Северная Академия. Претендентка на гильотину (СИ) - Ветреная Инга

Меня покоробил термин «заставить»! Поведение язычка пламени напоминало доверчивого малыша, и, грубо обращаясь с ним, я бы обидела его. Поэтому, выпустив в пространство одну магическую ленточку, стала водить ею по кругу. Язычок, сначала внимательно следил за ней, а затем, вероятно, посчитав происходящее новой игрой, превратился в искру и стал преследовать мою магическую полоску. Постепенно расширяла радиус и ускоряла движение ленты, то же самое делала и искра, а потом, не придумав ничего лучшего, я попросила искорку открыть для меня дверь в обитель матушки Оливии.

Мне очень захотелось увидеть и обнять эту добрую женщину, протянувшую мне руку помощи в сложный час. Вдруг я увидела, что выскочившая из меня искорка стала видна и для обычного глаза, она охотно кружилась в пространстве, и в центре ее вращения, словно в круглом окне, проявлялись очертания женской обители, где полтора года назад я обрела решимость изменить свое будущее.

— Что это? — настороженно спросил Брайан, рассматривая высокие ворота обители и сканируя пространство вокруг них, словно выискивая опасность.

— Место, из которого я отправилась поступать в Северную Академию, — уклончиво ответила я.

— Сиротская обитель! — понимающе протянул капитан.

— Совершенно верно! Как думаешь, я успею забежать в нее? — с надеждой спросила его. — Мне бы очень хотелось кое с кем поздороваться!

— Боюсь, что нет! — немного резко ответил Брайан, в его голосе слышалось напряжение, потом он спохватился и пояснил. — Нам пора возвращаться в академию, скоро начнутся занятия.

— Ох! — испуганно выдохнула я, увлекшись нашим уроком, — Совсем потеряла счет времени! Нам же еще закрывать портал!

— Не волнуйся! — успокаивал меня капитан. — Просто отзови стихию.

Отозвать? Звучало так, словно я должна была приказать искорке! Мне показалось это недопустимым. Поэтому я, вновь осторожно потянувшись к стихии, попросила закрыть пространственную дверь. А когда она это сделала, сердечно ее поблагодарила. Превратившись опять в небольшой лепесток пламени, огонь, радостно сверкнув, исчез.

Окрыленная своим первым успехом в работе со стихией огня я запрыгала на месте, хлопая в ладоши, словно мне снова исполнилось пять лет, и папа подарил мне огромного плюшевого крылатого ящера. Меня переполняло счастье! Ведь у меня получилось! Я сама смогла открыть, а потом и закрыть портал, подружиться со стихией огня! Рассмеявшись, я обняла Брайана и, поднявшись на носочки, расцеловала его в щеки.

Сильные руки тут же сгребли меня в охапку и закружили по поляне, а мягкий мужской смех ласкал мой слух. Брайан не сводил с меня сияющих васильковых глаз, в которых я тонула, словно в океане, затем его лицо приблизилось, и жаркие губы накрыли мои. Я задохнулась от нахлынувших на меня ощущений, костер, что еще недавно горел у меня в области солнечного сплетения, превратился в мягкое тепло, обволакивающее меня, заставляющее прижаться, довериться обнимающему меня мужчине. И я не смогла устоять, поддавшись желанию. Желанию вновь ощутить себя любимой женщиной. Я открыла свои губы и полностью погрузилась в пучину неведомой мне страсти.

Не знаю, сколько пролетело времени, но, придя в себя, я поняла, что все еще стою на обожжённой поляне, прижавшись щекой к груди Брайана, и млею от его близости, вдыхая его запах.

— Айлин, скажи, а кого ты представляла, когда призывала стихию огня? — заметив, что я очнулась от любовного дурмана, спросил капитан.

От смущения я не знала, куда прятать глаза.

— Ты посмотри на этого противного солдафона! Как он старательно очаровывает нашу Айлин! И вопросы правильные задает! — послышались откуда-то сверху голоса знакомых громил.

Глава 120

Подняв головы, мы увидели, что с внушительной высоты холмика за нами наблюдали с десяток расплывшихся в клыкастых улыбках чешуйчатых морд.

— Не отвлекайтесь на нас! — прошептал Неунывающий.

— Продолжайте целоваться! — посоветовал Стремительный.

— Но! — попыталась я возразить.

— Не волнуйтесь! Вас никто не увидит! — начал нас убеждать Меткий.

— Остальные малявочки с профессорами занимаются Смешинкой и Бусинкой. Самочки чудеснейшим образом разыгрывают страдания от коликов, — рассказывал о чудесах самоорганизации крылатых ящеров Коварный.

— А вы? — указала я на очевидное.

— А мы не считаемся, просто не обращайте на нас внимания, — романтично вздыхая, ответила Искорка.

Столь неоднозначный совет вызвал у нас с Брайаном приступ неудержимого смеха.

— Держи их! — вдруг прорычал Стремительный и нырнул мордой в высокую траву.

Его примеру последовали весь десяток крылатых ящеров, наблюдавших за нашим с Брайаном поцелуем. Как только гиганты выпрямились, я к своему ужасу увидела, что четверо из них схватили квартет позеров, желавших выкрасть мою соседку.

— Ааааа! — дико воя, болтался вниз головой из пасти Коварного Роберт.

— Отпусти меня, злобная ящерица! — пытался испугать своей важностью Опасного Льюис, выглядывая между зубов.

— Приказываю тебе! Выплюнь! — старался оригинально решить возникшее затруднение Энтони, щекоча язык Неунывающему.

— Я больше не буду! — рыдал в глотку Меткому Найджел.

Мы с Брайаном оторопели от гастрономической радости ящеров, которая ясно читалась в их глазах.

— Айлин, если твои чешуйчатые друзья слопают этих любопытных болванов, нас с тобой казнят! И никакие доводы, что мы тут вовсе не при чем, не убедят их влиятельных отцов в обратном! Попроси ящеров отпустить дуралеев! — быстро прошептал мне на ухо капитан.

— Мальчики! — строго прокричала я. — Разве можно всякую гадость в рот тащить! У вас же животы разболятся! Придется опять Вас лечить!

Рептилии призадумались, скосив глаза на свою добычу. Желание позавтракать человечиной у них сразу поубавилось.

— Мы — не гадость! — хором проорали родовитые недотепы, окончательно сорвав мне операцию по их спасению.

— Вот видишь, Айлинчик, — плотоядно облизнув губы, сказала Тучка. — Человечишки заявляют, что они не гадость, то есть вполне подходящий для нас перекус!

— Перекус? — заголосила четверка несообразительных аристократов.

Они стали активно извиваться, пытаясь выбраться из клыкастой западни. Их трепыхания привели к тому, что Льюис и Энтони начали выскальзывать из зубов рептилий и те непроизвольно сжали челюсти. Послышалось жуткое скрежетание зубов об окаменевшую кожу столичных студентов.

Зажмурившись, я спрятала лицо на груди Брайана, понимая, что после такого вряд ли кто-то сможет выжить. Несмотря на то, что позеры мне не нравились, но смерти я им не желала.

— Аааа! — жуткий крик боли разнесся над поляной.

Даже не открывая глаз, я узнала голоса страдальцев. Это были Опасный и Неунывающий.

— Что случилось, дорогой! — обеспокоенно спросила у своей пары Пружинка.

— Кажется, я сломал клык! — ответил ей Неунывающий, в подтверждение его слов Опасный закивал головой.

— Выплюнь эту гадость! — потребовала у Опасного Тучка. — Айлиночка, прости, больше никогда не буду с тобой спорить.

Требованию очаровательной Тучки подчинились каждый из четверых, державших в зубах любопытную добычу, крылатых ящеров. Рядом с позерами на траве очутились огромные клыки Неунывающего и Опасного!

— Первый раз встречаю несъедобных человечишек! — возмутился Стремительный.

Квартет счастливчиков, деловито отряхиваясь от слюны рептилий, гордо выпрямился и надменно обвел всех нас небрежным взглядом.

— До чего же противные особи, эти аристократы, — сетовала Искорка. — Ни в чем на них положиться нельзя! Они даже качественным завтраком побыть не способны! Что уж говорить о серьезных вещах!

От услышанного вся бравада похитителей моей соседки схлынула.

— Я расскажу отцу, и вас всех накажут! — пригрозил Роберт.

В ответ Опасный схватил парня и метнул его в ближайшее скопление больших камней. Валуны, словно мячики, откатились в разные стороны, при этом студент не пострадал.

— А если так? — полыхнув на Льюиса огнем, спросил Коварный.