Малышка на двоих (СИ) - Кучер Ая

– Нет, Тим. Я буду обижаться на то, что ты только что обесценил мой труд. Ты ведь знаешь, что после сладостей они ничего не едят. А я готовила обед.

– Ничего страшного, съедят потом. Мне больше достанется.

– Ну, ты можешь тоже поесть мороженное. Я разрешаю.

Разворачиваюсь, чувствуя, что довожу своим поведением мужчину до бешенства. Ну а что поделать, раз Тигран этим больше не занимается, то это моё наследство.

На самом деле, я безумно устала от споров с мужчинами. И что питаться нужно правильно, и что бесится можно между собой, а не портить детей. А мне когда-то казалось, что это я была балованной!

– Малышка, - вокруг талии обвиваются мужские руки, впечатывая во влажное тело. – Что такое? Тебя давно не пороли, что так капризничаешь? Прошлого раза хватило на сколько? Пять лет?

– Пори кого хочешь.

– Ого, что ты натворил? – Тимофей выползает из дома, потягиваясь. Дёргает к себе, целуя. Кажется, что температура с сорока сразу подскочила под сотню. – Ммм, малышка, соскучилась?

– Просто плохое настроение, - дёргаю плечом. Сама откидываюсь на Мура, чувствуя, как тот расслабляется. – Прости. Но я действительно старалась с обедом, раз Тимофей приезжает. А…

– А получилось, что кого-то нельзя оставлять с моими детьми, - заканчивает Тим, прижимая обратно к себе. Сами они дети!

– Вообще-то, дети мои, Тим.

– Сын-то мой.

– Продолжите делить – будем делить имущество.

– Всё равно не женаты!

Выкрикивают синхронно мне в спину. Не сбегаю от разговора, привыкла уже к их перепалкам. Но адская жара, мне нужно обратно в холод. Наливаю лимонад, добавляя мяту в стакан.

Жду, когда Тимы пойдут за мной. На это всегда уходить лишь пару секунд, пока они кинут друг другу пару фраз, а после пойдут делить малышку между собой.

– Кать, ты если решила устроить скандал, то хоть предупреждай. Я бы захватил вино и подготовился.

– Вы всё равно не разрешаете мне пить.

Не совсем так, но суть не меняется. Спустя семь лет мне все ещё нельзя алкоголь, если я хочу близости. Мужчины основательно взялись за этот вопрос, не допуская осечек.

Видимо, ситуация на моё совершеннолетие и с Ирой действительно выбила их из колеи. Что не смогли вовремя среагировать, разобраться. И ошиблись так, как профессионалы не должны ошибаться.

Но я-то знаю о том, что там где есть чувства – нет места для здравого рассудка. Иначе бы никакая девушка не развелась с миллионером, не поставила всё под удар, не рискнула бы.

Я – по-другому не могла.

Даже если бы у нас не сложилось, если бы всё пошло кувырком… Это ведь мои Тимы, самые родные и любимые. С ними страшно, но ещё страшнее не попробовать.

– Это да, малышка. Но значит, что на вечер у тебя есть планы.

Фыркаю, пока Тимофей поднимает меня на руки, усаживая на прекраснейшую перегородку между кухней и залом. Прекрасную – потому что она узкая. Достаточно, чтобы один мужчина раздвинул мои ноги, располагаясь между ними, а другой прижался со спины.

– У меня и на обед планы были, - пробегаю пальцами по груди Тимофея, склоняя голову. – Но они стали такими переменчивыми.

– Когда ты стала такой кусачей?

Мур, показывая насколько, кусает меня за мочку уха. Потом сползает поцелуями-укусами на шею, пока не добирается до ключиц. Оттягивает ворот футболки, двигаясь дальше.

– Скорее – смелой. Вам не нравится?

– Ууу, нет, - Мур тянет, целуя в итоге за ушком. – В такие игры я больше не играю, малышка. Одного раза мне хватило с твоим «не нравлюсь вам». Мы тогда стол Тиграну сломали. Бедный мужик, ни жены, ни стола.

– Дурак, - смеюсь, потому что офис Мирзоева для примирения был не очень хорошим вариантом. – Зато после этого у нас появилась Аня.

– И в качества извинениия твой бывший муж стал её крёстным. Такой себе обмен. Ша, - приказывает Тим, когда открываю рот. – Естественно, дочь стоила этого, не начинай. Если хочешь поскандалить – дождись вечера, чтобы правильно помириться.

– Да не хочу я скандалить. Ты-то ни в чём не виноват. Это Мур!

– Мур, - мужчина мурлычет, наслаждаясь своей кличкой. Подумать только, а когда-то я заключала сделку с Тимофеем, чтобы тот не сдавал меня. Как оказалось, Тим знал об этом с самого начала. – Ладно, прости. Мы просто добрались до ларька, а у них такой взгляд был… Как у тебя, между прочим. Нельзя отказать.

– Кстати, дети…

Прислушиваюсь к тишине в доме. Наше дыхание и кондиционер – не в счёт. Спрыгиваю, направляясь на второй этаж. Если дети молчат, то быть беде. Тимы отстают лишь по одной причине, что всё равно не успеют прикрыть весь бардак до моего прихода.

– Ма! – дочка тянет ко мне руки, измазанные в краске. А её холстом стал Арс. – Мы рисуем.

– Я вижу. Иди ко мне, милая, будем отмывать. А потом спать, да?

– Дя, - грустный вздох. Наверное, ещё одна причина того, что Тимы так легко принимают не своих детей. Оба ребёнка моя точная копия, а мне хочется верить, что меня не любить невозможно. – Не хочу спать.

– Надо, солнце, - Тимофей подхватывает Аню на руки, не переживая за белую рубашку. – Вечером у нас важнаяя прогулка. Ты ведь не хочешь спать в это время?

– Какая? – поворачиваюсь к Муру, потому что мне ничего не говорили. – О чём я не знаю?

– Сюрприз. Надеюсь, тебе понравится.

Естественно понравится! После того, как я отойду от шока. Потому что мне, организатору свадьбы, не доверили самое главное мероприятие. Мою собственную свадьбу.

Фальшивую, потому что нигде нельзя заключить брак на троих, а по-другому я отказываюсь. Не хочу прыгать из брака в брак, как это делает Тиса. Но вот так – арка на берегу океана, дети и любимые мужчины с клятвами – лучший вариант.

Который отзывается огоньками по всему телу. Особенно, когда Тимы не выдерживают и целуют меня после признания в любви, прямо посреди церемонии. Дети «фукают», мужчина, который нас бракосочетает, отводит глаза. А мне очень хорошо.

– Я вас люблю, - повторяю строчку своеей клятвы, придуманной на ходу. – И буду любить всегда. Всегда были только вы. Я уверена в своих чувствах и в "нас" больше всего на свете. Я буду вас любить до самого конца. Каждого из вас. И скандалить, и немного капризничать. И не пить алкоголь по вечерам, - не удерживаюсь от подкола, вызывая на лицах Тим улыбки. – И делить всё с вами, радость и горе, любовь и злость. Всё-всё на троих.

И это действительно лучшее, что может быть в моей жизни.

Всё-всё на троих.

Всегда.

Бонус

Я поправляю волосы, рассматривая себя в зеркале. Идеальный пучок светлых волос, строгое темное платье, неброский макияж. Мне бы хотелось сказать, что я выгляжу плохо. Лишние килограммы, неаккуратность. Хоть что-то плохое.

Но нет.

Ни одной причины, по которой мои мужья могут не хотеть меня.

Не мужья даже, что не улучшает ситуацию.

Я падаю в кресло, сбрасывая туфли на шпильке. Подтягиваю к себе ноги, пытаясь сосредоточиться на работе. Планирование свадьбы, какие-то даты, имена. Всё расплывается перед глазами.

Раздраженно захлопываю крышку ноутбука, вслушиваюсь в тишину. Восемь утра, а дома никого нет. Тимы умчались на работу, спешили. И просто пролетели мимо меня.

Хотя всегда целовали перед уходом. Вели себя как мальчишки, соревновались кого я буду обнимать дольше. Спустя четыре года ничего не меняется.

Кроме того, что сегодня поцелуя на прощание не было.

Зато Тимы забрали сына, сказав, что завезут его в садик сами. И это…

Ай, к черту.

Мне давно не восемнадцать, чтобы молчать и обижаться не выяснив. Тогда я потеряла три года, которые могли быть наполнены счастьем и свободой. Наверное, я могла бы собрать вещи и уехать, показательно и гордо.

Но я забираю только ноутбук, вызывая такси. И пока обычные девушки уезжают к маме, я еду к бывшему мужу.

– Знаешь, это даже странно, - Тигран усмехается, когда мы остаемся наедине в его офисе. – Может намекнуть твоим любовникам, что ты снова со мной?