою уже вот несколько минут недвижимо и загадочно улыбаюсь, как влюбленный мальчишка.

— Так-с, на двоих и этого будет мало.

Машинально щелкаю кнопку на кофейном аппарате. Достаю с дверцы холодильника кусочек куриной грудки, промываю под струей холодной воды и нарезаю на мелкие кубики. Отправляю на сковороду, тем временем замешиваю разбитые яйца с солью и молоком с сушеной зеленью. Почти стандартная порция после тренировки, только чуть больше. И на две персоны.

Когда курочка на сковороде белеет, а затем и приобретает золотистый цвет, вливаю яйца, перемешиваю и накрываю все это крышкой. Вверх поднимаются клубы ароматного пара и вмиг разносятся сквознячком по квартире. Видимо, добрался и до спальни, потому что через минуту слышу возню со стороны комнаты, а затем и легкое шлепанье босых ног девочки.

Улыбаюсь, чувствуя ее позади.

— Доброе утро! Проголодалась?

Оборачиваюсь и вижу заспанную девушку, с растрепанными волосами, но довольной улыбкой на лице. Все в том же моем халате. Только не очень плотно запахнутом. И под ним вижу свою майку, в которой вчера ходил. Приятный сюрприз. Еще один. Только на этот раз мне почему-то хочется сделать ей комплимент, а не отодрать.

— Доброе, Артур. Э-м… Да.

Какая скромница. А так кричала подо мной всего каких-то полтора часа назад.

Делаю два шага к ней и легонько касаюсь указательным пальцем кончика ее носа.

— Тогда проходи и присаживайся.

Раскладываю завтрак по тарелкам, разливаю кофе и сажусь напротив нее через узкий стол. Мы какое-то время молча едим, и я с интересом наблюдаю, как она кушает, даже не пытаясь скрывать свой хороший аппетит.

— Что-о? — спрашивает и улыбается, заметив мой взгляд.

— Ничего. Добавки? Понял, одну ложечку, — хихикаю, заметив легкую неуверенность в ее взгляде. — Слушай, я ведь так и не знаю, как тебя зовут.

— Катя.

— Приятно познакомиться, Катя. — Протягиваю ей руку и пожимаю крохотную ладошку. — Ну чего ты?

— А тебе не кажется это очень странным? Ну все это. Что мы с тобой… И мы вот только сейчас знакомимся. Это как-то…

— Неправильно? Правильными быть скучно. Можно сделать все наоборот. Видишь, очень даже интересно вышло. Теперь и не так сложно узнать что-нибудь друг о друге.

— Ну да, точно теперь не прозвучит фраза «молодой человек, я не знакомлюсь, я занята», — смеется Катя.

— И правда, — поддерживаю веселым смехом. — Ну раз такое дело, расскажи, на кого ты учишься?

— Уже отучилась, — бормочет с полным ртом.

— Да, да, последний экзамен. Помню. И как? Сдала?

— Да! На отлично! Экономистка я теперь. Ну еще немного на художку ходила…

— Поздравляю! Класс. Я помню, как свои сдавал. Давно дело было. А на художку, в смысле, танцы?

— Не-е, — хохочет, — рисую. Рисовала.

В прошедшем времени. Значит, теперь что-то мешает продолжать. Или кто-то. Снова эти препятствия на пути к желаемому.

Не подавая вида, что задумался поглубже на тему ее хобби, продолжаю весело:

— Да ладно? Прям художник? Красками на холсте, мольберты там, палитры, кисти и все такое?

— Ну да, как бы. А ты, смотрю, разбираешься в этом.

— Ну а как же. Я ж говорю, тоже учился когда-то. Вышку заканчивал, в нашем тоже. И читал всякого. Подкован, в общем-то. Ты тут не думай, что мы, качки, тупые.

— Ну что ты, и в мыслях не было! — оправдывается девочка и проглатывает последний кусочек куриной грудки.

— Вот и отлично. Ты тут… ну, не скучай. А я поеду немного делами позанимаюсь. — Поднимаюсь из-за стола и хочу отправить в ванную комнату, зубы почистить и все такое. Но Катя меня останавливает.

— Слушай, Артур. Ну ты же, это… Чего я тут буду делать? Может, как-то…

— Нет, — отрезаю сразу, не будучи готовым к такому вопросу. Не знаю даже почему, но мне совсем не хочется ее отпускать. А назвать причину этого не то что ей, я даже себе не могу. Просто не хочу.

— Ладно… — терпеливо и, кажется, понимающе отвечает Катя.

Может, боится начать как-то бурагозить и сильно развивать эту тему. Ждет и подбирает подходящий момент. А я понимаю ее и знаю, что ей давно пора бы уже пойти своей дорогой. Вся эта история явно давно уже зашла слишком далеко. Обычно дольше одной ночи у меня никто не задерживался, а то и посреди ночи спроваживал. А от нее избавляться не хочется. Совсем.

— А когда? — очередной вопрос, но уже в лоб. На который я просто молча смотрю. — Может, тогда, хоть вещи мои привезешь?

— О, хорошо, что ты напомнила! — весело восклицаю, поймав возможность перевести тему. — Точно, тебе ж нужны всякие там… женские вещи. Я их уже забрал.

— Ты опять ездил к… Лёле? — спрашивает Катя как-то странно. Неужели приревновала? Не понял. Что это она так…

— Я у нее вчера мобильник выронил как-то. Не знаю. В общем, да, вернулся за ним, а она мне с обиды за… Ну ты помнишь. Швырнула твои туфли и чемоданчик отдала. Они в машине. Я принесу сейчас.