Новогодний фей (СИ) - Владимирова Наталья

Само собою, кристальное зеркало связи у Вася имелось, и я могла бы от него поздравить с наступающим праздником родителей, но мне хотелось пообщаться с мамой и папой тет-а-тет. Поболтала на свою голову… Вряд ли бы родители стали читать нравоучения при семье брата. И я не психанула бы… Чувство вины жгло все сильнее. Эх, Янка-грубиянка!

Все! Не думать об этом, просто не думать!

Пока входила в двери, опознавшие меня и гостеприимно распахнувшиеся, в доме раздалась красивая мелодия, предупреждая хозяев о моем появлении.

— Тетя Яна пришла! — по лестнице кубарем слетели племянники, оба вихрастые, с оттопыренными ушами и россыпью веснушек на круглых носах. Повисев на мне гроздьями и расцеловав по нескольку раз в мои холодные с мороза щеки, они с нетерпением переминались с ноги на ногу, ожидая, пока я достану для них подарки. А, получив, стремглав ускакали наверх в свою комнату, чтобы с толком и расстановкой развернуть, рассмотреть и насладиться сюрпризами.

— Янка! — Брат сгреб меня в охапку, дождавшись своей очереди. — Никак вниз растешь?

— Это ты все выше и выше, — буркнула я, вспомнив шуточки отца. — Неужели тебе все мало?

Вась еще в восемнадцать лет обогнал по росту всю родню, а уж сейчас и вовсе стандартные дверные балки мечтали встретиться с его лбом. В своем доме брат специально заказывал арки и входные проемы под собственную высоту. Габаритами в отца пошел. От мамы ему достался нос картошкой и гномья коммерческая хватка. В бизнесе он был хорош как никто другой, несмотря на отсутствие дара работать с драгоценными камнями, подобно моему.

— Давно не виделись. Живем рядом, а встречаемся лишь по праздникам. — С удовольствием мял он меня в своих медвежьих объятиях. Моему приходу здесь были явно рады. Душу затопила теплая тихая радость. Как хорошо, что я пришла сюда сегодня, особенно после всего случившегося.

И кто бы мог подумать, спустя всего несколько часов меня посетят совершенно противоположные мысли.

4. Тальяна

Вась болтал без умолку, попутно снимая с меня куртку и разматывая длиннющий шарф.

— Надеюсь ты не на пять минут, как обычно. Мы тебя так быстро не отпустим.

Из кухни выглянула невестка:

— Тальяна! Какая приятность! Ты проходи, пожалуйста, я сейчас. Немного не поспеваю, — ушастая пикси юркнула обратно в свое царство сковородок и кастрюлек.

— Вечно она так, всюду не поспевает, — проворчал Вась. Обняв за плечо, он повел меня в гостиную.

Ель, украшенная дорогими игрушками из ювелирных домов и съедобными пряниками, конфетами, фруктами, выглядела бесподобно. У меня дух захватило при виде подобной красоты. Я застыла в дверях гостиной, рассматривая символ наступающего Нового года.

— Здорово, правда? — похвалился Вась, напомнив мне детство, когда старший брат за каждую мелочь требовал похвалы. — Сам выбирал. А потом с мальчишками наряжали.

— А Зулия?

— На кухне кашеварила, — отмахнулся Вась. — Вон, смотри, на макушке какая корона! Из бриллиантов разных размеров. На заказ сделали.

— Чистый восторг!

— Ага, мы с мальчишками ее сначала нарисовали, а потом отнесли к частному мастеру. Он давно отошел от дел, но иногда Новогодние украшения изготавливает. Еле уговорили!

— Втроем ходили?

— Да, как обычно.

Вась безумно любил свою жену Зулию, но жутко стеснялся ее внешности пикси. Худая и бледная, она странно смотрелась на фоне ярких, плотного телосложения мужа и сыновей. Да еще крупные оттопыренные ушки портили и без того непривлекательную картину. Зулию нельзя было назвать страшненькой, но и симпатии ее внешность не вызывала, особенно после рождения близнецов.

Я не раз намеками и прямыми замечаниями, пыталась отправить невестку к парикмахеру, который при помощи обычной стрижки скрыл бы в один миг и уши, и острые выпирающие на лице скулы. Но меня не захотели услышать. Зулия практически не вылезала из кухни, беспрерывно готовя невероятно вкусные блюда для своей семьи, совершенно не интересуясь собственной внешностью. И даже мои исключительно «женские» подарочки в виде шарфиков, чулочек, брошей и гребешков, неизменно откладывались в дальний ящик, чтобы потом про них забыть и не пользоваться.

— Садись вот сюда. — Вась указал мне на замысловатую конструкцию из ветвей, свисающих с потолка и сплетающихся в крупную корзину, в которой умостилась большая подушка. — Недавно заказал несколько таких, к нам с Зулией в спальню, две детям в комнату и вот сюда, гостей подивить.

Удивляться было чему. Я присела в необычное подвесное кресло и — ох! — утонула в мягкой подушке. Уютненько! А, устроившись как следует, ощутила, что кресло слегка раскачивается. Само!

— Да это же качели! — восхитилась я, осознав идею странной мебели.

— Точно! Хит сезона!

— Тоже хочу такие на балконе! — загорелась я, представив, как устроюсь с ногами в объемной подушке. Буду прихлебывать горячий ароматный чай и любоваться закатом. М-м-м!

— За сто золотых эльфы-умельцы за день выращивают.

— У-у-у, — тут же поникла я, — мне придется год голодать, чтобы накопить на такую роскошь.

— Так выходи замуж за гнома, и будут тебе и качели, и личный транспорт, и полный гардероб одежек, — рассмеялся Вась.

— И ты туда же! Небось родители велели обработать меня?

— Не угадала. Гном-партнер. Давно на тебя слюной капает, да ты все ломаешься.

— Это ты про Хвоса?

— Про него, про кого же еще. Я в основном с эльфами да людьми дело имею. Хвос один у меня гномьей породы.

— Так вот запомни сам, и передай своему дражайшему партнеру, что мужчины, бросающие своих невест, меня не интересуют!

— А если то настоящая любовь? Не из-за кого-нибудь, из-за тебя он бросил Миллу.

— Не важно. Не порядочно это, сделать предложение, а затем в кусты слинять.

— Я понял тебя. Но ты все-равно подумай. Выгодное предложение.

А-а-а! Вылитый гном, хоть и выглядит, как простодушный великан.

— Хорошо-хорошо, — торопливо согласилась я, совершенно не собираясь даже секунды тратить своего времени на обдумывание свадьбы по расчету. Я хоть и наполовину гномка, но меркантильности во мне не столько, чтобы выскакивать замуж ради качелей и нарядов. — Лучше расскажи, как у тебя самого дела?

Мы болтали обо всем на свете под гвалт мальчишек, резвившихся в своей комнате на втором этаже, пока в комнату не вошла Зулия. За хозяйкой дома семенил огромный празднично накрытый стол. Молодая женщина тонким пальчиком ткнула в центр комнаты. Стол послушно проковылял на указанное место, при этом даже вода в бокалах не колыхнулась.

— До чего красиво! — всплеснула я руками, с удовольствием рассматривая накрахмаленную скатерть, салфеточки, фарфоровую посуду и, разумеется, замысловато поданные блюда. Все прекрасно сочеталось и дополняло друг друга. Зулия всегда следила не только за качеством угощений, но и за убранством стола. Нет, мне никогда не научиться такой искусной сервировке.

— Свен! Свон! Ужинать! — на весь дом прокричал глава семейства, гордый устраиваемым пиршеством.

На столе чего только не было! Пряные рачки в сливочном соусе, сочное мясо под шубкой, ароматные грибы с сыром в хлебной корзинке, нежнейший тыквенный мусс под шапкой из диких орешков, хрустящие фаршированные перепелки, запеченная рыбка на овощной подушке, пикантные рулеты из бекона и каши, и многое, многое другое. Я уж не говорю про экзотические фрукты и овощи, выписываемые Васем из-за границы за баснословные деньги, чтобы семья питалась на высшем уровне. И все вкусности хотелось попробовать. Прямо сейчас! Рот наполнился слюной, глядя на это умопомрачительное изобилие.

Я вместе с прибежавшими племянниками восторженно захлопала в ладоши.

Вась зажег свечи и бросил на елку горсть магической пыльцы, которая заставила каждую иголочку переливаться и освещать комнату, создавая настроение праздника и волшебства. Ах! Мурашки по коже побежали. Притихли даже близнецы, до того постоянно спорящие и без умолку трещавшие о своих мальчишеских делах.