Грешница (СИ) - "LenniFoxy"

Агата задрожала всем телом. Слушать дальше не имело смысла. В голове сразу промелькнуло: «Это он всё подстроил». Он же угрожал Александру, а тот начал под него копать. Вот Грост и избавился от него. Это не могло быть совпадением, но кто ей поверит? У неё нет доказательств, а теперь и нет Александра. От последней мысли душа была готова разорваться на части, было настолько больно, что хотелось кричать и плакать, но слез не было. Она просто стояла, тяжело дыша.

— Милая, мне так жаль, — всхлипывая, сказала мама и попыталась обнять дочь.

Агата отшатнулась от объятий и ледяным голосом сказала:

— Это не был несчастный случай, их убил Грост.

— Крошка, я понимаю, что тебе сейчас очень больно и хочется найти виноватого, мы сами в глубокой скорби. Каким бы ужасным человеком не был Грост, но это уже слишком даже для него, — с сочувствием смотря на дочь, сказала мама.

— Да как ты не понимаешь! Это он! Он угрожал Александру! Он чудовище! Я не верю, что Алекс мог не справиться с управлением или быть не трезвым! — срываясь на крик, сказала Агата.

— Милая, успокойся, — попытавшись подойти к дочери и обнять, сказала мама, взволнованная её реакцией.

Но Харрис снова отпрянула от неё.

— Нет, нет, нет! — закричала девушка и выбежала из дома.

Агата бежала, не разбирая дороги, так быстро как только могла, бежала так долго, пока лёгкие не стали болеть от неправильного дыхания и она не начала задыхаться. Совершенно не смотря под ноги, забежав в парк, Агата споткнулась о корягу, торчащую из земли, и упала около большого дерева, чудом не врезавшись в него головой. Слезы хлынули из глаз, а из груди вырвался истошный вопль. Агата стала колотить по дереву, что есть мочи, сдирая нежную кожу в кровь об грубую кору, продолжая кричать от боли, раздирающей её изнутри, когда сил кричать не осталось, она упала на землю и, свернувшись калачиком, продолжила плакать, уже тихо поскуливая, пока остатки сил не покинули её окончательно и она не отключилась, теряя сознание.

Женщина в конфессионале замолчала, глубоко вдохнув воздух, наполненный ароматом ладана и расплавленного воска, чтобы немного успокоиться. Повисла пауза. Тишину храма нарушало лишь тихое потрескивание свечей. После небольшой паузы святой отец заговорил:

— Соболезную твоей утрате, дитя. Из твоего рассказа понятно, что эти люди были тебе дороги, особенно молодой человек.

— Спасибо, святой отец. Да, это так, а он был мне не просто дорог, он был моим светом, который у меня несправедливо отняли. И именно в тот день что-то изменилось в моей душе. Именно в тот день её коснулась тьма и я приняла её, — пугающе спокойно сказала девушка.

— Мне больно слышать это, дитя, но к сожалению, именно так и происходит. Именно в моменты горя тьме легче всего завладеть нашей душой.

— Так оно и было. Когда мой свет погас, я приняла для себя решение, которое и привело меня к вам на исповедь.

— И что это за решение, позволь спросить?

— Отомстить. Отомстить любой ценой, не боясь очернить свою душу. И я добилась поставленной цели о чем и собираюсь поведать вам дальше, — ответила Агата и после небольшой паузы продолжила свой рассказ.

Комментарий к Глава 10. Теряя свет

Трейлер к работе можно посмотреть тут

https://www.instagram.com/p/CRhQoEHHrE0/?utm_medium=copy_link

========== Глава 11. Точка невозврата ==========

Воспоминания уничтожают, словно вскрывая зажившие раны. Я вновь терзаю себя…Я не хочу быть тем, кто всегда выбирает поражение,И потому я меняю свои привычки.

Агату нашли без сознания спустя два часа. Убедившись, что все жизненные показатели девушки в норме, в больницу её не повезли и разрешили оставить дома.

Когда Агата открыла глаза, за окном уже ярко светило солнце, и она резко зажмурилась. Голова жутко болела, а на душе скребли кошки. Она поняла, что находится дома, но не помнила, как попала сюда. Последнее, что она помнила это — как горько плакала, лежа на сырой земле в парке. Неприятный ком стоял в горле, и она решила подняться с кровати и пойти выпить воды.

Отбросив одеяло, она пискнула от боли и посмотрела на свои руки. Все они были в крупных ссадинах, костяшки опухли, пальцы не слушались и плохо сгибались. Она сразу вспомнила, как колотила дерево, пытаясь выместить боль и злость, но эта боль всё равно была ничтожна в сравнении с той, что испытывала душа девушки. Немного шатаясь, Харрис всё же встала с кровати и побрела вниз.

Стоило девушке спуститься, как она тут же попала в объятия матери.

— Милая, как же ты меня вчера напугала! Я места себе не находила, пока мы тебя не нашли! — всхлипывая, проговорила Элизабет.

— Прости, мам, — безжизненным и хриплым голосом ответила Агата.

Женщина выпустила её из объятий и уже чуть более спокойно спросила:

— Ты что-нибудь хочешь?

— Воды, — тихо прохрипела Харрис.

Мама засуетилась и, быстро наполнив стакан, вручила его дочери.

Агата жадно опустошила стакан, неприятный ком в горле стал менее ощутим, но общее состояние не улучшилось. Простой воде не справиться с той болью и пустотой, что она сейчас ощущала.

Элизабет посмотрела на израненные руки дочери и ахнула, прикрывая рот рукой.

— Милая нужно обработать руки, пока не попала инфекция, присядь на стул, — попросила мама.

Харрис ничего не ответила и молча выполнила просьбу. Элизабет достала аптечку и принялась аккуратно обрабатывать многочисленные раны на руках.

Агата немного морщилась от боли, но не проронила ни звука. Эта боль даже помогала девушке чувствовать себя живой, ведь если бы ей не было больно физически, она бы точно подумала, что умерла. Когда мама закончила, Агата поднялась к себе и снова легла в кровать. Воспоминания об Александре обрушились на неё, причиняя новую волну боли, словно вскрывая чуть затянувшуюся рану, и она заплакала. Слезы лились ручьём по её щекам. Хотелось кричать, но она лишь в кровь кусала губы, чтобы мама не прибежала на её крик. Девушка плакала так долго, пока силы снова не покинули её и она не провалилась в беспокойный сон.

Так прошло несколько дней.

Агата ничего не ела и почти не выходила из своей комнаты. Выглядела она соответствующе. Бледное лицо осунулось, огромные синяки под глазами, красные от слез глаза. Мама очень переживала за дочь и всячески пыталась поддержать. Предлагала сходить к психологу, выйти прогуляться на улицу или просто хотя бы поговорить с ней, но Агата от всего отказывалась и снова, и снова закрывалась у себя в комнате, после чего мама слышала её рыдания. Сердце обливалось кровью, видеть дочь в таком состоянии было невыносимо, но Элизабет не понимала, как ей помочь. Нейтан поддерживал её и сказал дать ей немного времени, а если через неделю состояние не изменится уже обратиться ко врачу и попросить помощи, мама так и сделала.

В полиции признали, что трагедия с семьёй Нильсен — это несчастный случай, и закрыли дело. От этого Агате стало только хуже. Никто не верил ей, что это Грост, но она была в этом уверена и в мыслях желала ему смерти. Он чудовище, и именно он должен лежать в гробу, а не её любимый Александр с матерью.

Пришло время похорон. Организацию на себя взяла мама и Нейтан и, оповестив всех близких, назначили дату церемонии. Когда Нейтан и Элизабет были готовы выезжать в храм, из своей комнаты вышла Агата, одетая во всё чёрное.

— Милая, я думала, ты спишь.

— Я не могу спать в такой день, я еду с вами.

— Ты уверена, что выдержишь церемонию? — обеспокоенно на нее посмотрев, спросила мама.

— Уверена, я не могу пропустить похороны своего парня, — пугающе спокойно ответила Харрис.

Нейтан и Элизабет не стали её отговаривать, и все вместе они покинули дом.

Торжественная церемония, воодушевляющая речь священника о том, что смерть — это только начало! Что душа бессмертна! И нужно жить дальше, а по итогу мы все встретимся на той стороне. Много добрых слов от коллег Оливии, речь от Нейтана, как близкого друга семьи. Слёзы знакомых, друзей семьи и ее мамы. Слёзы всех, кроме Агаты.