Моя воля (СИ) - Нэльте Нидейла

— Не рассчитал, — усмехнулся воин. Сафира прикрыла глаза. Не на романтическое же признание она рассчитывала, в самом деле.

— Доктор сказал… ты всё время был со мной. Спасибо.

— Тебя даже в коме одну оставлять страшно.

— За ручку держал, — не удержалась Сафира.

— Всё пытался поделиться с тобой силой. Ты, знаешь ли, ни в какую не хотела её принимать, билась током, переломала кучу дорогостоящего оборудования.

“Поделись!” — чуть не вырвалось у предводительницы, но вместо этого она фыркнула:

— Видимо, ты с Фааром не совместим.

Синие глаза на миг потемнели, после Лунар откликнулся:

— Боюсь, он тебя теперь не простит.

— Расскажешь?

Воин с сомнением огляделся, и Сафира поспешила добавить:

— Здесь обязательно оставаться?

Вместо ответа Лунар усадил девушку в кровати, наскоро пробежался взглядом по палате. Взял какое-то цветное покрывало, обернул её и поднял на руки.

— Будем считать, ты выписалась, — усмехнулся. Сафира рефлекторно схватилась за его шею, осознавая, как же сильно соскучилась по этому ощущению! Воин легко вынес её в коридор, направился в самый конец. Навстречу выходили люди, даже давешний доктор мелькнул. Кто-то здоровался, кто-то усмехался. Предводительница ощутила себя до безобразия счастливой, положила голову на родное надёжное плечо и всё пыталась убедиться, осознать, что уже проснулась, что это происходит в реальности.

Лунар поднёс её к лифту, кивнул на пиктограмму вызова — предводительница нажала. Поднялся на несколько этажей, прошёл остеклённый переход — похоже, лазарет находился в отдельном здании. Пересёк небольшой холл, где все взгляды снова обратились к ним. Предводительнице показалось, она видит несколько знакомых лиц.

В холле обнаружился очередной лифт, на сей раз узнаваемый — тот, что везёт к общежитиям. Кабина подъехала наполовину заполненной, несколько человек внутри потеснились.

Девушка узнала одну из пассажирок, сердито сузившиеся глаза Тайсы. Почти непроизвольно рука скользнула по щеке жениха — как оказалось, уже не фиктивного, — в волосы, Сафира потянулась, прижалась губами к губам. Волосы привычно заискрили — с чего бы ей биться током? Всё как раньше, энергия хлынула весёлым вкусным потоком.

Воин на мгновение прервался, выходя на своём этаже, предводительница покрепче ухватилась за его шею. Истосковавшееся тело не знало, чего хочет больше — продолжения поцелуев или наполнения энергией.

— Сафира, я не вижу, куда идти, — пробормотал Лунар, и предводительница с сожалением снова опустила голову на его плечо. Одно она знала точно: задавать вопросы в кои то веки совсем не хочется.

Лунар поднёс её к двери, девушка вставила пальцы в выемки, открывая. А потом накатило какое-то сумасшествие. Она не помнила, как очутились внутри, хлопок закрывающейся створки показался каким-то далёким, почти из другого мира. А номер наоборот — совсем родным, прямо как любимые апартаменты предводительницы в Рубиновом Роге. И этот несносный мужчина, из которого ни одного романтического слова не выжмешь. Зато всегда приходящий на помощь, заслоняющий собой от любых опасностей.

Притяжение губ сделалось совсем невыносимым, предводительница потянула его кофту, желая ощутить гладкую кожу, упругие рельефы живота и плеч, почувствовала, как сползает под натиском любимых рук больничное одеяние.

Внутрь хлынула цветная энергия, по которой она успела невыносимо истосковаться — растворяя, преобразовывая остатки вязкой, колкой силы Фаара.

Настойчивый звонок в дверь разрушил очарование момента.

— Нас нет дома, — пробормотал Лунар, прокладывая губами дорожку на шее предводительницы. Звонок повторился. Воин вздохнул, на минуту прислонился лбом к двери. Обернулся к экрану.

Тяжело дыша, Сафира подтянула обратно одежду, с ненавистью взглянула на изображение Китильи. Та тоже увидела предводительницу, мило улыбнулась в ответ:

— Уже выписали? Извините, не знала, что вы оба дома. Лунар, не смогла дозвониться, в лазарете сказали, ты ушёл к себе. Там гнараны с ума сходят, сладу никакого.

Воин бросил взгляд на свой телефон, мрачно кивнул:

— Разрядился.

Брови Китильи недоумённо поднялись, но она смолчала. Сафире тоже показалось, что подобная безалаберность Лунару не свойственна, однако тревога за драк-коней заставила броситься в спальню.

— Я с вами! — сообщила предводительница, закрывая дверь. Наскоро переоделась, ощущая, что даже малый приток энергии сделал своё дело, ей намного лучше.

Девушка так боялась, что уйдут без неё — постоянно прислушивалась и управилась очень быстро, натянув самое простое одеяние с минимумом застёжек.

— Сафира, — приблизился к двери Лунар, и предводительница тут же отворила.

— Я готова.

— Отдохнула бы. Я покормлю их энергией.

— Нет, они привыкли к моей. И волосины всегда чётко распадались. Твоему серебристая, Кадимову чёрная.

— Самочувствие как?

Предводительница неожиданно вспыхнула.

— Лучше, — буркнула. Помолчала, взглянула на Китилью, прерывая неловкую паузу: — Где они?

— У нас специальных конюшен нет, — отозвалась та, почему-то бросив быстрый взгляд на Лунара. — Они… внизу. Кадим выгуливает ежедневно на территории института.

— Он здесь? — зачем-то уточнила Сафира, хотя пожелай узнать, могла бы свериться с фитарелью. Китилья кивнула. Лунар взял предводительницу за руку, переспросил, действительно ли не желает остаться, и направился к двери номера.

Лифт доставил в самый низ — кажется, значительно ниже, чем зал для тренировок. Безлюдный длинный коридор, весь увитый какой-то раздражающей энергией. Окон в стенах не видно. Пустота — особенная, будто обусловленная не то катастрофой, не то тайной. Отовсюду лился рассеянный свет. Сафирины волосы разгорелись, она покрепче ухватилась за тёплую ладонь Лунара, не желая выпускать.

— Пришли, — бархатистый голос разогнал безотчётные страхи.

Сафире казалось, спутники давно вывели её за пределы здания, во всяком случае того, которое наверху. Воин остановился у одной из дверей и створки разъехались, пропуская. Китилья шагнула первой. Сафира с изумлением замерла на пороге, не веря собственным глазам. С той стороны оказалось не помещение, а словно бы кусочек иного пространства. Впрочем, приглядевшись, можно было рассмотреть очертания стен и потолка.

— Что это… как это? — пробормотала предводительница.

— Эксперименты с пространством. Заходи, не бойся.

Сафира вошла следом за ним, не успела сделать и нескольких шагов, как с двух сторон налетели гнараны, подняв бурю крыльями. Осторожно остановились, нетерпеливо заглядывая в глаза. Живот одного стал уже ощутимо больше.

Девушка улыбнулась, привычно раздавая по волосине, по второй, погладила морды.

— Что с ними будет? — обернулась к Лунару. — И где Кадим… остановился?

— После лазарета ему выделили временную комнату, но он почти всё время проводит здесь, периодически к Лиссанне наведывается. Правда, таинство пользования лифтами освоил ещё не окончательно. За ним приглядывают. С начальством разговаривать отказался, нахамил. Ребята хотели сделать замеры, попытаться взять анализ, но он их к гнаранам не подпустил.

— Да зверюги и сами никого не подпускали, — вставила Китилья. Сафира покосилась на неё, недоумевая, почему она здесь. Вроде бы необходимости в присутствии нет. — Даже меня.

— У тебя не та специализация, — фыркнула предводительница. Китилья бросила сердитый взгляд.

— А тебя, конечно, только сила водит. Куда уж мне.

— Сила привела меня сюда!

— Почему же она не оградила тебя от марагов?

Сафира отвела взгляд. Она иногда задумывалась об этом. Но ничего, кроме того, что зачем-то это было нужно, так и не придумала. А теперь, взглянув на синеглазого воина, впервые предположила, что, возможно, иначе они не встретились бы. Он исполнил бы своё задание и навсегда ушёл. Никаких связей, никаких знаний… событий…

— Китилья! — одёрнул Лунар, сильнее сжимая руку предводительницы.