Космический замуж. Мои звёздные мужья (СИ) - Бакурова Маша

Я чувствую их боль, их старую, незаживающую рану так отчетливо, будто она моя собственная.

Внутри меня поднимается странная, незнакомая волна. Это... ревность? Острая, удушающая. К женщине, которую я никогда не видела. К той, которая знала их до меня. Которая заставила их так страдать.

Одновременно с этим я чувствую укол сочувствия. Такого сильного, что хочется подойти и обнять их обоих. Защитить от этого прошлого, которое их преследует.

Два могучих, несокрушимых хазара сейчас так похожи на двух раненых, потерянных мальчишек, которые не могут простить друг друга за общую беду.

Кто она, эта Лиссан? Что она сделала с ними?

И самый страшный вопрос, который я боюсь задать даже самой себе: А я? Я смогу когда-нибудь занять ее место? Или я просто... замена? Попытка залечить старую рану?

Мысль об этом причиняет почти физическую боль.

Но я не могу отвести взгляд. Разглядываю их напряженные позы, сжатые кулаки, то, как они пытаются разорвать друг друга на части, но при этом боятся издать лишний звук, чтобы не разбудить моих... наших... детей.

И в этот момент я понимаю, что мне не все равно. Мне отчаянно не все равно. Я хочу, чтобы они перестали причинять друг другу боль.

Хочу, чтобы они были... счастливы. Со мной.

Но я им тоже вру…

Алана! Надеюсь, что ты когда-нибудь вернёшься. Надеюсь, что я смогу им рассказать правду. И что мне больше не придётся врать.

Но что, если подруга всё-таки погибла?

Тогда никто и никогда не узнает, что Кира и Лео не мои. Я поклялась.

Но неужели мне придётся всю жизнь прожить во лжи? Разве на этом можно построить отношения и здоровую любящую семью?

А можно ли доверять хазарам, чтобы уже сейчас во всём признаться?

А вдруг тогда они не захотят принять детей?

Я осторожно делаю шаг назад, собираясь сбежать, вернуться в свою комнату к малышам, но моя нога наступает прямо на детский сенсорный кубик. Раздаётся пронзительный писк. И короткая весёлая мелодия.

Голоса в гостиной обрываются.

Время замирает.

Все. Меня заметили. Придется идти и говорить.

Глава 9.2

Я медленно выхожу из тени коридора в мягкий свет гостиной.

Два могучих хазара смотрят на меня, чувствую от них смесь досады, гнева и... вины. Они пойманы. Как и я.

— Я... не хотела подслушивать, — шепчу, и собственный голос кажется мне чужим.

Айвар первым нарушает молчание.

— Ты все слышала, — это не вопрос, а утверждение. В его хриплом голосе закипает гнев.

— Слышала, — киваю я, поднимая подбородок. — Слышала достаточно.

Смотрю на своих двух мужей, раздираемых старой обидой. И во мне что-то щелкает. Страх уступает место странной, холодной решимости.

— Лиссан, — произношу это имя вслух, и оно звучит в тишине, как пощечина. Оба мужчины вздрагивают. — Вы позволили призраку женщины из прошлого встать между вами. И вы тащите эту тень в нашу жизнь.

Рамиль опускает глаза. Айвар, наоборот, смотрит на меня в упор.

— Ты не понимаешь, — цедит он сквозь зубы.

— Нет, — я делаю шаг к ним. — Это вы не понимаете. Я чувствую вашу боль. Каждую секунду. И я устала от нее.

Рамиль встаёт первым и нарушает тяжелое молчание. Он подходит и мягко касается моего локтя, жестом указывая на диван.

— Сядь, пожалуйста, — говорит он устало. — Ты права. Пора рассказать.

Я сажусь, и Рамиль опускается рядом, оставляя между нами пространство. Айвар тоже подходит, но остается стоять, скрестив руки на груди.

— Я... я любил Лиссан, — глухо говорит Рамиль, не глядя на меня. — Мне так казалось. Она была умной, красивой, разделяла мой интерес к науке. А когда я начал чувствовать признаки Зова к ней... — он замолкает, качая головой. — Я был окрылен. Я думал, что это судьба. Что наконец нашел свою кайру.

Он поднимает глаза на Айвара, и в его взгляде читается горечь.

— Я не знал, что он тоже встречается с ней. За моей спиной.

Айвар фыркает.

— Я начал встречаться с Лиссан раньше. — Он садится в кресло напротив, наклоняясь вперед. — И я тоже был... увлечен. Задолго до того, как ты объявил о своем якобы «Зове»!

Рамиль тяжело раздувает ноздри, но я инстинктивно кладу руку ему на предплечье. Хазар замирает, но напряжение в его мышцах медленно спадает.

Я перевожу взгляд с одного на другого.

— То есть... она встречалась с вами обоими? В тайне друг от друга?

Они молчат, и это молчание — ответ. Я чувствую боль от них.

— Мы слишком поздно это поняли, — всё-таки добавляет Айвар. — Лиссан играла с нами. Манипулировала. Каждому внушала, что именно он особенный.

Она крутила ими обоими. Играла с ними.

Внутри вспыхивает странное чувство — смесь возмущения за моих мужей и... ревности к женщине, которая когда-то держала их в своих руках.

— У хазар... — начинает Рамиль, и его голос звучит глухо, — женщины священны. Их так мало. Мы... мы не можем ни в чём отказать. Даже если она ведет себя... недостойно.

Он медленно стягивает мою руку со своего плеча, но не отпускает, а бережно удерживает в ладонях, и начинает свой рассказ:

— У нас есть ритуал Кристального Единения. Хазар медитирует на Кристаллионе. Его тело синхронизируется с энергетическим полем планеты для поиска Зова Судьбы. Если у хазара есть генетическая пара, кайра, он сможет почувствовать Зов. Если нет, то тогда в праве вступить в брачный союз. По желанию.

— Угу, — поддакивает Айвар. — В статусе Хранителя. И жить без надежды на настоящую связь.

Рамиль продолжает:

— Хазары проходят этот ритуал по достижению зрелости, по галактическим меркам, в сто лет, если всё ещё не найдут свою кайру.

Удивленно моргаю. Средняя продолжительность жизни в галактике около сто пятидесяти лет…

Не могу удержаться и перебиваю:

— А сколько вам лет?

Айвар ухмыляется:

— Мия, хазары живут более пятисот лет. И ты теперь тоже будешь, после вступления с нами в резонанс. И да, нам с Рамилем недавно исполнилось по сто. И мы прошли ритуал Единения.

Рамиль подхватывает:

— И услышали Зов Судьбы. Отправились на поиски кайры. Тебя, Мия. Но до того, как мы прошли ритуал…

Айвар усмехается, хотя в его глазах нет веселья:

— Какого же было мое удивление, когда Рамиль на Совете Родов объявил Лиссан своей кайрой! Официально заявил о Зове! А я? Я, который думал, что люблю ее... должен был дожидаться ста лет, чтобы пройти ритуал и больше не мог быть с ней! Да и после ритуала, в случае, если у меня не проснётся Зов, мне пришлось бы просить Рамиля принять меня в их семью.

Я понимаю, что Айвар на это бы не пошёл. Слишком гордый.

Да и Рамилю зачем бы его принимать?

— Я был зол! — Айвар сжимает кулаки. — Я не поверил в твой Зов! Я продолжал видеться с Лиссан, и она жаловалась мне, что ты ставишь на ней какие-то эксперименты. Что тебе нужна не она, а ее генетический материал для твоих разработок. И я подумал о том, что ты создал искусственный Зов.

— Айвар оказался прав, — глухо произносит Рамиль. — Зов был фальшивкой. Только не я его создал.

Глава 9.3

Рамиль тяжело выдыхает. Теперь уже я поглаживаю его ладонь.

А Рамиль снова смотрит на Айвара.

— О, какое удовольствие тебе доставило мое разоблачение! — его голос звенит сталью и болью. — Публичное унижение перед всем Советом!

И Рамиль рассказывает уже мне:

— Айвар вызвал старейшин рода Гур. Они провели ритуал Очищения Эфира прямо на Совете. Создали поле идеальной тишины вокруг меня. И фальшивый Зов... просто исчез. На глазах у всех. Золотые линии на моей коже погасли. Я стоял там, как... как предатель. Как шут.

И снова обращается к Айвару:

— А ты знаешь, что чувствовал я? Когда понял, что Зов был ненастоящим? Я пытался отследить источник сигнала. Но не смог. Я был уверен, что это твой род все подстроил! Чтобы дискредитировать Сол.

— Наш род?! — рычит Айвар. — Род Гур презирает искусственные нейроинтерфейсы! Мы верим в чистоту крови и духа, в природную связь с кристаллами. Это вы, род Сол, готовы осквернить все ради своего «прогресса»!