Лагерь волшебниц №208 Том IV (СИ) - Хорнин Сентай

— А ему то есть что на это сказать? — Не собираюсь я брать с собой гаремщика, прячущегося за мамкиной юбкой.

Он весь подорвался и, оглянувшись на аномалию, вышел вперед, весь волнуясь, как будто впервые собирался озвучивать свои желания сам.

— Женя, с тобой я впервые за многие сотни лет почувствовал себя живым. Все тут же начинали слушать мой бред, все клевали на меня, каждая слушала каждое мое слово. Но только не ты. После тебя я больше не смогу жить как раньше. Так что возьми меня с собой, куда бы ты не направлялась! Мне плевать кто ты там на самом деле, я полюбил тебя! И если даже будет нужно, я сам изменюсь ради тебя! Для аномалий это проще чем для людей!

Мать с сыном ждали моего ответа. А я не мог вытащить из себя ни слова. Это слишком внезапно, нельзя это решать за одну секунду! Но, похоже, они специально организовали все так. Ну, надеюсь я не пожалею о том, что сейчас скажу.

Глава 8 (77). Начинающая обманщица, прирожденный оратор

Просыпаться было очень тяжело. Все тело было каким-то не таким. Более закостенелым, более неудобным. Я медленно открыла глаза и ужаснулась.

Груди нет! Украли!

А стоп, так же и должно быть… Слишком привыкла.

Вот об этом я и думала тогда, когда соглашалась с девчонками! Прекрасно знала, что так и будет. Но ладно, их награда того стоила, наверное…

А вот от аномалии… Пытаюсь почувствовать что-нибудь внутри себя или дозваться вымершей, или, в конце-концов, этого гаремного паразита. Ответа нет ниоткуда. Будто и не было ничего.

— Целия, Рюн, Женя проснулась! — Послышалось слева от уха. Очень громко послышалось. В раздражении даже на рефлексах его заслонила.

Конечно, попав обратно в мужское тело, подсознательно хотелось опять думать о себе в мужском роде. Но получалось слабо. Даже в изрядно потерявшей в жирке своей версии я все еще была девушкой процентов на девяносто. Единственная нетронутая часть надежно заперта теми, кому явно нравится такое положение вещей.

Полупроснувшийся мозг тянуло на раздумья, до которых он до этого ни разу не доходил, скорее из-за странности темы или от того, что мне просто не позволяли об этом задуматься.

А зачем меня вообще не сделали девушкой сразу? Зачем этот цирк был нужен Элайзе и Улеанне? Без возможности отступления, без возможности в ближайшее время что-то изменить я бы быстро смирилась, буду с собой честна. А так у меня всегда с собой было чувство, что еще не все потеряно, что я еще удерживаюсь на краешке, который меня отделяет от окончательного сваливания.

Но сделав этот шаг и вернувшись обратно… Это было не так страшно и беспокойно. Разум будто очистился, когда его провели через эту женственную мясорубку. Стало резко смешно с самой себя, и мне было очень сложно сдерживаться.

— Ха-ха-ха-ха-ха! — прокатился мой разливистый почти на грани истерики смех по всей округе.

— Черт, она все-таки нас надула! Зажарила ей мозги! Женя, приди в себя, эй! — Серьезно обеспокоилась моим ментальным здоровьем Рюнхот.

Девушка тут же начала меня трясти за грудки будто в попытке вправить все обратно. Но, почему-то, это только усиливало смех. Но все же, сквозь него, я смогла сказать, что в порядке.

— Ты нас так не пугай! И так последней встала, так первое, что мы от тебя слышим, это смех какой-то безмозглой дурочки! — Попыталась Целия скрыть за слабым оскорблением беспокойство, но после восьми лет вместе, мне казалось, что я мог их всех читать как открытую книгу.

— Ладно-ладно, извините — Как следует отсмеявшись, подняла я руки в умиротворяющем жесте.

Они все равно продолжали на меня странно поглядывать, а Види в ответ на прямой взгляд свой старательно отводила, немного краснея. Небось она-то всех и замотивировала. Кстати об этом.

— Рюн, тебе чего обещали за участие в той ловушке? Мне казалось, что тебе нужно больше всего вот это — И бесстыдно тыкнула себя между ног.

— Мне все еще нужно! — Поспешила она согласиться, активно кивая головой. — Но и над тобой поиздеваться тоже святое! Кто тебя просил во сне становиться второй по сиськам в нашей группе? Это было твое наказание! — И с гордостью победителя разместила руки под своей грудью, дабы та казалась больше.

— Повод такой себе… — Только и могла я выдавить на такую логику вещей.

Между нами резко встала Целия, которая решила послужить сейчас голосом разума для группы. Или же она так пыталась возместить очередную свою промашку на ниве разведки. Опять же по классике аномалия к которой мы пришли абсолютно не являлась той, о которой написано! Кто-то явно решил не включать полное описание ее способностей в энциклопедию нарочно.

Но зачем это Улеанне и Элайзе? Они же две с удовольствием наслаждаются ситуацией, в которой я находилась со всем этим полнейшим отрицанием. Тут виден кто-то третий…

— Девочки, это конечно очень хорошо, что мы все проснулись, но все же, мы ничего же не выполнили! Нам нужно хоть как-то отбить сегодняшний день. Надо насобирать чего-нибудь на еду и продать!

— …Если ничего не найдем я знаю где взять деньги. — С глубоким вздохом согласилась я если что на самопожертвование. Все же в вотчину Элайзы идем. Пусть подавится моим молоком!

— Жень, проституция это не выход… — Явно что-то не так поняла Види и обняла меня, будто бы защищая от всего мира. Приятно, но мой мозг больше был сломан внезапным анализом, является ли то, что я делаю у Элайзы проституцией.

— Види, если бы она что-то такое делала, я бы первая ее купила. — Донеслось шокирующее шуточное признание со стороны Рюн — Не волнуйтесь! Я в походы дома часто ходила, так что ща что-нибудь найдем, что хотя бы за минимальную валюту можно отдать!

И мы выдвинулись на древнейшую работу человека — собирательство. Стараясь держаться подальше от иллюзорной школы, Рюн вела нас по неизвестному пути по степи от дерева к дереву. Она наивно пыталась использовать их как точки интереса, буквально взрывая землю вокруг подобно кабанчику, ищущему трюфели.

— Ты уверена, что это съедобно? — Не могла не высказать я сомнения.

— Понятия не имею. Но продать это явно можно! Даже если это не съедобно, то из этого все равно можно-что-то сделать. Видишь это дерево?

Показала она мне на эту скрюченную загогулину, больше напоминающую человека, который уже не мог стоять прямо от обширной внутренней боли. Кора ее была цвета угля, будто в нее попала молния и все выгорело, но очень узкие и частые сине-зеленые листья говорили совершенно об обратном.

— Ну вижу, что с ним не так?

— Это же траллаве! Дерево, которое, очень подвержено влиянию маны. Оно под еее действием сразу же начинает кривиться. А тут смотри как выгнулось! Значит здесь буквально все ей пропитано! По хорошему мы даже землю могли бы отсюда выкопать и загнать алхимикам, чтобы им было где растить свои наркотики…

Окончательно в глазах Рюнхот начало проступать отражение золотой жилы, за которую она воспринимала все это пространство. Но я задумалась не над ее предприимчивостью. А что, совместив информацию и вид степи, можно было сделать кое-какой вывод. Нужно было уточнить.

— Рюн, А ведь их же обычно садят, да? Раз уж ты о нем знаешь, да?

— Ну да. По всему городу везде стояли. Если икривится хоть одно — жди беды! Аномалия пытается зародиться. Тогда специальная служба определяет район и ликвидирует прорыв маны. А что?

Я же просто показала на стоящие деревья разной степени серьезности изгиба а потом сделала в воздухе круг. Да, так в дикой природе точно ничего не растет.

— Черт возьми, и правда! Круг! Похоже, здесь раньше что-то было. Эх, черт, ну где мой металлодетектор когда он так нужен! Мне папа его однажды подарил, я с парням столько прикольной всячины откопала в свое время!

Провалилась она в воспоминания, пока Види и Целия, последовав ее примеру, начали пытаться найти то, что было бы не слишком стремно нести с собой, и что могут приобрести. Види сразу нацелилась на определенные вещи, видна из с Рюн ранняя командная работа, Лия же просто усиленно старается не мешаться под ногами.