Реверанс со скальпелем в руке (СИ) - Тамара Шатохина

- Вы о маневренности? - присел в кресло хозяин кабинета.

- Обо всем. В России есть сказка о мастере Левше. Он был из великих и даже сумел подковать блоху – металлическими подковками. Я плохо помню… но, кажется, в Англии была то ли выставка… то ли нужно было просто похвастаться и его вместе с блохой и микроскопом отвезли туда. Там его сманивали и задаривали, но он любил родину, а еще понял одну вещь там… И, вернувшись в свой городок, быстро собрался и поехал к самому главному военному начальнику, чтобы донести до него – англичане свои ружья кирпичом не чистят! Кирпичной крошкой то есть - от порохового нагара. Потому и в цель попадают. Он ходил везде, доказывал, кричал, просил, а его гнали… Так и умер где-то под забором – простудившись… была зима. Без денег умер, без понимания…

- Полагаю… потом начальство само пришло к этой мысли – когда пришло время, - задумчиво сделал выводы де Роган, - я обещаю вашему сыну высокое покровительство, мадам.

- А что касается остального? – встала я.

- Буду думать. И вы правы – у меня довольно женщин, но почти нет интересных собеседников. Разрешите проводить вас, Маритт – в знак высокого расположения. Ваш мальчик… - резко развернулся он ко мне уже у двери: - Алекс с огромным нетерпением ждал его – своего сына! Если бы вы видели его разочарование… первый ребенок – девочка, погибла в родах. Потом была еще одна, и еще – две дочери. Вы считаете – он заслужил такое?

- Сочувствую графу, - растерялась я, - сама бы счастлива иметь дочь, но понимаю вас. Мне жаль, что у него так сложилось. Но моей вины в этом нет.

- Не представляю себе… - покачал он головой, нахмурившись и сдвинув брови: - Я дам вам знать. Но постарайтесь не делать глупостей, мадам.

- Обещаю. Глупостью было обратиться к вам за помощью. Или нет… решать вам.

Хмыкнув, герцог открыл для меня дверь кабинета.

Побеседовав по дороге к карете с Франсуа, будто прощупывая уровень его интеллекта, он согласился что лучший вариант, это артиллерийское направление или пехотные войска со всеми вытекающими: гренадеры, вольтижёры, фузилёры, саперы, шассеры… Сын ориентировался во всем этом, как рыба в воде. Возле самой кареты их разговор принял оттенок доверительного спора.

- Простите, ваша светлость, но мой отец считал…

- Рад был вас видеть, мадам, - прощался де Роган, подсадив меня в ландо: - Что касается курсов в университете, о которых говорил мсье Франсуа, я договорюсь. Подойдите завтра к главному входу в полдень – вас будут ждать. Все объяснят и проведут к кому и куда нужно. Обучение будет бесплатным. Всего хорошего.

По дороге, крепко держа Франсуа за руку, я вспоминала весь разговор, переживала, бесилась, строила дикие планы! И только казалось или правда меня хорошо так сейчас встряхнуло? Но, кажется, депрессия уходила - мне предстояла борьба за сына.

Глава 31

Через пару дней мы по приглашению перебрались к Дешамам - тоже решили, что так будет лучше и веселее. Я заняла кабинет хозяина, которого он лишился на время, разрешив поставить там кровать. Леон потеснился ради Франсуа. А Андрэ отправился в Ло до выяснения обстоятельств - кто-то должен был там оставаться. Да и жене его было неуютно одной в большом доме.

Каждое утро, нагрузившись учебниками… плотные ковровые торбы с ними забрасывались на плечи и смотрелось это странновато – скажем так. Сумок в это время еще не было, свои вещи бедный люд перевозил в корзинах, а кто побогаче - в маленьких и больших сундуках и широких низких торбах с затяжками, которые звались баулами. И я предложила купить ребятам в подарок небольшие сундучки с ручкой поверху или подобие жестких кожаных ягдташей через плечо – это было бы и приличнее, и удобнее. Но нет…

Где-то это было даже ожидаемо. Я понимала, что сейчас круг авторитетных для мальчика людей, мнение которых он будет учитывать, ожидаемо расширится. Отсюда и нежелание как-то выделяться – в толпе ему было комфортнее. Но это не позиция лидера! Рауль с малых лет растил из него будущего командира. Раньше друзьями Франсуа были отец и Андрэ, еще были приятели из деревенских, но это другое… там изначально признавали его главенство. Сейчас начинался новый этап – узнавание общества. И влияние этого общества в любом случае скажется на ребенке.

Я понимала, что – вот оно, началось! Теперь с каждым днем незаметно и закономерно сын начнет отдаляться от меня. Сейчас он, как губка, впитывает в себя все новое и это не только знания. И только сейчас начинается истинно его жизнь, а дальше она станет совсем личной… Я не знала, как поступить дальше. И вспоминался Рауль с его словами о юбках. Наверное, сейчас он дал бы сыну возможность начать принимать собственные решения. Страшная торба была одним из них. Но сумка – ерунда! Мой менталитет она не шокировала. А вот правильно ли это было? Существовало подозрение, что за моим мужем – сыном герцога, в детстве носил сундучок слуга.

Советоваться с Дешамом по этому поводу было неловко – в силу обстоятельств перед его внуком этот вопрос не стоял. Он станет инженером и будет строить фортификационные сооружения – весьма достойное занятие, но это немного не то.

Мы с Клер договорились о фиксированной сумме, которую я буду выделять ей раз в месяц. Она привычно хозяйничала в доме, мальчики уходили в университет, а мы с Жаком – в цитадель, пропуск в которую он для меня организовал. И я вспомнила прошлые годы и прошлые заботы - помогала доктору, у которого сейчас был только один помощник-медбрат.

Всё там было знакомо - так же нависали над головой арочные своды лазаретного каземата, так же были расположены операционные столы и места хранения… Я много работала эти дни и привычно много плакала – просто так. Вытирала глаза и снова работала. Всё, как тогда - шила перевязочные пакеты и крепкие мешочки с завязками, чтобы при надобности наполнить их раскаленной в печи крупной серой солью – зима была периодом отита. Готовила болтушки на прополисе от грибка ног, и