(Не)равный обмен (СИ) - Фрост Деметра

Наверное, это была элементарная привязанность к новой, не приевшейся еще игрушке, еще и наделенной несколькими занимательными чертами и даже загадками, которые так приятно постигнуть…

И все же — его тянуло.

Тянуло к нежному запаху, имеющему привычку меняться в зависимости от уровня возбуждения.

Тянуло к хрупкому телу — податливому и мягкому и одновременно — очень упрямому и сдержанному, как и полагается чопорной и трепетной девушке, явно жившей затворницей и до недавнего времени — девственницей.

Чего стоит лишь то, что за все это время он лишь пару раз смог подарить ей оргазм! Слишком закрытой строптивая принцесса оставалось до сих пор, и слишком уж эгоистичным он был сам в получении собственного удовольствия.

Хотя, конечно, дело определенно сошло с мертвой точки и достигнутый результат требовался в закреплении…

Оттого так некстати возникли эти проблемы с рудником и с кланом!

Кстати, это даже раздражало — то, что он думает о том, как удовлетворить строптивую девственницу и сетует на дела. Обычно-то происходило наоборот…

Женщина в его жизни, какой бы привлекательной и соблазнительной она не была, всегда служила лишь источником пищи и приятного времяпрепровождения. На женской груди он отдыхал, набирался сил, а потом вновь вступал в бой с окружающим его миром.

…Его появление заметили сразу, поэтому, когда Ирравэль обернулся в свой человеческий облик, его уже поджидал Шэль с комплектом чистой одежды.

— С возвращением, господин, — поприветствовал его раб, — Я рад, что вы вернулись в целости и сохранности. Мы переживали.

Дракон усмехнулся этим, несомненно, приятным словам, который будет рад услышать любой хозяин, вернувшийся после некоторого отсутствия. Но насколько много в них искренности? Впрочем, его это не интересовало.

Быстро одевшившись, Ирравэль решительно пошел к дому.

— Госпожа Айнэ в библиотеке, — сообщил ему в спину последовавший за драконом раб.

Мужчина почти споткнулся и едва не обернулся, чтобы поглядеть на проницательного евнуха. Откуда ему было знать, что сейчас он больше всего желал узнать, где его золотоволосая принцесса?

Но подсказкой он воспользовался. И прямиком направился в указанное место.

Айнэ провела эти два дня продуктивно. Она много гуляла, не ограниченная ни вниманием дракона, ни собственной служанкой, ни кем-либо еще. Она исходила просторный и светлый особняк вдоль и поперек, а также всю прилегающую территорию, совершенно не огороженную какими-либо стенами или забором. Девушка даже рискнула немного прогуляться верхом, правда, в сопровождении слуги по имени Ардо — того самого, что однажды привел ее с кухни в кабинет лорда. Это была странная и молчаливая прогулка, а бдительная слежка охранника-великана держала ее в постоянном напряжении.

Зато она много времени провела в библиотеке, изучая огромную коллекцию и остановившись в итоге на прекрасном образце исторической хроники, украшенной такими великолепными гравюрами, что она по несколько минут могла с восхищением рассматривать одну и ту же картинку, водя пальчиками по тончайшим, как нитка, линиям.

Витиеватый язык и мудрые обороты порой ставили ее в тупик, но она упрямо перечитывала ту или иную страницу, пока не раскрывала ее тайну, а еще Айнэ нашла прекрасный словарь, который прекрасно помогал понять хитрые термины.

К тому же чтение отвлекало ее от постыдных мыслей, которые нет-нет, а проскальзывали в ее голову и вызывали интересные реакции тела, как то учащенное сердцебиение и дыхание, жар в груди и спазм внизу живота. Иногда между бедер образовывалась влага, доставляющая ей определенный дискомфорт, и тогда Айнэ, страшно смущаясь, пыталась всеми способами переключить свое внимание. Порой — не очень успешно.

На второй день отсутствия Ирравэля, после обеда, девушка снова устроилась в библиотеке с полюбившейся книгой. Придвинув поближе к дивану пару ламп, она в своей любимой позе — на боку, уперевшись щекой на ладонь и подогнув ноги — с наслаждением погрузилась в чтение, потеряв счет времени. Пару раз к ней заходила Бэя — с легкими закусками и кувшинчиком пряного отвара на миниатюрной жаровне. Служанка также предлагала ей вина или сладкой наливки, но Айнэ отказалась. В отличие, конечно, от миниатюрных легких пирожных с ягодами — этот знакомый ей с первого же дня десерт, который удавался местным поварихам с небывалым умением и приводящий ее в чистый восторг.

Уединение не смущало девушку. Ее и дома мало баловали общением, даже близкие родственники. А прислуга, боясь осуждения со стороны хозяев, ограничивалась короткими фразами, будто принцесса Айнэ была прокаженной. В какой-то мере, наверное, так оно и было — ведь она была лишена дара. Но ведь она все равно оставалась человеком! к тому же — принцессой!

В юности это удивляло ее, конечно. Иногда — немного злило. Но потом пришло смирение и принятие. А с ними — и даже некоторая любовь к одиночеству.

Хотя, по природе своей общительная и жизнерадостная, она любила всевозможные сборища и рауты. И ей позволяли на них присутствовать, чтобы среди приближенных не ходили слухи о помешательстве или сумасшествии одного из членов самóй королевской семьи.

Наверное, девушка и сейчас бы не отказалась оказаться на каком-нибудь званом ужине или балу. А если еще и появиться в одном из нарядов, к которым ее успешно приучает Бэя — ух! фурор был бы ей обеспечен! Ведь — она наконец-то видела это ясно и четко вместе с пробудившейся ласками дракона женственностью и чувственностью — эти платья так ей шли и подчеркивали и ее фигуру, и ее внешность.

Думая об этом, Айнэ невольно хихикала. А, представляя реакцию отца и брата, откровенно веселилась!

Вот во что ее превращает знакомство с драконом?!

Определенно, во что-то совершенно иное, что-то… распущенное и дерзкое.

А ведь это только начало!

Как и сказал раб, Ирравэль обнаружил принцессу в библиотеке, в том самом уютном уголке около камина, на тот самом диванчике, где они совсем недавно предавались порочным утехам. Судя по тонкому цветочному аромату, который прочно вплелся в запах бумаги и мебели, горящего дерева и масла из светильников, Айнэ пробыла тут не один час. И, явно утомившись, мило прикорнула, положив голову на сгиб локтя и почти уткнувшись носом в страницы лежащей перед ней книги.

Трудно сказать, о чем подумал и что почувствовал мужчина в первую же секунду, как он увидел эту девушку. Но, неожиданного для самого себя задержав дыхание, он опустился около диванчика на колени и с необыкновенной жадностью уставился в расслабленное и спокойное лицо спящей девушки.

Светлые волосы прелестно обрамляли его, будто подсвечивая. Длинные ресницы отбрасывали на бледные щеки красивые тени, а полуоткрытые губы без капли помады влекли своим естественным алым цветом. Ровное и глубокое дыхание едва-едва вырывалось между ними и казалось практически незаметным.

Как же глубок был ее сон! Снилось ли что-нибудь ей? Или она просто отдыхала без сновидений, утомленная серьезным чтивом?

Аккуратно, чтобы не потревожить девушку, Ирравэль переложил книгу на маленький журнальный столик. Хотя, видят боги, вид спящей и потому совершенно беззащитной девушки глубоко взволновал его, и ему бы хотелось прильнуть к ней, вжать собственным телом в кожу диванчика, и разбудить весьма и весьма тривиальным способом.

И все же — он сдержался. Лишь легонько, почти невесомо, провел ладонью по обтянутым тонкой тканью платья бедру и ноге.

Но этого оказалось вполне достаточно, чтобы девушка слегка пошевелилась и забавно нахмурила брови. Правда, так и не проснувшись.

А еще девушка презабавно поджала пальчики ног — она разулась перед тем, как лечь, и сейчас крохотные туфельки из мягкой замши неряшливо лежали на полу, почти незаметные на темном фоне ковра.

Соблазн воплотить свои желания стал сильнее. И Ирравэль, коснувшись лодыжки с побледневшим отпечатком своих пальцев, мягко погладил его, ощутив витиеватую смесь сожаления и вожделения.