Малышка на двоих (СИ) - Кучер Ая

Три сеанса, после которых Тигран сказал, что больше я к мозгоправам не пойду. Сами будем справляться. И справлялись же, хило, но мой муж не из тех, кто просто так сдаётся.

Где-то романтичная девочка внутри меня довольно потирала ручки. Если уж я в жены досталась без свиданий и ухаживаний, то пускай Тигран сейчас постарается.

Идиотские мысли и идиотская я.

– Кать, давай всё по порядку. Мы ничего не знали о наркотиках.

– Конечно, - киваю, пробираясь дальше в лес. Хотят меня доставать, значит, пускай вместе со мной по холоду гуляют. – И бутылку со следами не в вашей машине нашли, да?

– Какую бутылку? Посмотри на меня.

Тимофей сжимает пальцами мои плечи, останавливая. Разворачивает к себе, и в его глазах сплошная тьма. Нахмуренное лицо, с лёгкой и непривычной отросшей щетиной. Обычно ведь каждый день по утрам брился.

Господи, как много я об этих мужчинах знаю. Почему просто нельзя из памяти всё убрать? Так, чтобы даже не в архив, а сразу в мусорную корзину без возможности восстановить.

– Тим, не трогай её, - Тимур останавливает друга, от меня отрывает. Хотя взгляд такой, словно сам бы с радостью его место занял. – Кать, мы не… Блять, какая бутылка? Какие наркотики? Мы нихрена не знаем. Без шуток и подстав.

Смотрю на них и верю. Не потому, что выглядят обескураженными или с честным невинным взглядом. Просто я такая – люблю верить в желанное. Да и планка доверия к ним чуть повышается. Если не они до такого опустились.

– Отчим же тогда на вас дело заводил. И хотите сказать, что за бутылку ничего не знали, ни разу не говорили вам?

– Говорили, - Тимур кивает. – Но Кать, тогда Степенко на нас столько дерьма вылил, что среди него разгрестись нереально было. И мы… Я всё время считал, что бутылка – просто сфабрикованная улика. Не было ничего у нас в машине. Нет, ладно, вода всегда валялась, ты же после универа сразу пол-литра выпивала. А теперь обратный вопрос, ты уверена была, что это мы тебе что-то подсыпали? Нахера нам это?

Незачем. Ну ведь действительно незачем, они могли всё получить без каких-либо стараний. Влюблённые девочки удивительно плохо с мозгами дружат. И я не далеко от них не ушла.

Тимур или Тимофей могли просто капельку внимания уделить и… Нет, я бы тогда не стала спать с ними. Мозги на месте и моя целомудренность тоже. Но в ту ночь никаких убеждений не оставалось.

Так что, чисто теоритически, они могли это сделать. Ну, чтобы никаких отказов не получать. Не раз ведь об этом думала, взвешивая все «за» и «против». Если бутылку нашли в их машине, значит они были.

И это главным аргументом служило.

Чтобы мозаика в одну картину сложилась.

– Отлично просто, - Тимофей пинает кусок коры дерева, пряча ладони в карманы. – Считала нас способными на такое?

– А вы считали, что я просто солгала? У меня три лаборатории анализ брали, чтобы подтвердить всё. У меня смесь была в крови, непонятно чего. А бутылку со следами этой смеси нашли…

– В нашей машине. Но, Кать, там не могло ничего быть. Ну хоть убей, но мы с наркотой не балуемся.

– Хорошо.

– Хорошо?

– Ну, я не знаю, что ещё сказать. Хорошо, с этим вопросом мы разобрались. Но я всё равно не могу просто так при других есть. Потому что если не вы… Тогда кто?

– Ну ты не в самом лучшем баре тогда была. Мало ли что могли подсыпать. Учитывая твой наряд, который прикрывал только пупок.

– То есть, это я виновата?! Тимур, ты совсем с головой не дружишь? Вина на жертве? Круто. Спасибо. Прям очень…

– Не приписывай мне лишнего. Я всего лишь сказал, что в том баре для байкеров могло одно мудачьё собираться. Мы с этим разберёмся, поняла? И с твоим отчимом обсудим, что за бутылку нашли. И наведаемся в бар, обсудим.

– Три года прошло, это совсем другой город и…

– Я сказал, что мы разберёмся, значит, так и будет. Удивительно, что твой муж всех на уши не поставил, чтобы найти виноватых.

– У всех уже были виновные. Вы.

– Ну а сейчас реальных искать будем.

– Зачем? Скандал уже замялся, за вас забыли. И это же не машет вам работать. Пожалуйста, не надо. Не хочу, чтобы снова моё имя в газетах было, пожалуйста.

– Без газет обойдёмся. Катюш, - Тимур таки касается меня. Легко ловит лицо пальцами, а я кусаю губы, чтобы не поддаваться истерике. – Сейчас вопрос о том стоит, чтобы найти того, кто тебе что-то подсыпал. Для тебя разобраться. Чтобытебебыло легче.

– Пойдём в дом, - предлагает Тимофей, и я киваю. – Замерзнешь, заболеешь. А подорожником лёгкие не вылечишь.

Будто в реальности слышу, как щёлкает предохранитель.

Пуля остаётся в барабане.

Главный вопрос я так и не задаю.

Но обещаю сама себе, что к Тиграну я вернусь только с твёрдым пониманием, что тогда произошло.

– С чего начнём, босс?

Тимур подтрунивает, принося воду из колодца. В доме она тоже есть, но с трубами надо что-то делать, а мужчины пока не разобрались с этим. Поэтому я использую их силу в личных целях.

У меня нет никаких доказательств, что мужчины не солгали. Только их слово против слова отчима. В любом случае, они ведь могли найти какие-то препараты, это не так сложно.

Но мне хочется верить им. Три года я жила только верой своему мужу. И сейчас  чувствую, как это всё душит меня. Словно золотая клетка, прутья которой начали сжиматься.

Поэтому я отодвигаю все страхи в кладовку души, как учил Тигран, и отпускаю этот момент. Едва дрожащей рукой выпиваю воду, протянутую Тимофеем.

Мыслю логически, сдерживая себя. Если они сейчас мне что-то добавят, то точно подставятся. Никаких сомнений не будет, кто именно стоял за всем. Поэтому, если именно телохранители опоили меня на моё восемнадцатилетие, то сейчас они не будут повторять трюк.

Если они этого вовсе не делали, то опасаться нечего.

Вывожу логические цепочки, как уже привыкла. Тигран работал с биржей ценных бумаг, скупал одни акции, продавал другие. И учил меня смотреть широко, чтобы увидеть всё.

Говорят, что взмах крыла бабочки может вызвать цунами. Так и в жизни. Заявление какого-то политика может поднять буру протестов, а там разразится скандал с какой-то фирмой, её репутация упадёт. А конкурент начнёт расти.

У меня не очень хорошо получается, не просчитываю риски, не вижу закономерностей. Не могу уловить этот взмах бабочки. Но Тигран уверен, что в этом деле я смогу добиться успеха. Если приложу усилия.

Странно, что когда-то я мечтала о свадебном агентстве, планировать праздники и заниматься чем-то лёгким. Отчим отправил на юридический, Тигран перевёл на международную экономику. Всё в моей жизни решали мужчины.

А ещё, мне кажется, если бы я всё таки вышла замуж за Дамира (Давида?), то ему было бы плевать. Было бы и агентство, и любые хотелки, лишь бы его не доставала.

– Кать, - Тимофей щёлкает пальцами перед моим лицом. – Ты не слушаешь?

– Невежливо так делать, Тим. О чём вы говорили?

– С чего хочешь начать?

– Со спальни.

Произношу и кусаю внутреннюю сторону щеки. Вдавливаю зубы, чтобы не показать, какие именно мысли появляются у меня от этих слов. Потому что, конечно, я говорю об уборке.

Но звучит так, что сразу возвращаются воспоминания моей любимой галлюцинации. Как мне казалось, что я вместе с Тимами. В похожем маленьком домике на территории какой-то базы.

Не видела ничего кроме спальни, бокалов вина, мужчин.

А я ведь даже не узнала, действительно ли есть такой дом в той местности. Была ли я там? Возможно, это просто часть иллюзии, которую сплёл мой мозг?

Помнил, как хорошо мне было на речке. Когда Тимы позволяли сбежать с ними среди ночи. Отчим запрещал ходить в опасные места, но ведь со мной было два телохранителя. Мужчины, с которыми я всегда ощущала себя в безопасности.

Пока мне не исполнилось восемнадцать.

– Тим, - разворачифаюсь к Тимофею. – Ты же говорил, что разберётесь с камином, да?

– Да, с каминой и канализацией. Здесь слишком давно никого не было, насос работает из рук вон плохо. Но ещё немного, и снова будешь жить, как принцесса.