Космо-котики, или Два босса для землянки - Ольга Грон

Да уж, я хорошо помнила ту сцену. Появление Ларса выручило всех нас? Неожиданно.

— И что нам нужно для этого делать? — уточнила я, глядя на расположившихся напротив мужчин.

Ларс подвинулся ко мне вместе с креслом, взяв меня за руку.

— Мы летим на пострадавший континент, как договаривались. В заповеднике, где и должны остаться животные, есть загородная резиденция королевы, и Тарин пригласила нас ее посетить. Там же, после прохождения обряда, мы и совершим обмен. Кристаллы подвезут прямо к кораблю.

— А что представляет собой сам обряд? — испуганно спросила я.

Мало ли, что эти аборигены за обычаи придумали? На планетах империи хватало всяких странных ритуалов, даже у землян до сих пор сохранялись дикие, на взгляд современного человека, традиции. Что уж говорить про ноллов, которые отличаются от всех известных нам рас.

— Символическое изгнание черных духов из тех, кто вступает в союз. Полное очищение при помощи ритуальных камней, у которых сажают молодоженов, при этом вокруг танцуют девушки-жрицы. По тем сведениям, что мы раздобыли, это совершенно безопасно. После того, как очищение завершено, нужно повторить за старшим жрецом слова обращения к богам Норнолла, чтобы они одобрили союз, выпить ритуальный напиток. А потом все гости провожают «молодоженов» в особую комнату, где те остаются на ночь.

Я прокрутила в голове всю последовательность, но ничего невыполнимого в ритуале не усмотрела. Потом кивнула, соглашаясь.

— Думаю, это будет не слишком трудно. Главное, чтобы ноллы поверили в нашу искренность.

— Вот видишь, а ты боялась, — заулыбался Ульфин Вэйлис. — Скоро мы улетим отсюда с кристаллами.

— Наш контракт! — напомнила я, на всякий случай.

— Точно, контракт. Что же, посмотрим, каким пункты нам стоит в нем изменить, — с сожалением вздохнул Ларс, открывая в компьютере документ. — Сейчас все и сделаем.

ГЛАВА 20

Тина

Джунгли стелились под кораблем сплошным зеленым покрывалом, иногда поднимающимся цепочкой холмов или опускающимся в низины, где клубился густой туман. На лиловом небе ярко сияла звезда: в этой части планеты время перевалило уже за полдень. А над кромкой леса висели два белесых спутника, как пара глаз, пристально наблюдающих за нами.

Но иногда во всем этом лесном великолепии словно рваные раны, зигзагами чернели выжженные полосы, вокруг которых мы видели поваленные многовековые деревья. Возможно, это и были последствия той самой катастрофы, которая привела к исчезновению видов?

Я впервые находилась в рубке управления, обычно в ней не допускалось присутствие посторонних, но сегодня меня пригласил туда сам капитан. И он, и его помощник не отрывали от меня взглядов, будто боялись, что я куда-то исчезну с корабля, как делал это Проныра. И от этого повышенного внимания было неудобно, потому как, помимо нас троих, здесь находились и другие наши спутники.

Кстати, о мермере... Как только мы решили с райнарцами вопрос про контракт, я проведала на прощание животных, и Проныра объявился, как ни в чем не бывало, стал ко мне ластиться, будто не хотел покидать.

Он предчувствовал скорое расставание. Ведь Ларс как-то намекал, что высадит этого чудика вместе с остальными животными.

Я взяла Проныру на руки, поглаживая шерсть.

Надо же, не верится, что держу в руках живую «машину времени». Я смотрела в его расширившиеся глаза и думала о том, как странно все повернулось. Я даже не предполагала, что меня ждут такие удивительные приключения на этом корабле. И прикипела к команде всеми фибрами своей души. Будет жаль расставаться с ребятами, но я не могу оставаться в таком положении и дальше. Тем более, мы с Ларсом и Ульфом перезаключили договор с выгодными для меня условиями. Я покину транспортник в любое время с того момента, когда мы передадим животных ноллам. 

Интересно, что было бы, если бы я знала о подставе Ульфина и не попалась на его обман? Могла бы я остаться с Ларсом Алландэром, как и мечтала поначалу? Что бы я сделала, если бы смогла предупредить себя?

Проныра будто понял меня, он вдруг задрожал, а его глаза расширились. И я видела в них меняющуюся картинку, как и в тот день, на записи с камеры. И кадры на ней отматывались в обратной последовательности.

Я замерла, внимательно глядя, как там периодически появляюсь «я», иногда Ларс или Ульфин, иногда Дарси. А потом момент остановился, где я стояла в этом же коридоре, окруженная двумя райнарцами.

Я помнила тот день, тогда между нами не было даже намека на отношения, райнарцы просто «обрабатывали» меня, чтобы работала на «Меридиан-Галактик», не задавая лишних вопросов. Второй день моего пребывания на корабле, кажется.

— Я могу вернуться в тот момент и сказать себе, что мне стоит быть осторожнее? — тихо спросила я Проныру.

Я боялась шуметь, будто «та» я, в отражении удивительных глаз мермера, могла услышать.

Проныра дернулся, перемотав изображение чуть дальше и поймав меня одну, будто говорил «Ну что, рискнешь отправиться со мной в свое прошлое?» Я прямо слышала его мысли.

— Нет, я не могу, прости, милый. Пусть все идет, как идет. Я ни о чем не жалею, — вздохнула я, опуская его на пол коридора.

На меня пялил свои круглые глаза-бусины из аквариума инопланетный осьминог. И я подошла, чтобы посмотреть, все ли с ним в порядке…

Сейчас, когда мы подлетали к заповеднику, я снова прокрутила все в голове. Возможно, сегодня я действительно могла бы изменить свое прошлое. Но не хотела расставаться со своими удивительными чувствами, которые появились после того, как стала колоть себе блокиратор и меня больше не отвлекала привязка к Ульфину.

Проныра остался в грузовом отсеке, вместе с другими животными, я даже не стала говорить райнарцам, что он нашелся.

— Нам сбросили точные координаты, идем на посадку, — прокомментировал Хантер сообщение, полученное от ноллов.

Он специально приблизил картинку по просьбе Ларса.

Я увидела на мониторе дворец, расположенный на берегу большого озера. Конечно, не такой огромный, как резиденция в столице, при этом еще более древний. При приближении изображения мы смогли рассмотреть увитые растениями высокие колонны, поддерживающие купол крыши, голубые бассейны, что каскадом водопадов спускались к глади водоема, причудливые каменные чаши, из которых