Лекарь для захватчика - Елена Александровна Романова

– Разместить людей!

Ему уже плевать на все – Анна в его руках. И да – он злиться, но даже об этом забывает.

Просто вносит ее в шатер, расстегивает и сбрасывает на пол ее мокрый плащ и усаживает жену к себе на колени. Жаровня тлеет углями, но от нее все еще исходит тепло.

– Рэй… – Анна утыкается лицом ему в шею и жарко дышит. – Эрт не при чем. С ним или без него я бы все-равно приехала. Мне удалось сбежать из дворца и вернуться в Рьен. Эти гвардейцы – моя бывшая охрана, а женщины – жители деревень. Они хотят помочь, – ее пальцы осторожно касаются его груди, она поднимает голову и смотрит ему в глаза: – Это мое решение. Прими его, пожалуйста.

Он склоняется, чтобы прижаться жадными губами к ее губам. Он настолько измучен, что готов простить ей все, что угодно.

Уилберг покрывает поцелуями ее лицо. Его руки нетерпеливо тянуться к шнуровке ее платья, пальцы развязывают ленты, а затем забираются под юбку, чтобы избавить жену от чулок.

Реиган укладывает Анну на свою военную «постель» и склоняется сверху. Ее мокрые волосы прилипают к щекам и лбу, на шее, по которой скользит капелька воды, отчаянно бьется жилка. Анна покорна, и Рэй не может оторвать от нее взгляда.

Лампадка под потолком шатра покачивается от порывов ветра. Над лагерем расползается ночь. Где-то там, в стане врага, Хейден Берг ждет часа своей мести. Возможно, он мечтает вернуть себе свою любимую принцессу. Но прежней Антуанетты больше нет, а эту Уилберг не отдаст никому.

Реиган готов не спать всю ночь, если она будет просвещена его жене. Он хочет быть любимым ею, получить ее любовь, которую, к сожалению, нельзя завоевать. Эти чувства не рожаются на выжженной земле, не расцветают из ненависти и не возникают на пустом месте. Сколь горд бы он ни был и как бы сильно ни хотел повелевать над хрупкой женщиной, которую он любил без памяти, она будет с ним только добровольно, на равных.

Этой ночью он владел ей несколько раз, а после нежно прижимал к себе и согревал теплом своего тела. Она спала в его руках, как дитя. Терлась щекой о его грудь, вздрагивала. Ее нежные пальчики путались в его волосах. А он смотрел на нее, испытывая безграничное счастье.

Когда-то он отнял любовь у Берка. Теперь тот грозится поступить с ним точно также.

Наверно, это справедливо.

Но они оба мужчины, и выяснят этот вопрос по-мужски. Зальют весь мир кровью, но не остановятся, пока кто-то из них не перестанет дышать.

Реиган оставляет Анну засветло. Он укрывает ее, укутывая в одеяла и задергивает полог. Уйти, пока она спит, показалось ему правильным. Если она заплачет, он просто не выдержит. Ему безразличны любые женские слезы, но только не ее.

– Доброе утро, величество! – Бреаз подходит к нему и кладет руку на плечо. – Послушай, Рэй, – его слегка потряхивает, – слышал, здесь принцесса, – он облизывает губы, явно нервничая, – значит, сбежала… ради тебя. Любит тебя, кажется.

– Давай, скажи, что не имеешь к этому отношения, – усмехается император.

– Брат, – Алан наклонился ближе, – ради нее не лезь на рожон. У тебя только кости срослись. Ты понимаешь, о чем я…

О том, наверно, что Реиган потерял подвижность в плече. Он быстро устанет рубить с седла, но о том, чтобы сидеть где-нибудь вдалеке, не будет и речи.

Денвер подходит со спины, в шутку отвешивает поклоны, надевая перчатки с металлическими шипами. Он тоже кладет руки на плечи друзей и склоняется к ним:

– Что за междусобойчик? – усмехается он.

– На тебе левый фланг, Гийом, – холодно говорит Реиган, грозно взирая на Алана. – А ты, герцог, с правого.

Бреаз резко распрямляется и нервно трет нос.

– Я могу повести всю армию, Рэй. Искуплю свои грехи. Незачем тебе так рисковать.

Денвер, наконец, понимает. Он становится серьезен и просто ждет решения императора.

– Я уже отдал приказ, – говорит Реиган и идет к своему коню. – Исполнять.

Знаменосец, увидев своего императора распрямляется.

Рэй вскакивает в седло. Оруженосец подает ему меч.

Император бросает взгляд на свой шатер, и его сердце на секунду останавливается – Анна стоит на входе. Ее растрепанные волосы едва схвачены лентой, из-под платья виднеются босые ножки. Она, кажется, едва успела одеться и сразу выскочила, боясь упустить его. Сердце Уилберга так сильно толкается в груди, что он болезненно морщится.

Глава 41

Реиган все-таки спешивается и входит в шатер, и Анна пятится, запуская его, и смотрит ему в глаза упрямо и решительно. Он готовится держать оборону, может быть, утешать, доказывать, убеждать, в конце концов. Но принцесса удивляет его. В очередной раз. Она подходит к фигуркам на столе, всматривается в карту, на которой те стоят, обозначая расположение пехоты и конницы.

– Где будешь ты? – спрашивает она и вскидывает ресницы.

Больно даже смотреть – эта женщина прекрасна и сладка, как спелый фрукт. Утолить голод просто невозможно, хочется еще и еще.

– В авангарде.

– То есть где-то здесь? – она ставить одну из фигурок перед войском.

– Приблизительно.

Ему нравится ее рассудительное спокойствие, умение держать границы несмотря на то, что было между ними этой ночью. Она все еще не покорилась, и никогда не покорится. Она – единица. Целостная, зрелая и умная. В ее жизни все так, как она желает. Волчица.

Ему под стать.

И он понимает, что приказывать ей бесполезно. С ней можно только договориться.

– Берк никогда не согласится отвести армию, Анна, – спокойно поясняет Уилберг. – У него преимущество. Что бы ты ему ни сказала, он рассчитывает получить и тебя, и Эсмар, и мою голову.

Она это знает.

Взгляд спокойный, радужка слегка золотится вокруг зрачка. Ее глаза – это ловушка. Если смотреть долго, голова закружится. Ночью он уже пропал…

– Я привезла Асинью, Софи, Сару, Филиппу и еще девять девушек из Дрейба, – говорит она. – Они все помогали при обвале рудника и умеют выхаживать раненных. С нами отряд капитана Эрта. Мужчины смогут вывозить раненных с поля боя, а мы окажем им всю необходимую помощь. Мне нужно, чтобы ты дал указания лекарям, что