Дружеский роман (СИ) - Верон Ника

Молчание отца затягивалось. Оглянувшись, Димке показалось, что тот сейчас мыслями совсем не в этом курортном городке и уж тем более, не на променаде. Его мысли были там, в далеком зимнем девяносто третьем, вернее — в самом начале девяносто четвертого. Рядом с теми мальчишками на импровизированном катке.

— И что пошло не так? — осторожно спросил он, продолжая внимательно наблюдать за отцом.

Какое-то шестое чувство подсказывало, что вот сейчас Алексей Константинов перейдет к самому главному во всей той истории. Приоткроется одна из тайн звезды театра и кино. С собственным сыном решил пооткровенничать.

— Лед треснул. Девчонки бросились на берег, как потом выяснилось, одна не растерялась, поймала каких-то взрослых, те вызвали и скорую и милицию, понятия спасателей в те времена еще не было. А вот пара пацанов решили показать себя этакими храбрецами. У одного хватило ума еще и прыгнуть на трещину и под воду ушел вместе с другом и пацаненком. По близости никого, кроме реально перепугавшихся девчонок, не было. Да и ребята, что были, запаниковали. Не смог я пройти мимо. Мальчишки тонули, оказавшись в ледяной воде. Выбраться на лед не могли, тот ломался под ними. Спас двоих. Самого маленького и второго. А тот, что прыжок устроил вместо того, чтобы со льда бежать, слишком большим паникером оказался. У меня не хватило сил с ним справиться, на дно ушел. Долго нырял, но безрезультатно. Всё время думаю, будь на тот момент опыта больше, получилось бы спасти и его?

Вот о данном эпизоде в жизни отца Дмитрий действительно слышал впервые. И теперь многое из действий Константинова-старшего становилось понятным и логически объяснимым. Но, пока, никак не объясняло развод с матерью вскоре, как теперь выясняется, после случившейся трагедии. Если только Елена Викторовна не назначила мужа виновным в гибели третьего мальчишки. Зная характер нынешней мадам Гарбузовой, ничему сейчас не удивится.

— Это как-то повлияло на ваши с матерью отношения? — вновь осторожно прозвучал вопрос молодого человека.

Ну не давал ему покоя скороспелый брак родителей, завершившийся разводом. Тем более если, со слов отца, поженились по любви. Прожить в браке меньше года — вопрос напрашивается сам, какого черта было заводиться с браком.

— Как оказалось — да, — тон Алексея несколько изменился, ушла трагичность, но какая-то непонятная боль всё же присутствовала. — Меня тогда на скорой увезли. Не просто перемерз, опасались обморожения. Правда, с последним пронесло, но переохлаждение получил колоссальное. Организм восстанавливался долго. На медкомиссии дали однозначное заключение: к военной службе не годен. Гипотермия. Из учебного заведения отчислили по состоянию здоровья, с вручением медали «За спасение утопающих».

— Подожди, так ты…

Дмитрий оказался в шоке от полученной новости. Отец столько лет скрывал собственное геройство. И мать ни разу не обмолвилась. Нет, конечно понимал, неприязнь и всё такое, но как сыну, сказать могла, если уж отец молчал!

— Я оказался без законченного образования, — монотонно, без каких-либо эмоций, зазвучал голос Константинова-старшего. — Без профессии, к которой шел со школьной скамьи. С диагнозом переохлаждения, который ставил под вопрос мою способность создать полноценную семью, где будут дети. Вообще функция мужика ставилась под вопрос. С предписанием избегать любого переохлаждения в будущем. Замечательный набор для парня, который только перешагнул свой девятнадцатилетний рубеж.

— Подожди, я что-то не понял по поводу детей, — признался Дмитрий, поднимаясь на площадку, на которой с самого начала своего рассказа оставался стоять Константинов-старший. — Я всё же твой или…

А вот сейчас поймал себя на мысли, что совершено не хотел бы получить сообщение об отсутствии какой-либо кровной связи с этим человеком. Слишком жестокой окажется правда и, в таком случае, вопросы будут уже к матери, хотя и обещал отцу не рубить с горяча. Алексей Константинов не заслужил быть обманутым. Даже — любимой женщиной. И не из-за этого ли произошел разрыв? Если после всего случившегося мать поспешила с выводами…

Глава 11

продолжение вечера

1

Самый запад России. Алексей, задержав на сыне взгляд, усмехнулся. Не ожидал, что того на столько заденет факт родства. А по голосу почувствовал, на сколько зацепило. И ошибиться не мог, боится парень услышать ответ. Получается, все же он, Алексей Константинов, не самый худший отец?

— Мой, — с уверенностью прозвучал ответ Константинова. — Мой на двести процентов, Дима. Твоя мать оказалась не готовой принять жестокую правду жизни. А где-то слишком поспешила с выводами, не углубившись в суть проблемы, не согласившись подождать пару лет, прежде чем принимать кардинальные решения. Да и я был хорош. Какое-то время боялся к ней приблизиться. Боялся, что опасения врачей окажутся правдой и моя состоятельность как мужчины окажется нулевой. В моей жизни на короткое время появилась другая… Не от матери гульнул, чтоб ты понимал, себя проверял. Твоя мать до сих пор о том эпизоде в нашем браке не знает. Но она узнала о диагнозе. Однажды я вернулся домой, работал тогда посуточно. А её дома не оказалось. А через пол часа к дому подъехала машина, вышла Лена, а дверцу ей открыл один из моих друзей…

До сих пор а картина возникала в памяти всякий раз, когда видел бывшую.

— Ты где была? — вопрос его тогда прозвучал возможно слишком резко. Но, позже, анализируя их тот разговор, приходил к выводу, что в какой бы тональности тот не был задан, решение было принято давно и обсуждению не подлежало.

— Жизнь свою пытаюсь устроить, — сообщила его Лена, как-то уж слишком нервно передернув плечиками. Совершенно несвойственный ей жест.

— Ты сейчас, о чем? — от ответа жены, любимой жены, в тот момент откровенно растерялся. Он и мысли допустить не мог, что в их отношениях могут появиться какие-то серьезные проблемы. Ведь ради неё, чтобы она ни в чем не нуждалась, чтобы спокойно могла работать, отдавая себя творческой профессии и учиться, готов был работать сутками…

— Лёша, неужели ты правда думаешь, что я с тобой всю оставшуюся жизнь буду жить?

— А почему нет-то? — он никак не мог понять чего-то очень важного. И важного, в первую очередь, для себя. — Что я делаю не так? Да, с работой сложно, но дай мне немного времени. У нас все будет отлично.

— Не будет, — с пугающей уверенностью прозвучал её ответ. — Уже не будет.

И вот это «уже» прозвучало как приговор…

— То есть?

— Я приняла решение, мы должны развестись. Надеюсь, ты не станешь придумывать нелепые препятствия.

— Хотя бы объясни — почему?

Своё тогдашнее состояние даже сейчас словами выразить не мог. Ещё совсем недавно Лена клялась ему в любви, уверяла, что он для неё единственный и на всю жизнь. А всего через каких-то полгода сама с невероятным спокойствием сообщила о необходимости развода. Одно с другим как-то не вязалось.

— А ты правда не понимаешь? — поинтересовалась она тогда. — Лёша, я не хотела этого говорить, но, если настаиваешь, ко мне без претензий, — продолжала она с холодной, пугающей рассудительностью. — Я выходила замуж за будущего военного офицера. Представляла, как под руку с ним, то есть с тобой, буду идти по Невскому, а мне все будут завидовать. А теперь я не то, что женой офицера, я матерью могу никогда не стать.

— Подожди, откуда ты… — вот с откровенным разговором он в то время принял решение повременить. Прежде, чем выносить себе приговор, собирался всё же проконсультироваться со специалистами в Москве. — Они не имели права…

— Ты забываешь, что я твоя жена, — неожиданно жестко отреагировала на его слова милая Леночка. — Да и мои родители не глупые люди, разъяснили, чем это твое переохлаждение чревато. А я детей хочу, Лёша. Много детей. Мы с тобой проживем год, два, три — они не появятся. Знаешь, кого сразу обвинят в их отсутствии? — поинтересовалась она и, не дожидаясь его ответа, уверенно продолжала, — Правильно, меня. А я не хочу, чтобы меня пустоцветом называли, когда я родить могу. Я не собираюсь твою проблему на себя вешать клеймом.