Требуют наши сердца! - Сергей Александрович Аредаков

не поехал к Тайному Месту, отказался развивать в себе все возможности, кроме сканирования и лечения, но и это не помогало. Сила дара росла и набрав критическую массу делала рывок, как бы переходя на следующий уровень. Два таких перехода, он уже пережил в общем-то легко, но будущее всё равно вселяло опасения. Как остановить этот процесс Грэй не знал, а что ожидало в конечном итоге, очень сильно его напрягало. Поймав себя на мысли, что опять погружается во внутреннюю борьбу, он также мысленно послал сомнения и неуверенность по самой дальней дороге. Тряхнув головой, он сделал три глубоких вдоха-выдоха и строго сказал:

– К Тёмному всю эту вашу мистику. Не важно с кем я боролся, со зверем или с самим собой, но победа пока за мной. А это значит, что борьба продолжается, а жизнь не стоит на месте. Ведите сюда шамана и Дыка, пока они руки на себя не наложили.

Йяра, внимательно наблюдавшая за Вечным, облегчённо вздохнула и бегом отправилась выполнять его поручение. Ей досталась тяжёлая обязанность, донести мысли Бога до горного племени. Они видели и воспринимали этот мир, совершенно по-разному. Одно не осторожно переведённое слово, могло послужить причиной для очередной трагедии. Грэй это тоже уже понял и переживая за совершённый промах, двое суток боролся с одной из сторон своего Я. Его сила дара значительно возросла и если он захочет, то может уничтожить любого человека одной только мыслью. Заметив Йяру, шаман воздел руки к небу, а Дык отвел взгляд и сильно ссутулился. Что творилось у него в голове, можно было понять по его поведению. Всем своим видом, он демонстрировал покорность и готовность принести себя в жертву. Положив ему на голову руку, она стала медитировать. В её видении, Дык стоял гордо уперев руки в бока и принимал клятву верности своих соплеменников. Он стал вождём своего народа, а помогал ему проводить ритуал шаман Гойя. Их лица светились счастьем, как впрочем и у всех окружающих. В пяти шагах от них сидел Грэй и задумчиво наблюдал за происходящим. Ясновидение отнимало слишком много сил и качнувшись от резко накатившей слабости, провидица безвольно опустилась на землю. Наконец-то переведя дыхание, она начала объяснять будущим лидерам горцев, как следует вести себя в присутствие Олриха, а уже через три дня, Йяра наблюдала своё видение вживую. Всё проходило по увиденному ранее сценарию, хотя она даже словом не обмолвилась об этом. Вечному-Сирталу-Олриху не нужны подсказки, он сам знает, что и как нужно делать. После окончания церемонии, ей вдруг стало плохо. От предчувствия страшной беды, у неё сначала задрожали, а потом и подогнулись ноги. Она ухватилась за протянутую руку Грэя, чтобы банально не упасть и провалилась в страшное видение. Большой отряд имперцев, возглавляемый пятью монахами, сжигал их поселение Школьное. Следующая картина – за Галлой с дочкой на руках, гонятся трое гвардейцев и им дорогу преграждает Гор. В неравном поединке, он смог только тяжело ранить одного из преследователей, как получил мечом в живот. От неминуемой гибели его спас Верный, стремительно налетевший на гвардейца, который уже занёс меч для добивания. Собака вцепилась упавшему воину в горло и резко дёрнув головой, разорвала его. Раненный гвардеец, превозмогая боль в отчаянном рывке, ударил Верного мечом по спине. Всеобщий любимец упал на землю с перерубленным позвоночником, заливая её своей кровью. Последний свой взгляд, он бросил на Галлу. В нём читалась вина за то, что не смог помочь ей. После этого, взор Верного потускнел и он ушёл из мира живых, но переживал он зря. Шурпёнок в мгновение ока, взобрался на плечи оставшегося целым гвардейца и одним движением своей мордочки, порвал ему сонную артерию. Потом продолжил бесноваться на нём, пока тот не упал, обильно истекая кровью. Дочь Галлы, малютка Нея, вытянула свою ручонку в сторону убившего Верного воина и громко закряхтела. У гвардейца, сначала потекла кровь из носа и ушей, а потом и из глаз. Йяра выпала из страшного видения и сразу испуганно посмотрела на Грэя.

– Я всё видел, можешь не рассказывать. – Сказал он скрипучим голосом и громко закричал – Тревога, срочный сбор. На наше поселение напали имперцы.

Поманив пальцем Дыка и Гойю, он попросил Йяру перевести:

– Срочно собирайте всех своих воинов, мы идём воевать. Примерно через час, отряд Грэя, бегом выдвинулся к острову. За ними следовало, около трёх сотен воинов горного племени.

21

Старший звезды «Смотрящих», довольно потирал руки. Ещё не добравшись до протектората Ахорт, он уже смог уничтожить гнездо Тёмного. Это именно он, адепт Вед, решил допросить хозяйку гостиницы. Быстро подчинив сознание поварихи, он легко выпотрошил все её тайны. Дальше пошло, как по маслу, окружили небольшой посёлок в лесу и сожгли его вместе с теми, кто не успел убежать. Тихо зачистить притон Тёмного, помешала собака. Только из-за неё, несколько преступников всё же смогли убежать. Потом выдвинулись к вольному поселению Двуречье, где со слов поварихи, жило много сторонников Тёмного. Им навстречу, вышло около ста, вооружённых чем попало мужиков. С каким-то совершенно диким безрассудством, они напали на элитных воинов империи. С гвардейцами бились, если и не на равных, то не сильно им уступая, отсюда ощутимые потери в личном составе. Когда же в бой вступила сотня зуоров из легендарной тысячи, охраняющей Совет Высших, то потеряв больше половины убитыми, селяне пустились на утёк. Отбежав шагов триста, они резко остановились и вырезали около десятка, самых прытких гвардейцев, которые погнались за ними. Как только подоспели основные силы, мужичьё снова пустилось в бега. Вед приказал окружать этих безумцев, досадливо пожалев, что оставили лошадей у сожженной гостиницы. Свою ошибку он тут же решил исправить, послав десяток гвардейцев за ними. Но всё кончилось до их прибытия, неутомимые зуоры смогли обойти селян с флангов и замкнуть кольцо окружения. Взбесившееся мужичьё, сорвав рубашки порезали себе грудь и с фанатичными криками – Вечный с нами – яростно кинулись на солдат. Живым смогли взять только одного, самого здоровенного мужика. Правда, толку от этого было мало, он откусил сам себе, свой же язык. Ощерив окровавленный рот, селянин выплюнул его к ногам Веда, дико хохоча при этом. На всякий случай, он приказал пока его не убивать. Шесть зуоров и почти сорок гвардейцев были убиты. Столько же бойцов получили ранения, половина из которых тяжёлые. Но это не имело для Веда значения, так даже лучше, больше потерь – ценнее победа. Он уже прикидывал какую выгоду, можно будет извлечь