Любовники (ЛП) - Коул Фиона

Желание было всем, что имело значение, и в этот момент — в этой крошечной комнате — я желал. К чёрту последствия.

Наши тела соприкоснулись и потёрлись друг о друга. Его губы настойчиво прошлись вниз по моей шее, прикусили плечо, а затем снова скользнули вверх, чтобы прошептать мне на ухо.

— Всё нормально?

Я кивнул.

— Скажи мне, когда остановиться. Я остановлюсь, если тебе это нужно, — его голос дрожал, и я подумал, что это из-за тех же нервов и возбуждения, что заставляли дрожать всё моё тело.

Я помог ему снять с меня рубашку и застонал, когда наши обнажённые груди соприкоснулись. Его руки касались каждой клеточки моего тела, и я отвечал ему взаимностью. Наши прикосновения были грубыми и отчаянными, как будто, если мы не будем держаться достаточно крепко, эта ночь ускользнёт у нас из рук.

Я слышал, как хлопали двери в коридоре, но не обращал на это внимания. Джексон снова скользнул вниз по моей шее, продвигаясь всё дальше, пока не коснулся языком моего соска.

Мог ли он почувствовать, как моё сердце бешено колотится за рёбрами? Было ли когда-нибудь желание таким жгучим, опаляющим каждый дюйм моего тела, чтобы я был уверен, что вот-вот воспламенюсь?

Нет. Я никогда раньше не испытывал ничего подобного. Отключив свой мозг, я сосредоточился на ощущениях. Сосредоточился на наблюдении.

Джексон опустился на колени и протянул руки к пуговице на моих джинсах. Прежде чем расстегнуть их, он посмотрел на меня, и мне захотелось утонуть в его карих глазах. Я с трудом сглотнул и кивнул. Он расстёгивал мои джинсы, медленно потянув молнию вниз.

Когда я ожидал, что он стянет их, он вместо этого опустил руки на мои бёдра и грубо потёр их вверх-вниз, снова глядя на меня. Его глаза заблестели, но я видел, что он тоже нервничает. Желая успокоить его, я провёл рукой по его волосам, прежде чем прижаться к его щеке. Он повернул голову и нежно поцеловал мою ладонь.

Другой рукой я стянул джинсовую ткань со своего твёрдого члена и застонал, когда он вырвался на свободу, а холодный воздух комнаты обдал мою разгоряченную, ноющую кожу.

Рука Джексона погладила моё обнажённое бедро, прежде чем обхватить основание члена, удерживая его на месте, чтобы он мог взять его в рот на всю длину.

— О, чёрт, — простонал я, безуспешно пытаясь держать глаза открытыми. Я хотел видеть, как его губы обхватывают меня. Я хотел видеть, как двигаются его сильные челюсти, чтобы взять меня всего.

Он промурлыкал, и у меня чуть не подкосились ноги, я заставил себя опустить голову вниз, чтобы насладиться всем этим целиком. Какая-то часть меня пыталась усомниться во всём происходящем. Какая-то часть меня кричала, словно сирена, что это ошибка. Я получал лучший минет в своей жизни от своего лучшего друга. Я был натуралом, едва сдерживающим оргазм, когда один из самых мужественных мужчин, которых я знал, грубо дрочил и сосал мне. Не было никакого притворства. Не было никакого желания притворяться.

Мои пальцы скользнули в его волосы, и я потерял себя, полностью отдавшись моменту.

— Да, Джексон. Соси сильнее. Всего меня.

Я потянул его голову вниз, одновременно двигая бёдрами, упираясь ему в горло и издавая стоны, когда он подавился. Я собирался отстраниться, потому что большинство девушек ненавидели, когда я давил сильнее. Но не Джексон. Джексон застонал, и эта вибрация отдалась в моих яйцах, заставив их туго сжаться.

Я вцепился пальцами в его тёмные волосы и сделал так снова. И снова. Всё сильнее и сильнее, бормоча непристойности, которые ты не говоришь своему другу.

Но я говорил.

— Нравится, когда я трахаю тебя в рот? Нравится, как мой член проникает в твоё горло?

Он лишь продолжал мурлыкать в знак согласия. Он оторвался от моего члена только для того, чтобы провести языком по его тыльной стороне. Он опускался всё ниже и взял в рот яичко, чтобы перекатить его, одновременно сжимая мой член сильнее, чем раньше, и дроча мне.

В какой-то момент его свободная рука потянулась к поясу брюк, чтобы освободить свой член. Он был таким большим. Толстым, с туго натянутой кожей, раскрасневшийся от удовольствия, из которого вытекла капелька предэякулята. Мне пришлось прикусить губу и сосредоточиться на своем дыхании, когда я увидел, как он провёл большим пальцем по головке и начал поглаживать себя, посасывая меня.

— Чёрт возьми, ты так хорошо сосёшь мой член. Не могу дождаться, когда выплесну свою сперму тебе в глотку. Я заставлю тебя попробовать меня на вкус, заполнив весь твой рот. Ты же проглотишь?

При этих словах он отстранился и ухмыльнулся мне.

— Каждую грёбаную каплю, — ответил он, когда его язык скользнул в щель на моей головке, втягивая вытекающий оттуда предэякулят в свой рот. — Ну что, ты заставишь меня делать всю работу, или сдержишь своё обещание и трахнешь меня в рот?

Я зарычал, и улыбка тронула мои губы. Потому что это Джексон, мой лучший друг, который всегда давал мне отпор. То, что он стоял на коленях с моим членом во рту, ничего не меняло. Я крепче сжал его волосы и растворился в своём прерывистом дыхании, во влажных звуках его рта, скользящего вверх и вниз, в рвотных звуках, которые он издавал каждый раз, когда я толкался сильнее, в его судорожных вдохах, когда я, наконец, вытащил свой член достаточно далеко из его горла, чтобы позволить ему дышать.

Мой оргазм зародился где-то глубоко внутри меня, в месте, о существовании которого я и не подозревал, и распространился по телу подобно лесному пожару, пока каждая частичка меня не загорелась.

— Да, да, — простонал я. — Поглоти меня. Поглоти всё это.

Сперма вырвалась из меня, и он выпил каждую её каплю, сокращая своё горло, доя меня, пока во мне ничего не осталось.

— Джексон, — выдохнул я, весь огонь покинул моё тело.

Он отстранился от меня и сел на пятки, гордо выставив перед собой свой твёрдый член, пока ласкал себя. Я снова застонал, наблюдая, как напрягаются его бицепсы и грудь. Его щёки пылали, а приоткрытые влажные губы умоляли меня.

Я упал перед ним на колени и просунул язык внутрь, ощущая свой собственный вкус у него во рту. Я протянул руку и обхватил его член, дёргая его сильнее, чем если бы я делал это сам собой, и наслаждаясь нашими стонами. Мне понравилось, как он поднял свободную руку, чтобы схватить меня за плечо и удерживаться, пока его тело сотрясал оргазм. Оторвавшись от его губ, я смотрел вниз, пока его сперма струйка за струйкой покрывала мою руку, продолжающую двигаться вверх и вниз. Когда его дрожь, наконец, утихла, я замедлил движения и провёл большим пальцем по головке, наслаждаясь тем, как он вздрагивает от давления на свою сверхчувствительную кожу.

Любопытство взяло верх, и я поднял руку, чтобы провести языком по жидкости, прилипшей к большому пальцу. Солоноватый привкус оказался не таким уж и неприятным, как я себе представлял. И от мысли о том, чтобы взять сперму Джексона в рот, у меня потекли слюнки. Эта мысль должна была напугать меня до смерти, и так оно и было, но я слишком устал, чтобы обращать на это внимание. Я был слишком удовлетворён.

— Пиздец, — выдохнул Джексон.

— Ничего себе.

Каждый из нас присел на корточки, с вытащенными членами из штанов, и единственным звуком вокруг нас было тяжёлое дыхание, вырывающееся из наших тел.

— Ты в порядке? — Джексон заговорил первым.

— Ага. — Я рассмеялся. — Ага, думаю, да.

Каждый мускул моего тела покалывало, но я был расслаблен. Алкоголь, выпитый ранее, смешался с сильным расслаблением, и я был готов отключиться.

— Пойдём. — Джексон встал и потянул меня за собой, протягивая полотенце, чтобы я вытерся. — Ты останешься? — спросил он, как только мы натянули штаны.

Он выглядел таким нервным, и мне это не понравилось. Я хотел успокоить его, хотел, чтобы ему было хотя бы наполовину так же хорошо, как мне было с ним.