Бывшие. Хочу тебя себе (СИ) - Стоун Ева

Такое нельзя стереть из памяти. Я долго и тщетно пыталась. Даже решила завести отношения… правда так никого и не смогла к себе подпустить. Речь даже не про секс. Поцелуи, петтинг – все туда же.

У меня не было другого мужчины. Он был первым, и по жестокой иронии судьбы – последним.

Я никогда так не любила. И точно больше не хочу. Подсознательный страх снова окунутся в океан боли прекрасно отрезвляет.

Смотрю на часы. У меня нет времени отсиживаться в укрытии.

Гостям нужно скоро подавать еду. Возможно, прямо сейчас. А я всё смотрю на своё отражение. Даже в зеркале видна мелкая дрожь, что охватила тело.

Промакиваю лицо бумажным полотенцем. Аккуратно, так чтобы не смазать макияж, ведь по иронии судьбы сегодня я лицо заведения.

Выхожу, морально готовясь снова с ним столкнуться в ВИП зоне, и не сразу улавливаю просто гробовую тишину. Я не просто не слышу голосов гостей, которые ещё недавно громко о чём-то беседовали.

Даже музыка отключена.

Прежде чем возвращаться в зал, заглядываю на кухню... пустую, блин!

Здесь что произошло ЧП за те минуты, что я пряталась?

На носочках прокрадываюсь в зал. Хоть бы и ВИП зону ещё ветром сдуло.

А вот теперь не до смеха. Весь ресторан буквально вымер. Здесь ни души.

Пячусь, думая о том, что надо срочно найти Веру Павловну, или вообще - позвонить в полицию.

И утыкаюсь во что-то твёрдое.

Вернее, в кого-то... Знакомый, до боли притягательный мужской запах бьёт в нос.

Резко отшатываюсь от груди Адарова, что подошел ко мне из-за спины и максимально увеличиваю расстояние между нами.

- Где все?

Раз здесь кроме него больше ни души, то он то и должен знать, что произошло.

- Я заплатил хозяйке крупную сумму, чтобы отсюда свалили абсолютно все, - буднично, будто это какая-то мелочь, произносит он и надвигается на меня.

Тараном, беспрекословно.

Я снова пячусь. Упираюсь спиной в барную стойку.

Вот и всё. Конец… Мне конец.

Адаров подходит почти вплотную. Между нами расстояния – сантиметр.

- Поужинай со мной, - чуть уставшим голосом, с манящей хрипотцой говорит он.

И берёт меня за руку. Переплетает пальцы точно так же, как делал это семь лет назад.

Описать то количество тока, что передалось от него мне, не смогут никакие слова.

Именно это ощущение нереального, неземного притяжения когда-то меня и сгубило.

- Пусти, - одёргиваю руку, протискиваюсь между ним и стойкой, снимаю бейджик и развязываю фартук. – Раз обслуживать мне некого, то я иду домой.

Обхожу его по широкой дуге. Внутри меня настоящая мясорубка из чувств, воспоминаний и боли, пережить которую мне помог только сын.

О котором, кстати, Адаров даже не подозревает. И не должен!

- Нэлли, - зовёт он, а я только набираю скорость. – Нэлли, стой! – гневно летит мне в спину.

Прекрасно слышу его шаги. Злые. Быстрые.

И мы в пустом ресторане. Плачь, кричи… Помощи ждать не от кого.

Будто прочитав мои мысли, он хватает меня за руку. Знает, что останется безнаказанным.

Секунда и он прижимает меня к прохладной стене своим большим и сильным телом.

В одном я уверена точно, он, как и раньше не пренебрегает тренировками.

- Ты стала ещё красивее и сексуальнее, - смотрит на меня сверху вниз.

Дёргается красивый кадык на мощной шее. А я слежу за этим движением, как заворожённая.

У меня внутри всё переворачивается, ноги моментально превращаются в желе. Голову застилает туман. Густой и ядовитый.

- К твоей неудаче ещё и умнее, - как бы я на него ни реагировала, гордость у меня есть. И её хватит, чтобы его отшить. – Так что катись к чёрту, Адаров.

- Ах, так? – вкрадчиво спрашивает он, приближаясь своими губами к моим.

О нет. Только не эта нота в его голосе, только не такой взгляд…

Глава 2

Его руки требовательно обхватывают талию, он тянет меня на себя.

Лицом к лицу, губами к губам. Чувствую, как его учащённое дыхание колышет прядь моих волос у лица. И то, как сильно и в унисон бьются наши сердца.

Его – холодное и беспощадное, моё – израненное и едва зажившее после предательства.

Этот поцелуй будет моим крахом и его очередной победой. Он привык завоёвывать. Брать, что захочет. И покупать.

Со мной у него ничего не выйдет!

В последнюю секунду уворачиваюсь от его жаркого поцелуя, выставляю перед собой ладони, жёстко отталкивая его, и задаю риторический вопрос:

- Жена против не будет?

Адаров смотрит на меня, не моргая, и всё ещё давит своей внутренней силой.

Ни на сантиметр не сдвинулся. Наглый.

- Тебе не нужно о ней переживать, - только и отвечает.

И своей горячей ладонью касается моего бедра. Поглаживает.

- Я переживаю за каждую жену, муж которой гуляет. Это называется солидарность. А теперь убери от меня свои руки! - чеканю, вложив в голос всю ненависть.

Мои слова для него пустой звук. Рукой он перемещается с бедра на попу и откровенно сжимает, при этом издавая что-то вроде гортанного рыка, полного удовольствия.

Я на грани. Хочется влепить ему такую затрещину, чтобы отвалил.

Но семь лет без секса сыграли со мной злую шутку. Прикосновения Адарова меня возбуждают. Причём сильно. Во рту моментально пересыхает. Я уже и забыла, что такое хотеть секса. Хотеть мужчину и видеть в нём самца. А не просто друга или хорошего парня, к которому ноль влечения.

- В каждом уголке ресторана есть камеры, - перехватываю его запястье, не давая больше себя лапать. Он так и смотрит на меня сверху вниз, словно лев на лань. – Я напишу на тебя заявление, а в качестве доказательства приложу записи с камер наблюдения.

- Напугала, - край его губ дёргается в надменной ухмылке. – Ты острая на язык, Нэлли. И гордая. Мужчины такое любят.

- Не заговаривай мне зубы!

- Ты спросила у меня про жену, но ничего не упомянула про своего мужа, или хотя бы ухажёра.

Не спрашивает, а утверждает Адаров. На моё секундное молчание он реагирует коротким удовлетворённым кивком.

- Ты снова будешь моей, - безапелляционно заявляет он.

- Через мой труп! – толкаю его в грудь со всей дури, а он и не замечает. – Никогда слышишь? Никогда не подпущу тебя к себе!

Толкаю его, пытаюсь ударить локтем. Даже мечусь коленкой в пах! Всё тщетно…

Моя борьба с мужчиной в два раза больше меня, и на целую голову выше, заканчивается тем, что он фиксирует мои руки над головой. Да так высоко, что мне приходится встать на носочки.

- Подпустишь. Никуда не денешься. Мы будем трахаться как в старые добрые времена, - горячо шепчет он, губами задевая чувствительную кожу на моей шее. - Тебе же нравилось, Нэлли, я помню. Каждый раз, когда ты кончала в моих объятиях, я блядь, запоминал это, как личную победу. И хочу ещё.

- Ненормальный… - мотаю головой, чтобы стряхнуть с себя его пошлые слова.

- Ты так отчаянно сопротивляешься. Почему? – с нажимом требует он и коленом раздвигает мои ноги.

- Даже не знаю, с какой причины и начать! – шиплю ему в лицо.

- С любой. Проведём работу с возражениями.

- Не хочу тебя. Не нравишься больше, - ох, как же быстро поменялся его взгляд. Я задела его за живое. Прекрасно! – И любовник ты на троечку!

- Лжёшь, - его губы становятся жёсткой линией, глаза сужаются.

Конечно, я лгу, но чем он это докажет? Во мне столько злости, что, если бы я говорила всё это в суде присяжных – мне бы точно поверили. Настал мой шанс отомстить, утереть Адарову нос. И я воспользуюсь им по полной.

- И те оргазмы, которые ты запоминал… я имитировала. Каждый раз. Так что не такой уж ты и гигант в постели.

Смотрю на него, а сердце бьётся до того сильно, что сбивается дыхание.

Адаров сканирует меня взглядом, и… начинает смеяться. По-мужски, сдержанно, сверкая белоснежной улыбкой.

У меня внутри всё опускается. Я хотела сделать ему больно, а не насмешить и тем самым опозорится.