И целого удара мало (СИ) - Танков Вячеслав

За такими мыслями сам не заметил, как полностью очистил окружающее пространство от чудовищ. Пляж и широкая дорога к центру острова залиты разноцветной кровью и быстро растворяющейся на солнце слизью. Скорее всего, создатель этих чудовищ заботился об экологии, раз подумал о невероятных количествах трупов. За это скажем ему спасибо, как только оторвем голову…

— Рик, предлагаю обыскать бункер, когда закончим с целью, — вмешивается Макс. — Если он так много обещает, значит у него чем платить. Пусть лучше эти богатства послужат на благо человечества, чем останутся захоронены глубоко под землей.

— Шаришь! — киваю, соглашаясь с ним, и ныряю прямо в потолок невысокого укрепленного здания в центре острова, не обращая внимания на массированный огонь турелей. Бронебойными лупят, сволочи! Костюм покрылся дырками, сигнализируя о многочисленных повреждениях. Надо было сразу скатать его в шарик на спине, но теперь уже поздно.

Пробившись сразу на несколько этажей вниз, оказываюсь посреди небольшого зала управления, в котором и находится искомая цель… оказавшаяся человеком! Как иронично. Гений, управляющий чудовищами, на самом деле — человек. Причем, человек — совсем не примечательный. На вид — обыкновенный офисный планктон, лет сорока, лысеющий индивид с безумно бегающими глазами и драном докторском халате. Как только такой как он стал повелителем монстров? Скорее всего, случайно…

Человекоподобная гибкая женская фигура, стоящая возле него, быстро поворачивается в мою сторону, шипит и замирает в угрожающей позе. Она напоминает вставшую на задние лапы тигрицу с довольно милым женским личиком и неплохими достоинствами. Больше мне не удается ничего рассмотреть, так как Саманоске командует визгливым истерическим голосом:

— Убей! Убейего! Убей немедленнооторвиемуголовувырвиему кишки…

Существо нагибается еще ниже, расправляя сложенные за спиной кожистые крылья и резко бросается на меня, оскалив острые зубы и нацелившись длинными когтями в мое незащищенное горло. Что-то удерживает мою руку от того, чтобы расплескать ее по стене. Совсем как тогда, в схватке с клонирующей себя ниндзя в крепости русской мафии. Хмыкнув, перехватываю ее за шею, держа перед собой на вытянутой руке. Девушка-химера отчаянно шипит, сверкая глазами с вертикальным зрачком, пытаясь прокусить держащую ее руку и исцарапать когтями лицо, но, когда понимает, что все попытки напрасны, изгибается самым невероятным образом, выпуская свое последнее оружие — хвост, который больше похож на шланг с раструбом на конце. Он похож на бутон цветка, вот только вместо нектара она плюется в меня какой-то странной кислотой с металлическим оттенком. Инк костюма отчаянно пищит, поспешно вытягивая остатки костюма из-под удара, оставляя меня, таким образом, совсем голым перед лицом злого гения и его подручной. Обвисшая в моей руке зверушка, названия которой я никак не могу подобрать, скептически смотрит на меня и фыркает, презрительно отворачивая мордочку. Похоже, она уже смирилась с тем, что все ее попытки причинить мне вред, обломались. Что же, дело за последним боссом.

— Мой прототип⁈ — не веря собственным глазам, орет Саманоске, глядя на безвольно поникшую в моей руке демонессу… или химеру, или птеротигрицу. — К-как же⁈ Она ведь совершенна! Никто и ничто не может противостоять ей! Ну, погоди!

Он кидается к ящику стола, начиная рыться в нем. Через секунду он с торжествующим видом наставляет на меня какой-то странно выглядящий пистолет со множеством светящихся искорок и проводов.

— Узри же! — кричит он. — Мое творение — Гипербл…

— Бэмс!

А что? Мне надо было дождаться включения этой непонятной штуки? Когда остатки безумного гения стекли до половины стены, в зале наконец-то, включается сирена, а зверодевушка, висящая на моей руке, издает оглушительный вопль, теряя сознание. Электронный бездушный голос немедленно включает обратный отсчет, готовя тотальное разрушение бункера.

— Рич! — кричит Макс. — Быстрее подключи меня к системе! Надо остановить…

Не имея ни малейшего понятия, все же протягиваю руку к мигающим панелям, возле которых стоял злодей. В тот же миг костюм, очевидно, под действием Макса, формирует тонкий стебелек из нанороботов, независимо от меня подключаясь к системе. Через пару секунд отсчет замолкает, а вибрация под ногами окончательно стихает. Химера все еще висит бессознательной тряпкой на моей руке, поэтому я аккуратно складываю ее безжизненной кучкой в углу, прислушиваясь к сердцебиению и пульсу. Пусть неровные, но они все же есть. Скорее всего, она, как и прочие созданные им монстры были завязаны на жизнеобеспечение своего создателя. Думаю, что прямо сейчас все прочие твари растекаются кучками дерьма по всему миру, заставляя людей лишь строить догадки, да радоваться неожиданному избавлению. Химера не растеклась вонючей слизью, что заставляет думать о том, что именно она была ближе других Саманоске… Или же не только монстром, но и помощницей? Вариантов много, спросим, как придет в себя.

Запомнив ее ауру, ныряю еще глубже, пробивая новые коридоры в многочисленных ответвлениях бункера. Мимо меня проносятся биолаборатории, колбы и целые ванны, наполненные расплывающейся вонючей слизью. Должно быть, все наработки злого гения после его смерти превращаются в дерьмо, чтобы никому и никогда не открыть секрет их создания.

— Макс, уничтожь все данные по конструированию тварей…

— Уже, — перебивает меня тот. — Все стер. Там слишком много того, о чем человечеству еще рано узнавать. Похоже, идиот каким-то образом наткнулся на артефакты знаний инопланетян и сумел их расшифровать. Слишком большое искушение для любого, кому бы они ни попали в руки.

— И черт с ними, — облегченно вздыхаю я. — справимся сами без инопланетной поддержки. Что там по ресурсам?

— Ниже на этаж и правее. Там склад.

Пробиваемся согласно указаниям Макса, отрывая огромную стальную дверь. Внутри тускло поблескивают захваченные богатства: слитки, антиквариат, драгоценности и прочее.

— Вот нафига они ему сдались, — думаю вслух, — если бы он уничтожил человечество? Кому бы он все это продавал?

Макс молчит, но ответ мне и не требуется. Главное — проблема, угрожавшая человечеству, решена. Время заняться более насущными делами. Возвращаюсь в главный зал как раз к тому моменту, когда непонятное существо в углу приходит в себя.

— Что… что произошло? У-у-уй, моя голова!

О, говорящее! Значит, есть шанс договориться. Тем временем, химера изумленно смотри на свои лапки, осматривает тело и издает вопль ужаса, когда добирается до хвоста.

— Что… что это⁈ Это не я! Что со мной! С-саманоске⁈ Это он! Это точно он! Где он⁈

Она оглядывается, находя меня взглядом. Костюм уже немного починился, покрыв меня тонкой пленкой. До полноценной брони далеко, но хотя бы какая-то видимость одежды. Придется снова обращаться к Доку, сконструировавшего Геноса, за подпиткой наноботов.

— К-кто вы? — вопрошает та. — Где Саманоске⁈ Где…

Внезапно до нее доходит, почему в потолке дыра, а на стене возле панелей кровавые ошметки. Она опрометью бросается мимо меня к панелям, сосредоточенно щелкая по кнопкам, пока не издает протяжный горестный стон.

— О, не-е-ет! Все… все уничтожено! Я навсегда… Этот гад! Этот ублюдок! Р-р-р-р!

Она беснуется, прыгая из стороны в сторону, хлеща себя по бокам хвостом, пока снова не вспоминает обо мне. Тогда она приходит в себя, останавливаясь, глубоко вздыхая и становясь передо мной.

— Пр-рошу меня пр-ростить, — порыкивая, говорит она. — Меня зовут Амелия Онахол. Я — доктор биологических наук. Ар-рестуйте меня, я с-сдаюсь.

— Прикройся, — отвечаю, перекидывая ей медицинский халат, найденный в шкафу. — Сиськи видно.

Девушка озадаченно наклоняет голову и издает придушенный возглас, мгновенно отворачиваясь и встряхивая одежду, поспешно в нее заворачиваясь. С первой попытки ей это не удается. Со второй она рвет его на несколько частей. Лишь чудом она втискивается в третий комплект, что радует, ибо больше в шкафу ничего нет. Сиськи у нее, кстати, зачетные, лишь слегка прикрытые оранжевой шерсткой. Для крыльев приходится вырезать отдельные дырки, а хвост так и остается под ним. Когти тоже втягиваются в пальцы зверодевушки.